Страница 33 из 42
Я возвращалась за стол уже в более-менее сносном настроении, напевая песенку, услышанную от Томы в прошлый раз:
Посуда бьется к счастью
Так всегда бывает!
Случается нечасто,
Но часто разбивают..
Из памяти вдруг выплыло:
..Кувшины, чашки, миски,
Блюдца и тарелки
Колотятся при мойке
И их осколки мелки.
Я даже остановилась. Странно, мне казалось, Тома тогда так и не продолжила песенку. Или дурное рифмоплетство — тоже последствие влюбленности, и это я сама только что придумала?
Хотела вернуться и спросить девушку о втором куплете, но не увидела ее за стойкой. Должно быть, уже ушла домой.
— Ты не лопнешь? — с опаской спросила Дарла, когда я вернулась с пирожными.
Ребята тянули кэль, болтая и смеясь.
— Бери одно, — великодушно разрешила я. — И ты, Силли, тоже. Четыре в меня точно не влезет.
Воистину, сегодняшний день вымотал донельзя! Сначала Зирч со своим занятием, потом Веррич с предложением о работе и до сих пор непонятная мне магическая экономика, следом Тэйч с поцелуями, а теперь еще и куплет, которого я не должна знать! Завалилась бы спать прямо сейчас, но надо переписать домашки, набросать письмо папе и идти на занятие с Джефом. При этом так хотелось просто посидеть с Валли на «нашем» пляже, тем более что вчера у меня едва хватило сил дойти до кровати.
Вернувшись из столовой, вытащила из «почтового ящика», с разрешения коменданта закрепленного на двери нашего жилого блока, записки с вопросами от сокурсников. Святые угодники, еще и с ними надо разобраться! «Курсантка Эрроч, отставить уныние!» — мысленно приказала я себе. — «План таков: письмо папе, переписать домашку сколько успею, разобраться с вопросами студентов и позаниматься с Джефом. Потом посидеть с Валли и доделать остальное. В лаборатории тетушки Мередит первым делом сварю себе кувшин зелья бодрости! Нет, лучше ведро!»
Садясь за письмо папе, я представляла, как жадно пью, засунув голову в ведро с зельем и радостно пофыркивая — так Зорька делала, возвращаясь летом с пастбища. А еще мухи жужжали одновременно успокоительно и раздражающе, птицы голосили, стихая лишь на закате. Только некоторые из пернатых еще переговаривались до полуночи, когда аромат ночных цветов становился восхитительным и острым, проникая сквозь занавеску, кружил голову и навевал сладкие сны, также, как и тихий голос, напевающий глупую песенку про посуду..
— Вин, Ви-и-н! Просыпайся! Пора идти заниматься с Джефом!
— А? Что?..
С трудом разлепив глаза, обнаружила, что уснула прямо на дописанном письме. Вскочила, ошарашенно оглядываясь. Господи! Домашку не переписала, с записками не разобралась! Можно было бы отменить тренировку, но гордость не позволяла. Я же сама предложила с ним заниматься, а теперь, получается, ничего не успеваю. Драконы бы побрали этого Тэйча с его любовью, отнявшей у меня два часа рабочего времени!
Стоящая рядом Дарла смотрела на меня с искренним сочувствием. Из-за ее спины выглядывала Сильвана Оливия.
— Иду, только умоюсь и водички попью, — пробормотала я.
Выходя из комнаты, врезалась в дверной косяк. Так мне и надо, засоне!