Корректор

На месте не стою. Фабрику энергоботов для уничтожения бактерий пока не придумал, но на порядок усилить сами боты получилось. Незачем изничтожать бактерию целиком, достаточно оторвать от неё кусок или грубо рассечь на половинки. Самым энергетически выгодным оказался другой способ. Бот втыкает в бактерию «иглу», целясь в ядро, но как получится. Энергетическое копьё, во-первых, создаёт брешь в оболочке. Во-вторых, повреждает внутреннюю структуру. Не всегда смертельно, но травмированная бактерия в активности неизбежно теряет.

По истощении боезапаса из дюжины энергокопий бот исчезает. Он существует, пока есть энергия. Теперь моя боевая сотня может уничтожить в десять раз больше патогенных бактерий. Катастрофически мало. Однако выстроить барьер в каком-нибудь лимфоузле внатяжку хватит.

Стэн уже в загоне. Перед этим пустил пару волн общеукрепляющего характера.

Подходит к нашей «любимой» лошадке, главной страдалице, тоже подцепившей две болезни. Касаемся бока — партия энергоботов переходит к лошади, заселяю их в самом пострадавшем лимфоузле. Когда работа организована и боты пошли в атаку, осматриваю остальные органы.

Вирус поразил печень. Особенно густо с одной конца. Отсекаю этот кусок, заключая в энергопузырь, и схлопываю его. Поражённые ткани погибают вместе с вирусами. Приём называется «Вызываю огонь на себя». Теперь плетение, подсмотренное у Юхана. Погибшая часть органа исчезает. До сих пор мне, завзятому материалисту, непонятен механизм, но если работает, то пусть. Теперь энергетическое вливание, подстёгивающее регенерацию.

Затем волну по всему организму. Надежда на его собственные ресурсы есть всегда.

Вечером на веранде.

Сидит вся семья и, конечно, речь зашла о работе.

— Сделаю всё, что смогу, барон. В самом худшем случае придётся забить с полдюжины животных.

— Не так страшно, — Дортин облегчённо выдыхает. — Я опасался массового падежа. Так что даже в твоём самом худшем случае ты уже нас спас.

— Добьюсь я полной победы или нет, но вам кое-что сделать придётся по окончании. Загоны, где сейчас находятся больные животные, надо выжечь. Всю площадь покрыть кострами. Можно не одновременно, а такой полосой.

Карантинные мероприятия. Патогенная мелочь может таиться и в земле, и на поверхности чего угодно, и в трупах очень долгое время.

— Поэтому вот так, — завершаю объяснение. — Если каких-то лошадей не удастся вылечить, то надо их забить и сжечь целиком. Не снимая шкуры. Выжечь место, куда попала кровь. Никак иначе.

Баронесса передёргивает плечами и морщится от жестоких подробностей. Лора тоже хмурится. Держитесь, девочки! Вы — часть семьи скотоводов.

Зато барон Дортин чуть ли не цветёт. Надо отдать должное моему отцу. С моей помощью, но свой долг сюзерена он выполнил. Да и куда ему деваться? Дортин — главный поставщик лошадей для графства.

Перед уходом в свои комнаты, заговорщицки переглядываемся с братьями. На их молчаливый запрос отвечаю:

— Нет. Завтра утром. На ночь нельзя…