Страница 71 из 71
Анна закрыла глаза, слушая ровный, спокойный стук его сердца прямо у себя под ухом. Тот самый ритм, который она когда-то запускала своими окровавленными руками.
— Знаешь, о чем я думаю? — тихо спросила она, глядя на ледяные лотосы, которые начали распускаться на воде от его присутствия.
— О том, как улучшить вентиляцию в инфекционном отделении? — с мягкой иронией предположил он, зарываясь лицом в её волосы и вдыхая запах её травяного мыла.
— Нет. Я думаю о том, что мы обсуждали тогда, вечером. О времени.
Мо Цинсюань перестал улыбаться. Его руки, обнимающие её, стали тверже, прижимая Анну к себе с такой силой, словно он боялся, что она исчезнет прямо сейчас.
— Посмотри на свои руки, Анна, — негромко приказал он.
Она послушно подняла ладони. Мелкие шрамы от химикатов никуда не делись, но её кожа... она светилась слабым, едва уловимым серебристым светом.
— Ты не культиватор, у тебя нет ядра, — его голос вибрировал у неё в груди. — Но каждый день, каждую ночь, проведенную рядом со мной, каждый раз, когда я лечил твою усталость... я вплетал свою очищенную ци прямо в твои кровеносные сосуды. Светящаяся заколка в твоих волосах — это лишь якорь. Моя энергия давно стала частью твоего кровообращения. Твоего механизма.
Анна затаила дыхание. Мозг врача лихорадочно пытался проанализировать его слова. —
Ты хочешь сказать, что моя клеточная регенерация...
— Я хочу сказать, что твоя плоть больше не является плотью обычного смертного, — Мо Цинсюань мягко развернул её к себе. Его ледяные глаза смотрели в её темные с пугающей, абсолютной нежностью. — Ты не сможешь летать на мече или замораживать горы. Но ты не постареешь так, как боишься. Болезни и время не властны над сосудом, который питает бессмертный мастер.
Он поднял руку и нежно коснулся её щеки.
— У тебя впереди вечность, лекарь Линь. Вечность, чтобы вылечить эту Империю. И вечность, чтобы быть моей.
Анна смотрела на него, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Её холодный, рациональный разум сдался окончательно. В этом мире были вещи, которые не поддавались медицинским протоколам. Любовь, способная изменить саму структуру ДНК. Магия, которая служила не разрушению, а сохранению жизни.
Она обхватила его лицо ладонями и притянулась к его губам.
Это был поцелуй, в котором не было отчаяния или страха. В нем была абсолютная, звенящая уверенность в завтрашнем дне. Прохлада его губ и жар её сердца слились в идеальный баланс, недоступный пониманию ни одному алхимику в мире.
Ветер тихо шелестел в светящихся листьях ив. Над озером Скрытое Зеркало плыли белые облака.
Где-то там, внизу, Империя продолжала жить своей суетливой, шумной жизнью. Ученики махали мечами, старейшины спорили о древних трактатах, а новые пациенты ждали своей очереди у дверей Главного госпиталя.
Но здесь, на вершине мира, Анна Воронцова, лучший хирург и первая в истории бессмертная без духовного ядра, наконец-то обрела свой дом.
Она не романтизировала смерть. Она её победила.
— Сначала диагноз, — прошептала Анна ему в губы, счастливо улыбаясь. — А лечение мы обеспечим вместе, — эхом отозвался Мо Цинсюань, крепко прижимая её к себе.
И в этот раз их лечение было абсолютно идеальным.