Страница 120 из 143
Калас любил свой корабль. Он позволял ему иметь полную автономию. Если бы не продукты, которые приходилось закупать, капитан, наверно, вообще не спускался на землю, ведь на судне он чувствовал себя абсолютно свободным.
К сожалению, с его «второй возлюбленной» случилась беда, так как вчера двигатель отключился, и они застряли в этом морозном лесу.
Глядя на остывший двигатель и слушая звонкие удары молота, мужчина тяжело вздохнул.
Вскоре он протиснулся между бортом и двигателем и оказался в кормовой части, где можно было видеть открытый железный люк, откуда торчали две юношеские ноги, выпачканные в копоти и масле.
Видя эти подрагивающие с каждым ударом ноги, Калас постучал по пустому двигателю.
— Крей!.. Крей!.. Крей, твою мать!
Вскоре стук прекратился, и из люка выкарабкался молодой парнишка лет шестнадцати и, лёжа на спине, снизу вверх посмотрел на мужчину.
На его грязном лице отчётливо читалось недовольство. Русые волосы были все в саже, из-за чего казались чёрными, а два голубых глаза казались двумя сапфирами, лежащими в угле.
— Чего надо⁈ Я же сказал, ремонт займёт сутки! — юношеским голосом парнишка по имени Крей отчитал капитана.
— Не дерзи мне, юнец! Не то я тебе задницу надеру! — рявкнул Калас, сжимая кулаки до хруста в костях.
Однако парень не испугался и, вместо этого поднявшись с пола с молотом в руках, встал прямо перед капитаном, слегка толкая его своей тощей грудью.
— Уверен? — с дерзкой ухмылкой спросил Крей, сжимая молот.
Калас был весь красный от гнева, но не осмеливался ничего сделать.
«Вот ведь ублюдок! Знает, что я ему ничего не могу сделать!»
— в душе возмущался мужчина, и как раз в этот момент сзади послышался женский голос.
— Кала! Что ты опять устроил⁈ — грозно спросила женщина.
Однако, прежде чем капитан успел ответить, Крей посмотрел за его спину и, на мгновение улыбнувшись, тут же изобразил печаль на своём лице, отчего казалось, что он вот-вот расплачется.
С хриплым голосом юноша обратился к женщине.
— М-мама… Отец хотел меня ударить…
От этих слов у Каласа похолодело на сердце, а лицо стало бледным, и он со смущённой улыбкой обернулся назад.
Позади него стояла красивая крепкая женщина под два метра ростом, одетая в охотничью форму, как у капитана. Она выглядела как амазонка, с русыми волосами, собранными в конский хвост. Её симметричное лицо пусть и не было утончённым, как у аристократок, но обладало своеобразным шармом. В нем не было дефектов или мужественности, но оно выдавало в ней решительность и бесстрашие.
Её голубые глаза сузились, и в них читался гнев, который прямо сейчас был направлен на мужчину перед ней.
— Д-дорогая… Это не то, что т-ты подумала.
Крей, видя, что переборщил со своей игрой и что сейчас его отец знатно отхватит, тут же попытался исправить ситуацию.
— Мама, я, кажется, просто не так понял отца! Он бы никогда меня не ударил!
Он знал, что мать никогда не проверяет, правду говорит её ребёнок или нет. Она фанатично ему верила, ведь Крей являлся их единственным ребёнком.
После того, как в Балтес выпустили новый элексир, пробуждающий магов, их семья купила три флакона, и все смогли встать на путь рыцарей. Хотя это давало силу, и прямо сейчас Калас и его супруга Азела являлись рыцарями серебряного уровня, а их сын недавно перешёл на железный уровень, у этого также был и большой минус: зачать детей стало гораздо сложнее.
По этой причине Крей, родившийся ещё до того, как муж и жена приняли эликсир, стал для его матери драгоценностью, которую она берегла, как дракон своё золото.
Юноша уже давно научился пользоваться своей властью и в споре с отцом всегда звал на помощь мать, из-за чего Калас довольно часто лишался возможности спать в спальне с супругой.
Прямо сейчас мужчина, видя разгневанную жену, понял, что сегодня ему опять придётся спать в каюте экипажа.
«Вот ведь мелкий ублюдок! Ну подожди у меня! Как только появится возможность, я тебя так отделаю, что ты ходить не сможешь!
» Продолжая стоять с глупой улыбкой на лице, капитан уже планировал избить своего нерадивого сына, который так его подставил.
Азела с недоверием посмотрела на сына, словно думая, не заставил ли Калас его изменить свои слова, но вскоре успокоилась и, нежно улыбнувшись, подошла ближе.
Оттолкнув мужа, она притянула мальчика к себе, вытерла с его лица копоть и погладила по голове.
— Сынок, не торопись. Если сложно, оставь на завтра. Главное, чтобы ты не переутомлялся.
Теперь Крей действительно пожалел о своём поступке. Мать слишком опекала его, а это было хуже, чем пинки и подзатыльники от отца, которые тот украдкой выдавал своему сыну при каждом удобном случае.
— Мам, не волнуйся. Это всего лишь образовавшаяся накипь. Трубы забились, и пар не проходит. Ещё пару часов, и мы сможем продолжить путь.
Женщина прижала сына к груди, продолжая ласкать его, не желая отпускать ни на мгновение.
Её ребёнок был не только честным, послушным и трудолюбивым, но и самым умным среди всех, иначе как бы он научился разбираться в двигателях кораблей?
Азела даже не пыталась вникнуть в устройство двигателя, ведь все знали, что руны, установленные на его корпусе, были настолько сложны, что об этом ходили легенды по всему континенту. Однако её ребёнок не только легко разбирался с поломками, но и благополучно устранял их, одновременно вникая и изучая.
В последнем путешествии в Балтес Крей даже подал документы для поступления в ПТУ (Профессионально-техническое училище), на курсы по ремонту и обслуживанию двигателей, где преподаватели отметили его как одарённого механика и с большим удовольствием зачислили сразу на второй курс.
Некоторые даже отмечали, что в нём течёт кровь дворфов, что являлось высшей похвалой от любителей техники.
Правда от одной мысли, что придётся расстаться с сыном на целый год, у женщины опускались руки.
«Мой сын будет за тысячи километров от меня… А что если его там будут обижать или притеснять⁈»
Подумав, она вдруг испугалась и гневно посмотрела на супруга.
— Мы переезжаем в Балтес! На время обучения Крея будем жить там! Я никому не позволю его обижать! — выпалила женщина.
Калас посмотрел на задыхающегося в груди матери сына и ехидно улыбнулся.
«Ну что, засранец, доигрался⁈»
— радовался про себя мужчина, понимая, что жена о чём-то себе надумала в своей голове.