Страница 53 из 420
— Тогда ты не победил. Потому что твой противник не сдался. Нельзя победить, если противник еще не признал поражение. Я остановил бой, чтобы вы не покалечили друг друга. А ты что сделал? Продолжил драться!
— Но он тоже!
— Ты продолжил, и я продолжил, — влез я в их перепалку.
Еще не хватало меня виноватым выставить.
Тренер на это ничего не ответил. Он сел на корточки перед Славой и негромко сказал:
— Когда нарушаешь правила, будь готов к последствиями, Вячеслав. Я только что спас твой глаз, потому что этот парень собирался его тебе выдавить. — После этих слов, парень с удивлением и ужасом во взгляде посмотрел на меня. Я моргнул, подтверждая, что именно это и собирался сделать. Тренер продолжал: — А ты бы ничего не смог сделать, потому что коленями он твои руки прижал. Ты думал, что уже победил, да? Так вот, ты не победил. Ты почти проиграл. И это поражение очень дорого бы тебе обошлось. Понял меня?
— Да, тренер, — выдохнул Слава.
— Сто отжиманий.
— Но…
— Двести.
— Да, тренер.
Затем мужчина подошел ко мне и подал руку, помог подняться. Ладонь у него была сухая, шершавая как дерево, и крепкая.
— Пошли, вправим тебе плечо, — повел он меня за собой. — Лиза, принеси лед.
— Да, тренер! — хмыкнула девушка и умчалась.
Остальные, кто наблюдал за ходом боя, начали расходиться. Среди оставшихся рядом со Славой узнал его дружков из парка. Один из них, шатен среднего роста, слегка хромал.
— Будет больно, — предупредил тренер и взялся за больную руку.
Он привел меня в раздевалку с большим зеркалом, жестяными старыми шкафчиками и несколькими скамейками по центру. На потолке светили старые бледные лампы, заливая обшарпанные стены мертвенно-белым светом.
— Я готов, — отвечал ему.
Руку снова потянули. Еще один щелчок и ослепительная вспышка боли.
— О-о-ох… — выдохнул, когда пришло облегчение.
Ледяное онемение растекалось по плечу.
— Приходи через неделю, как восстановишься. Тренировка начинается в семь. Вот мазь, она поможет быстрее заживить порезы и ушибы.
В здоровую руку мне положили стеклянную баночку без этикеток. Видимо, какой-то свой состав. Надеюсь, без этого синтопиозина с Порчей, от которого каждый раз унитаз обнимаю.
Тренер ушел, оставив меня одного. В крови еще бурлил адреналин после драки, сердце гулко стучало, по телу то и дело пробегала дрожь. Я посмотрел на себя в запыленное зеркало. Левая скула разбита, губа тоже, под носом кровь, бровь рассечена. Не очень-то я сейчас похож на лаборанта «Воронов Фармацевтика». Сходил на тренировку называется. Но я нисколько не пожалел об этом. Все равно рано или поздно я бы встретился с этим Славиком вновь.
Хоть тренер и считал, что я мог победить, на мой взгляд мы оба проиграли. Один с вывихнутой рукой. Второй чуть без глаза не остался. С другой стороны, для Славы это будет уроком, что со мной стоит связываться только в одном случае. Если готов идти до конца.
— Эй! — позвал слегка хрипловатый женский голос от входа в раздевалку. — Ты там не без трусов случайно?
Глава 19
— А надо? — ответил я.
— Ха-ха, очень смешно, — в раздевалку вошла Лиза. — Я бы смеялась искреннее, но уже попадала так на «сосисочную вечеринку». Лови!
Она кинула мне пакет со льдом. Поймал его здоровой рукой и приложил к плечу. Какое наслаждение.
— Спасибо, — поблагодарил ее.
— Хребет у тебя что надо, — сказала Лиза, подойдя почти в упор.
Она была невысокой, метр шестьдесят пять примерно. Но сейчас ее глаза оказались выше моих, потому что я сидел на скамье.
От девушки сладко тянуло потом и женским телом. На ней был короткий черный, обтягивающий небольшую грудь спортивный топ с солевыми разводами, атласные черные шорты, спортивные гетры на стройных, мускулистых ногах и старые, потрепанные кроссовки. Темные волосы собраны в короткую тугую косу с ярко-рыжей резинкой на конце. Она была красива простой и естественной красотой без тонн косметики. Лицо открытое, улыбка слегка язвительная, прямой нос и темные брови, будто живущие своей жизнью. Они постоянно шевелились. Вообще, у Лизы была очень живая мимика. Загляденье просто.
— Мало кто может против моего братца так долго выстоять в первом бою, — продолжала девушка.
Так вот почему ее серые глаза кажутся знакомыми.
— Ты извини его, ладно? — неловко замявшись, прямо попросила она. — Это Тренер так новичков проверяет. Если есть хребет, то будет и толк. Но Славка перегнул палку, вот Тренер и разозлился. Обычно мы новичков не калечим.
— Обычно? — переспросил, прижимая к плечу ледяной пакет.
— Не знаю, что на братца нашло. Но Тренеру ты понравился. Это сразу видно. Так что приходи на следующую тренировку.
— А как его зовут?
— Кого? Тренера? Не знаю. Мы зовем его просто Тренер. С большой буквы. Кстати, — она вдруг нагнулась вперед, и ее лицо оказалось очень близко к моему. Я разглядел мокрые волосы, прилипшие к потному лбу. — Насчет недели — это тоже проверка Тренера.
— Я уже догадался, — ответил, не отстраняясь и глядя ей прямо в глаза.
— Хорошо! — выпрямилась она и направилась к выходу. — Тогда еще поспаррингуем. Обещаю не выбивать тебе плечо! Интересно будет сразиться с тобой через месяц тренировок.
— Почему «Пушинка»? — спросил ее вслед.
— А как ты себя чувствуешь? — развернулась Лиза, замерев в проходе.
Свет из зала косо падал на ее фигуру, подчеркивая спортивные формы.
Я прислушался к своим ощущениям, подвигал плечами, покрутил спиной.
— Будто все тело онемело, — ответил наконец.
— Потому и «Пушинка»! Как будто ничего не весишь, — засмеялась она и вышла.
Да уж. Не угадал я с сарказмом и иронией, когда увидел вывеску первый раз. Это самый настоящий черный юмор, от которого в глазах темнеет. Но так даже лучше. Одно напрягало: Тренер (с большой буквы!) пока ни разу не заговорил о деньгах. Оно понятно — сегодня было скорее пробное занятие, которое должно показать, хватит ли у меня вообще духу здесь тренироваться. А уж потом встанет и денежный вопрос.
О нем я не волновался. После перевода Листницкого какое-то время о деньгах можно не думать.
На сегодня я все. Пожалуй, буду переодеваться и собираться домой. Эту ночь надо отлежаться.