Страница 23 из 42
Глава 13
Глава 13
Глава 13
Ирина стояла перед дверью комнаты Кирилла и глубоко дышала, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце, она провела ладонями по лицу, словно стирая с него все эмоции, и прошептала:
— Я профессионал. Я сделаю все упражнения и уйду. Я не буду думать о том, какая у него тёплая кожа и красивые глаза. Он не должен заметить моего отношения. Ничего личного. Только работа.
Она резко выдохнула, привела в порядок волосы и постучала.
— Войдите, — раздался его голос.
Она вошла и замерла на пороге.
Он изменился. Она уже собиралась открыть рот и сказать что-то профессиональное, но слова застряли в горле. Кирилл был подстрижен, борода аккуратно подровнена, а волосы уложены. Он был всё тем же красивым мужчиной, от которого у неё когда-то перехватывало дыхание.
Её глупое сердце предательски ускорило ритм. Она почувствовала, как щёки начинают гореть, и быстро опустила взгляд.
«Спокойно, — приказала она себе. — Он просто привёл себя в порядок. Это нормальное желание и совсем не значит, что он сделал это для тебя».
— Добрый вечер, Кирилл Владимирович, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Вы хорошо выглядите.
Она тут же пожалела о сказанном. Теперь он подумает, что она кокетничает с ним.
Но Кирилл, кажется, не заметил её смущения. Он улыбнулся, и в его глазах появилась теплота, чего не было утром.
— Спасибо, — ответил он. — Решил привести себя в порядок. Надоело выглядеть… так…
Ирина кивнула и подошла к койке.
— Тогда давайте начнём упражнения, — сказала она деловым тоном. — Сегодня мы будем работать внимательнее, без резких движений.
— Подождите, — сказал Кирилл, останавливая её жестом. — Я хотел бы немного поговорить. Утром всё произошло слишком быстро, мы даже не успели толком познакомиться.
Ирина внутренне напряглась.
«Познакомиться? — подумала она. — Мы уже знакомы. Ты просто не помнишь меня».
Но вслух она сказала:
— О чём вы хотели бы поговорить?
— Как долго вы работаете физиотерапевтом? — спросил Кирилл, глядя на неё с интересом.
— Десять лет, — ответила она.
— Десять лет... — задумчиво протянул он. — А ваш муж не против такой работы? Это же постоянные близкие контакты с пациентами, физический труд...
Ирина удивилась вопросу.
— А почему муж должен быть против? — спросила она.
Кирилл помрачнел. Ей показалось, что его лицо стало напряжённым, а голос слегка дрогнул.
— У вас есть муж? — спросил он напрямую.
Ирина почувствовала, как внутри что-то кольнуло. Она помедлила немного, а потом ответила:
— Да, есть.
И увидела, как его глаза потемнели, как сжались челюсти. Через секунду она добавила:
— Бывший.
Она услышала, как он выдохнул. Ей показалось, что с облегчением, но не была уверена.
— Бывший, — повторил Кирилл, и в его голосе послышалось что-то похожее на радость. — Понятно.
Ирина решила, что теперь её очередь задавать вопросы. Она сделала шаг ближе и спросила, стараясь сохранять небрежный тон:
— А ваша жена не ругала вас за экстремальные увлечения? За велосипед, горы, этот спуск, из-за которого вы здесь оказались?
Кирилл чуть усмехнулся:
— Нет, не ругала... Я не женат. И никогда не был.
Ирина изогнула бровь и, не удержавшись, сказала с лёгкой иронией:
— Не хотите ответственности, да? Типичный успешный мужчина — свобода, карьера, женщины и никаких обязательств.
Она не поняла, зачем сказала это. Но слова вырвались сами собой. В них была боль. Обида, которую она носила в себе тринадцать лет.
Кирилл нахмурился, и его лицо стало серьёзным.
— Нет, — сказал он твёрдо. — Не в этом дело. Просто... я, наверное, однолюб. А судьба развела меня с той единственной женщиной, которую я любил.
Ирина опустила взгляд. Она почувствовала, как по телу пробежал холод, а сердце сжалось от боли. «С той единственной», — повторила она про себя. Значит, у него была женщина, которую он любил. И это была не она.
Её охватила неконтролируемая, глупая ревность. К той, другой, которую он помнил, которую любил. К той, с которой они, возможно, были бы счастливы.
Она подняла глаза и, не сдержавшись, сказала тихо:
— Возможно, это карма. Возможно, вы когда-то бросили девушку, любившую вас. А может, и не одну. И теперь судьба вернула вам долг.
Она сама испугалась своих слов. Что она несёт? Зачем она говорит это?
Ирина подняла глаза и увидела, как он внимательно на неё смотрит. Как будто пытается что-то понять.
«Что я делаю? — подумала она. — Я же не должна показывать свои эмоции».
Она резко выпрямилась и сказала, стараясь придать голосу профессиональную твёрдость:
— Простите, я что-то заболталась. Давайте приступим к упражнениям.
Кирилл не стал спорить. Он только продолжал смотреть на неё тем же внимательным взглядом.
— Давайте, — сказал он негромко. — Начинайте.
Ирина подошла к койке и замерла. Она хотела начать с дыхательного упражнения, но не решилась прикасаться к его груди. Ей казалось, что руки предадут её, что она не сможет сохранять спокойствие, если снова почувствует стук его сердца под своей ладонью.
— Начнём с дыхания, — сказала она, стараясь не смотреть ему в глаза. — Как я показывала утром. Сделайте глубокий вдох... животом. И медленный выдох.
Ей показалось, что на его лице мелькнуло разочарование, когда она не коснулась его. Но он начал дышать, как она показывала, и она невольно отметила, как красиво двигается его грудная клетка.
— Хорошо, — сказала она. — Продолжайте так дышать даже в течение дня, когда меня нет. Это поможет улучшить вентиляцию лёгких.
— Буду, — сказал он, и в голосе его послышалась странная… нежность?
Она перешла к упражнениям для ног. Сгибание, разгибание, отведение. Она старалась не смотреть на его тело, не думать о том, какой он красивый. Но это было почти невозможно. Когда она наклонялась ниже, она слышала, как его дыхание сбивается, и чувствовала, как горят щёки, а грудь наливается тяжестью. Ей казалось, что время тянется чертовски медленно. Это была пытка — находиться рядом с ним, прикасаться к нему и делать вид, что ничего не чувствуешь.
«Как я выдержу ещё несколько месяцев? — думала она. — Как я не напомню ему о себе?»
Они снова не закончили упражнения. Кирилл вдруг сказал:
— На сегодня хватит. Я устал.
Ирина подняла на него глаза. Он смотрел на неё с напряжением, болью, желанием. Она не могла понять его чувств.