Страница 47 из 69
Глава 45. Максим
Глава 45. Максим
Глава 45. Максим
Я ждал Веру у студии как нервный школьник, у которого первое свидание, последний шанс и очень плохой характер.
Конечно, внешне я стоял спокойно. Облокотившись о машину. В пальто. С телефоном в руке. Практически памятник мужской выдержке.
Внутри же меня носило так, будто я сам ехал разговаривать с ее сестрой, а не просто ждал женщину, которую люблю.
Когда Вера вышла из кафе, я сразу понял: разговор был тяжелый.
Не потому, что она плакала. Нет. Вера редко плакала на улице. У нее для этого была или ванная, или мои плечи — что, между прочим, большой прогресс.
Но лицо у нее было тихое.
Опустошенное.
Будто она только что сняла с себя старый пласт кожи.
Я открыл ей дверь.
Она села молча.
Я тоже сел за руль и не тронулся сразу.
— Хочешь говорить? — спросил.
Она покачала головой.
— Хочу, чтобы ты минуту просто был.
Это «просто был» каждый раз действовало на меня сильнее, чем любые признания.
Я выключил телефон.
Положил его экраном вниз.
Повернулся к ней.
Вера сама потянулась ко мне, пристегнутая ремнем и все равно каким-то чудом сумевшая уткнуться лицом мне в шею.
Я обнял ее так, как будто именно для этого и родился — держать вот эту конкретную женщину, когда ей больно.
— Она призналась? — спросил тихо, когда почувствовал, что дрожь у нее стала меньше.
— Да.
— Все?
— Да.
— Прости.
Она отстранилась и посмотрела на меня измученным взглядом.
— Ты-то за что извиняешься?
— За то, что тебя вообще через такое протащили.
— Максим, мир не крутится вокруг твоей ответственности.
— Жаль. Я бы многое там уже переписал.
Она слабо улыбнулась.
Вот и хорошо.
Хоть чуть-чуть.
— Поехали домой, — сказала Вера.
Домой.
Не «к тебе».
Не «в дом».
Домой.
Я ничего не сказал. Просто завел машину.
Потому что если бы открыл рот, мог выдать что-то слишком откровенное даже для себя.
По дороге Вера молчала почти все время. Только один раз повернулась ко мне и спросила:
— Ты правда думаешь о свадьбе?
Я чуть не пропустил поворот.
— Это сейчас была внезапная проверка давления?
— Нет. Просто вопрос.
— Правда.
— Насколько правда?
— Настолько, что я уже мысленно убил троих ведущих, двух фотографов и одного родственника, который будет говорить тост дольше трех минут.
Она засмеялась.
Наконец.
Тихо. Но искренне.
И я понял, что, пожалуй, готов терпеть даже свадьбу с людьми. Ради этого смеха — что угодно.
— Ты ужасный, — сказала она.
— Зато предусмотрительный.
— А если я захочу скромно?
— Значит, будет скромно.
— А если не сразу?
— Значит, не сразу.
— А если я вообще сначала хочу просто пожить с тобой и убедиться, что ты не начнешь снова делать это свое ледяное лицо и молчать сутками?
Я бросил на нее быстрый взгляд.
— Тогда живи и проверяй.
Она кивнула.
— Хорошо.
Потом помолчала и добавила:
— Просто я не хочу, чтобы наш второй шанс выглядел как срочная компенсация за первый провал.
Вот.
Это было умно.
Точно.
Очень по ней.
— И не будет, — сказал я.
— Обещаешь?
— Да.
— Ты в последнее время подозрительно много обещаешь.
— Потому что раньше слишком много молчал.
Она отвернулась к окну, но я увидел, как дрогнули ее губы.
И понял — попал.
В нужное.
В живое.
Иногда любовь — это не громкие жесты.
Это когда ты наконец-то начинаешь говорить вовремя.
---