Греховные игры

Риз замер. Сделал шаг — и отступил. Его нога повисла в воздухе между двумя балками. Я сжала кулаки.

— Что ты сказал?! — обернулся он.

— Левый! Быстрее! — Эйприл начала паниковать.

— Это правый, тупица! — одновременно с ней заорал Хадсон.

Риз не знал, кого слушать. И секунды замешательства оказалось достаточно. Он пошатнулся. Балка под ногой скользнула.

— Нет! — вырвалось у меня.

Со всплеском Риз исчез под водой. А потом… послышался треск. Электричество. Крики.

Всё, что построил Маверик — порядок, план, надежду — рассыпалось в одну секунду. Комната захлебнулась в панике и криках.

И я стояла на своей платформе, беспомощно вглядываясь в воду, надеясь, что Риз всплывёт. Хоть как-то.

Но вода оставалась тихой. Слишком тихой.

— Ты саботировал его, ты, псих! — закричала Эйприл, сжав кулаки по бокам.

— Нет, ты ошибалась! Он должен был пойти налево! — парировал Хадсон.

— Вот что она, черт возьми, сказала! — закричала Киара через воду. — Это ты ему сказал пойти направо!

Среди суматохи раздался голос Маверика — громкий, уверенный, с той самой силой, которая на мгновение заставила нас замолчать.

— Слушайте! — крикнул он. — Поспорим позже. Сейчас мы либо работаем вместе… либо умираем вместе!

Слова, как удар током. Паника в горле застряла, как крик, который не успел вырваться. Мы потеряли столько времени на вопли и истерику из-за Риза… А времени оставалось всего шесть минут. Шесть. И мы все могли погибнуть.

— Кэри, разберись с текстом! — позвал Маверик через воду. — Кортни поведу я. Зак, бери Хадсона. Эйприл, направляй Жасмин. Сосредоточьтесь, дышите ровно. Мы справимся, ребята.

Мои пальцы дрожали, когда я вытащила телефон из кармана. Сердце стучало громче, чем отсчёт на цифровых часах. Как я и ожидала, на экране появилось сообщение с подсказками и короткой надписью под ними: Обнаружено изменение веса. Устранить игрока?

Губы задрожали. Я не хотела этого делать. Он был... не самым приятным. Лучший друг Хадсона, вечно подшучивал надо мной. Но он помог мне в салки. Просто так. Я нажала на его профиль с фотографией. Прощай, Риз.

В этот момент Жасмин добралась до своей платформы — тридцать семь секунд, и Эйприл радостно махнула ей. Кортни справилась за десять секунд после, а Хадсон — ещё через двадцать. Быстро. Чётко. Как будто страх придал нам ускорение.

— Последняя тройка! — крикнул Маверик. — Четыре с половиной минуты, пойдём по одному. Эйприл, ты первая.

Она шагнула на балку, напряжённая, но собранная. Маверик и Зак чётко направляли её, и через сорок семь секунд она уже стояла на своей платформе. Зак пошёл следом, уверенно, и поднялся на место, когда до конца оставалось две минуты.

Маверик остался последним. Он взглянул на меня через воду — один-единственный кивок, почти незаметный, но такой сильный, что я почувствовала, как сердце сжалось от эмоций. Он встал на стартовую балку справа и замер. Его глаза — сосредоточенные, холодные — прокладывали маршрут по деревянному лабиринту.

Я задержала дыхание, когда он сделал первый шаг. Каждое его движение заставляло меня сжиматься от напряжения, будто каждый его шаг я проживала телом. Вода почти добралась до балок, она хлестала, злилась, выла под потолком. После падения Риза поверхности стали ещё скользее, и я не могла не представить худшее.

Маверик ступил на мокрую балку. Аккуратно, сосредоточенно, будто весь остальной мир исчез. Я молилась. Беззвучно, судорожно. Пожалуйста, будь в порядке. Пожалуйста…

Когда он слегка пошатнулся, моё сердце сжалось. Я почти закричала — но удержалась. Я знала, любой звук мог его отвлечь. Мы уже видели, что произошло с Ризом из-за лишних слов. Я не могла позволить, чтобы это повторилось.

Он выпрямился, будто почувствовал мою панику. Его лицо было каменным. Стиснутая челюсть, решимость во взгляде. Он выбрал балку слева, шагнул… и ещё шаг. А потом… прыжок. Он приземлился на платформу с тяжёлым выдохом и грубым хмыканьем.

Я чуть не заплакала от облегчения.

— Двадцать секунд осталось! — прокричал Зак. — Красава!

Маверик усмехнулся, вставил свой блок в цель — и в ту же секунду раздался резкий звуковой сигнал. Следом — голос из динамика:

— Игра пройдена.

Мы застыли, переглядываясь. Всё закончилось… или только начиналось?

Гудок снова пронзил пространство. Динамик ожил.

— Поздравляю тех из вас, кто преуспел в игре, — сказал голос. — Надеюсь, это не было для вас слишком шокирующим. Вода больше не поднимается и не электризуется, так что вы можете вернуться обратно без опасений. Теперь вы обнаружите, что дверь не заперта, так что вы можете подняться наверх и вернуться в постель. Спокойной ночи!

Брук наклонилась к краю и посмотрела вниз на темную воду.

— А что, если это всего лишь часть игры? — спросила она.

Эйприл уставилась на меня, нахмурив брови.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что если это ещё не конец? Что, если мы решим, будто всё позади, вернёмся назад, оступимся и... вода всё ещё окажется под напряжением?

Хадсон опустился на колени у края и сунул руку в воду.

— Всё в порядке. Видишь? — коротко бросил он. — Теперь мы можем выбраться отсюда к чёрту?

Один за другим мы перебрались на другую сторону. Сам факт, что вода больше не была электрифицирована, будто снял с нас груз, и пересечь балки вдруг стало в десять раз легче, несмотря на то, что большинство из них оставались скользкими. Только Зак поскользнулся, но сумел выровняться, прежде чем упасть в воду.

Когда мы покинули игровую комнату и вернулись в мрачный, влажный коридор подвала, наша группа рассыпалась. Я задержалась с Эйприл, Брук и Заком, в то время как Жасмин с Киарой шептались на пару шагов впереди. Хадсон брёл один, опережая их, а Маверик и Кортни тоже держались особняком.

— Значит, наша теория о Ризе была полным провалом, — пробормотал Зак, ткнув плечом Брук. — Очевидно, он не Мастер Игры.

Я кивнула.

— Я уже начала в это верить. Он помог мне в той игре в салки.

— Серьёзно? — Брук посмотрела на меня, её глаза были полны вины, сожаления и чего-то щемящего. — Боже, Кэри, мне так жаль. Я совсем застыла… и...

Я подняла ладонь, мягко останавливая её.

— Всё нормально. Не надо объяснений или извинений. Я понимаю.

— Если это что-то значит, мне тоже жаль, — сказал Зак. — Я тоже застыл. Но это не оправдание. Я должен был помочь тебе.