Корректор

Так, это надо запомнить. Вот это выражение натурального страха на лице, так похожем на «моё». Реципиент совсем не безнадёжен, какая-то твёрдая основа в его характере есть.

Хендрик удрал. Сразу, как только сообразил, что надо срочно разорвать дистанцию. М-да, бегает он быстрее. Ненамного, но ему хватает.

Затем он подловил «меня», понуро бредущего, на окраине усадьбы, в саду. И жестоко избивал. Воспользовался преимуществом внезапного нападения, а лопаточку «я» бросил на пляже. Зря.

Стэн жаловаться не посмел, поэтому морда Хендрика в те дни оставалась безмятежной. На «мою» разбитую губу никто не обратил внимания. Кроме мамы, которая, поглядев на меня за обеденным столом, осуждающе покачала головой. Осуждение, разумеется, в «мою» сторону.

Ещё один штрих «счастливого» детства. Бедный Стэн абсолютно не понимал, как ему надо себя вести, чтобы родители его одобрили хотя бы разочек.

Затем ряд эпизодов: визиты Хендрика в комнату Стэна, больше напоминающие набег варваров на цивилизованный город. Испачканные рисунки, сломанные игрушки…

— Да ничего страшного, что ты переживаешь, — отмахивалась мама. — Ну пошутил немного неудачно…

— Он в мой стол всё время лезет!

На возмущённый крик Стэна матушка морщится:

— О великий Праотец! — заводит глаза к потолку. — Что ж там такого ценного у тебя может быть?

Всё-таки осмелившийся нажаловаться — хоть и единственный раз за целый ряд эпизодов, — Стэн ошарашенно замолкает. Действительно, на взгляд взрослого человека там ничего ценного нет. На детский уже тоже. Красавец жук-носорог на подставке, залитый лаком, исчез. Несколько красивых камешков тоже. Один позже нашёл валяющимся на улице. Как раз под окном комнаты Стэна.

Суду, вернее мне, всё ясно. А что там с дуэлью? Морщусь от отвращения перед банальностью ситуации. Парня тупо развели на слабо. Надо заметить, что Хендрик не только сильнее и крупнее, он и занимается фехтованием на два года дольше. Всё равно что опытный боксёр или борец вызывает на «честный бой» новичка, который только-только азы освоил. Да ещё и низшей весовой категории. Браво, с-цуко, Хендрик! Гарантировал себе победу заранее!

Медленно вдыхаю, затем выдыхаю. Мне надо успокоиться.

Стэн периодически пытается взбрыкивать, только делает это по-детски неумело и чересчур эмоционально. Хотя трудно требовать от ребёнка не детского поведения. И что-то ему мешает противостоять внутрисемейному давлению, он попадается раз за разом. С этим надо что-то делать.

Он ещё о многом не догадывается. Ничего, я объясню.

Мне приходится действовать косвенными методами. Смотритель утверждает, что заселение второго «Я» в одно сознание чревато умственным расстройством, могут возникнуть неврозы. Вот и приходится работать исподволь. Спонтанное вмешательство, только очень краткое — например, выкашливание крови в лицо графу — сознание само оправдает. Легко и просто. Человек всего лишь подумает «чего это я?» и забудет. Мало ли какие необъяснимые и непредсказуемые для себя поступки совершают люди. А уж в положении, в которое попадают впервые… ведь не каждый день парню сердце на шампур насаживают.