Страница 55 из 76
— И если вы думаете, что слышали все о пределах жестокости нашего отца, вы ошибаетесь, и Прист здесь — живое тому доказательство. Клайв контролировал наркотики на улицах. Он использовал уязвимых людей для крайне опасных экспериментов. Большинство женщин, которым он вводил эти экспериментальные препараты, умирали, и мать Приста едва не разделила их участь. Ее мозг был настолько выжжен ими, что она даже не смогла дать имя своему ребенку. Но, очевидно, младенец родился с особыми способностями.
Все забыли, как дышать, включая Секстуса.
— Он пытался воспроизвести этот результат, но я не смог найти другого такого, как ты, брат — я ведь могу тебя так называть? В конце концов, мы родственники, пусть и не совсем обычным образом.
— Это касается и твоей жены тоже, — процеживаю я.
— Безусловно, именно поэтому у меня, блядь, не может на нее встать. Я пытался, правда. Потом я понял: дело не в том, что я воспринимаю ее как кровную родственницу. Дело в том, что Клайв так ебано сильно ее любит, даже зная, что она не его. Меня от этого тошнит. — Я почти физически ощущаю исходящее от него отвращение.
Пока он говорит, в моей голове начинает формироваться стратегия отхода. Я медленно оцениваю количество охранников вокруг, мои ноздри раздуваются, втягивая запах крови.
Секстус на самом деле не понимает, как она на меня действует. Только Плутарх понимает, потому что он вел меня через это испытание. Это одна из худших вещей, которые могут случиться со мной и всеми окружающими, но ситуация того требует. Жажда крови — единственный выход.
— В любом случае, уверен, вы понимаете, почему я не могу заставить себя смотреть, как вы двое кувыркаетесь, — говорит Мариус, направляясь к выходу. — Все, что я могу гарантировать, это свободу младшей сестренки после всего, но только если Отец Кузницы здесь останется полностью удовлетворен. Так что я уверен, мы с ней еще увидимся. Что же касается нас двоих... — Перед самым выходом он насмешливо кривит губы. — Боюсь, на этом все. Но я рад, что ты нашел любовь, брат. Это сделало тебя лучше как человека. Дало тебе шанс на рай.
— Для таких, как мы, рая нет, — отвечаю я ему, и блеск в его глазах говорит о том, что он согласен.
Мариус Лавлесс готов ко многому, и он способен на большее зло, чем можно предположить по его внешности. Но даже он не предвидит мой следующий шаг — последний шаг, который я когда-либо совершу.