Страница 76 из 131
— Время выступления закончилось, — тем временем пытается в талдычить блондину Валя.
— Мне плевать.
— Что значит плевать? — возмущается она, сдвинув брови.
— Ты в курсе, сколько бабла торчит мне эта девка? — Разумовский тычет в меня пальцем.
— Молодой человек, личные проблемы не имеют никакого отношения к работе!
— Ещё как имеют!
— Нет.
— Это я устроил её в вашу сраную фирму!
— Да мне всё равно! Она отработала своё время, согласно указанному в заказе!
— Отработала? Ха! Да ей пол жизни мою шубу выплачивать! — этот придурок дёргает меня за лапу. — Давай, вперёд, возвращаемся в ресторан, — командует, предпринимая попытку развернуть меня.
— Да иди ты в жопу, Разумовский! — активно сопротивляясь, отбиваюсь как могу.
— Отстань от неё! — вопит Валя.
— Отвали от меня! — пыхтя, отбрыкиваюсь. — Отпусти!
— Ну хватит, парень!
На помощь приходит невесть откуда появившаяся Оля. Она нападает на Эмиля сзади и мы начинаем слаженно дубасить зарвавшегося блондина в четыре лапы.
Со стороны вся эта нелепая картина наверняка выглядит забавно и весело, но уже в следующую секунду становится совсем несмешно. Одно неосторожное движение Разумовского и Оля, одетая в костюм белого медведя, оступившись, кубарем катится со ступенек вниз…
— МИРОН! — ору испуганно и почти умираю, когда вижу, как она летит прямо под колёса въехавшей на парковку машины.
— Оля! — охрипнув от ужаса, кричит Валя.
Под визг тормозов останавливается моё сердце, неистово грохочущее за рёбрами.
Нет-нет-нет.
Несусь по лестнице, пока проступившие слёзы пеленой застилают глаза.
Мироныч! Ну как так?
Бросаемся с Валей к мишке, лежащему на дороге.
— Олька! — расстёгиваю костюм и реву. Реву как никогда, ведь боюсь за неё страшно!
Помогаем ей занять вертикальное положение.
— Ты цела? — Валя озвучивает вслух самый страшный вопрос.
Растрёпанная Миронова молча хлопает глазами.
Живая!
Спасибо тебе, Боженька! Спасибо!
— В конец ополоумели, молодёжь? — ругается водитель автомобиля, под колёса которого прилетел медведь.
Представить, что он испытал, не берусь. Такое ведь даже нарочно придумать не придумаешь.
— Ты совсем дебил, Разумовский?
Сперва слышу за спиной Лёхин голос. Затем краем глаза вижу, как он хватает друга за грудки.
— Оля? — по ступенькам сбегает Сухоруков. — Оля ты в порядке? — он приседает на корточки рядом с нами. Напуган до чёртиков.
Видимо, они с Галдиным выходили из ресторана, когда всё это случилось.
— Что за безалаберное поколение? — возмущается водитель. — Как можно так, а? Мне в тюрьму из-за вас потом садиться?
Пока мужик причитает, мы с Богданом на пару осматриваем Миронову.
— Чем ударилась? Где болит?
— Оленька! Оль, что с тобой?
— Всё нормально, — пошевелив руками, наконец обретает голос подруга.
— Двигаться можешь?
— Сссс… — кривится она, вынимая из костюма ногу.
— Что там? Что?
— Да подожди ты, Сень, — шикает на меня Богдан, дотрагиваясь до её лодыжки — Тут больно?
— Да, — вздрагивает Оля, болезненно поморщившись.
Блин! Вывих? Перелом?
— Разнимите их кто-нибудь! Скорее! — в этот же момент истерично горланит именинница.
Поворачиваю голову на шум и в поле моего зрения попадают не на жизнь, а на смерть сцепившиеся Галдин и Разумовский.
Твою ж дивизию!
— Спятили? Перестаньте немедленно! — кричу я громко.