Страница 68 из 82
Мужчина встрепенулся, не ожидая обращения к себе. Он улыбнулся, хитро прищурившись:
– Рад, что ты перешла на более личное обращение, – он довольно поддел из своей пиалы дольку фрукта, похожего на киви. – Что же до планов. Они у меня не меняются из года в год. Закончится банкет, сойдёт снег, отразим приход крех, родятся мальки. Потом пора законопроектов, нужно будет быть в столице. И вернувшись, поприветствовать новых жителей моих земель, – он скучающе перечислял предстоящие дела, загибая пальцы. – Возможно, будет что-то интересное, выбивающееся из графика, но это редкость.
Я слушала, удивляясь, насколько однообразная жизнь, и вспоминая, как у нас, людей, проходит всё по одному сценарию: работа и дом, иногда встречи с друзьями. Но в большинстве своём, всё очень предсказуемо.
– Звучит, конечно, скучно, но на деле происходит интересно, – он пожал плечами, рассматривая озадаченную меня.
– Да уж, вернувшись домой и если получится, на прежнюю работу, всё тоже будет предсказуемым, но благодаря разнообразию человеческого фактора, интересно, – поделилась я.
– Расскажешь о своей жизни? – Кеша наклонил голову набок, рассматривая меня.
Я не отказала, поведав о том, где работала и что именно делала.
Вечер пролетел незаметно, мы засиделись допоздна.
– Я распорядился приготовить для тебя покои в этом крыле. Проводить? – мужчина поднялся, когда я засобиралась к себе.
Это предложение было неожиданным. И странным.
Зачем мне комнаты здесь?
– Нет, спасибо, – быстро ответила я и, попрощавшись, ушла.
Эсса ещё не спала. Девушка сидела за столом и читала. С моим приходом она резко обернулась и внимательно осмотрела меня. Змейки активно начали лизать язычками воздух, считывая информацию.
– Ты долго. Что-то ещё случилось? – обеспокоенно спросила она.
– Нет. Уже всё хорошо, – отмахнулась я, вспомнив всё, что за сегодня произошло. – А у тебя как? Крея не сильно ругала?
Горгона резко вскинулась, посмотрев на меня горящим жаждой поделиться глазами.
– Она отправляется служить в дом на окраине боковой ветви семьи, – восторженно начала рассказ подруга. – Ты бы видела, каким злым был герцог, услышав, сколько времени ты играла. И не слушая её оправданий, вынес приговор. Не знала, что наша экономка может быть такой растерянной.
Услышав, каким именно будет наказание, я растерялась. Это так плохо?
– Конечно. На окраине живёт тот, кто не имеет права на трон, и не получит его даже при самых негативных сценариях. И служить ему большое наказание. Нет власти, нет привилегий, нет статуса. Ссылка хуже смертной казни, потому что такой спуск по должности громко говорит о серьёзности провинности, но даже не даёт шанса на искупление.
Если верить горгоне, то лишение свободы или жизни были бы милосерднее.
Мне же ничего из этого понятно не было. Особенно учитывая фактор верного служения даже в этом деянии.
– Ты не права, Света, – услышав мои размышления, поправила Эсса. – Слуги не должны делать того, к чему господин не стремится. Герцог никогда не ставил себе целью власть. И это нужно было принять. Крея нарушила свою клятву о не причинении вреда, потому что, если бы тебя приняли за высшую, то проблемы разгребать пришлось бы всем. До нас просто ещё не дошли отголоски того, как именно слухи о тебе всколыхнули общество, в том числе и высших.
Всё становилось более запутанным и туманным.
В памяти всплыл разговор с Магией, который размышлял о том, как много я бы узнала, попади во дворец. Не он ли подтолкнул эту суету?
В любом случае, с моим исчезновением, пропадут и проблемы. Так ведь?
– Скорее всего завтра получится меня вернуть домой, – тихо произнесла, грустно улыбнувшись подруге.
Да уж, я думала, что эта новость отзовётся радостью хотя бы сейчас. Но ничего, кроме тоски не было.
– Я… рада, – с заминкой ответила Эсса, отворачиваясь, пряча слёзы.
Больше мы не говорили.
Утром Эссу вызвали к оружейнику, под чьё кураторство она перешла уже полностью, оставив обязанности на кухне. Придя к Тулсу, я ожидала, что он подсобит с работой, но была отправлена готовиться к балу, как любая нормальная девушка. Ал, освободившийся от контракта со Скаей, меня избегал.
Не зная, куда податься, я вернулась в комнату. Мне готовиться было не к чему. От работы служанки меня тоже освободили.
В безделии меня охватила апатия. Я осматривала комнату и мысленно прощалась с привычной обстановкой. И Эссой. И Тулсом с библиотекой. И Кешей.
С этими давящими эмоциями я и провалилась в сон.
***
– Как же ты меня раздражаешь, – прошипела Карина рядом.
Я резко открыла глаза, подскакивая.
Мы были в нашей детской комнате, в той же обстановке, что и раньше.
Я лежала на своей кровати, в старой пижаме. Сестра сидела сбоку, в такой же одежде. Вот только она была накрашена, а в ушах и на шее были украшения из одного моего серебряного комплекта с полудрагоценными камнями.
Она поглаживала мою куклу по волосам, методично вырывая волосок за волосом.
– Герцога разбудила, вампира освободила, в большие проблемы не впуталась. Прямо безвольная героиня романа, – с последними словами она вырвала целый клок волос у куклы, срывая и заколку с зелёным камнем. – Но не думай, что сможешь так просто вернуться и жить как прежде. Тебе же больше некуда возвращаться, – она мило улыбнулась, отложив куклу. – Ты же ещё не в курсе, – озарило её. – Бабушка вернулась, и она будет меня учить. Когда смогу завоевать её доверие. Так что в доме нам обоим места сейчас нет, а потом он станет моим. Куда собралась возвращаться?
Слушая это, к глазам подступали жгучие слёзы. Попытки что-то ответить были тщетными. Я открывала рот, но произнести ничего не могла.
Карина довольно похлопала в ладоши:
– Как мило! Повинуясь моей воле, этот сон лишил тебя голоса. Но только ли во сне ты его лишилась?
Схватившись за горло, я начала кричать, пытаясь выдавить хотя бы звук. Но ничего не получалось.
Сестра засмеялась и растворилась. Я же, надеясь заставить себя говорить, начала в панике метаться по кровати.
В двери постучали. Услышав это и забыв, что во сне, я попыталась резко встать, но упала на пол.
И проснулась.
В двери постучали настойчивее.
Я посмотрела в окно, пытаясь понять, какое сейчас время суток. Уже стемнело.
В дверь уже забарабанили.
– Если не откроешь, я войду силой, – с угрозой отозвались по ту сторону.
Это была Трина.