Страница 27 из 97
15
Целебная мазь подействовала как по волшебству, и во время водных процедур тело не реагировало на перепады температуры. Когда я вышла, принц раздраженно расхаживал по своей спальне.
— Черт, можно было поторопиться? – Сефер хмуро посмотрел на мои мокрые волосы, замотанные в полотенце на макушке. – И тебе не нужно наряжаться. Бал отменяется. – Принц направился к двери. – Пошли.
— Но я не..
— Я сказал, пошли. – В его словах послышалась угроза, заставившая меня замолчать, и я поспешила за фейри в коридор, хотя на мне был только халат. Я даже не успела надеть ошейник.
Его шаги были резкими. Когда мы подошли к двери и принц распахнул ее, его движения были отрывистыми и полными нетерпения.
К этому времени я уже знала дорогу к покоям Селестины, но никогда раньше это не вызывало у меня такого волнения. За неделю я привыкла к распорядку дня и, по-видимому, к манерам принца. Перемена в его поведении была таким же резким контрастом, как и нацарапанное углем послание на белой странице. Что его так взволновало?
Принц не постучал, прежде чем открыть дверь, а Селестины не было на диване. По гостиной разливался волшебный свет, чуть ярче пламени от спички. Без колебаний Сефер направился в спальню. Я последовала за ним – замедлилась, когда вошла в тускло освещенную комнату.
— Селестина? – Его голос.. Я никогда не слышала, чтобы он звучал так тихо и нежно. Когда Сефер обращался ко мне в лесу, его голос тоже был тихим, но с оттенком угрозы, обещанием страданий и смерти. Ничего из этого в его голосе сейчас не было.
— Сеф?
Слуги покинули комнату, он подошел к кровати и опустился на колени. Теперь, когда принц не загораживал мне обзор, я увидела лежащую на простынях Селестину.
Если раньше мне казалось, что она бледная, то это было ошибкой. Сейчас ее кожа была почти прозрачной. На лбу выступили капельки пота, волосы прилипли к лицу. Глаза девушки были стеклянными и болезненно блестели.
В животе все оборвалось, я пересекла комнату и остановилась у изножья кровати, хватаясь за спинку, как будто это могло унять дурное предчувствие, охватившее меня.
Вчера с Селестиной все было в порядке, – возможно, она казалась немного уставшей. Сейчас ее ладонь, лежащая в руке Сефера, казалась маленькой и хрупкой, как у птички, а кожа тонкой, как бумага.
Он погладил костяшки ее пальцев.
— Я пришел, как только смог. – Принц натянуто улыбнулся, не упоминая о том, что я невольно его задержала. – Мне сказали, что ты нездорова, но я не понимал насколько.. – Его брови сошлись на переносице, и он покачал головой, потрогав ее лоб. – Черт возьми. Ты вся горишь. Тебе следовало послать за мной раньше.
— Даже я не посылаю за принцем, – Селестина раздраженно выдохнула. – Кроме того, не хотела прерывать твою подготовку к балу.
— Бал отменен.
— Но это должно было.. – Кашель оборвал фразу.
— Воды, – пробормотал Сефер, поднимаясь.
— Сейчас принесу. – Я схватила кувшин и стакан с прикроватного столика.
Выдохнув, принц снова опустился на колени и помог Селестине сесть. Приобняв одной рукой за плечи, он поддерживал ее, пока я подносила стакан к губам. Фейри сделала несколько глотков, прежде чем отстраниться и перевести дыхание.
Ее побелевшие губы растянулись в улыбке.
— Ты привел Зиту. Как прекрасно.
Принц издал тихий звук, как будто был недоволен этим. С напряженным лицом он погрузил ткань в миску, которая стояла на прикроватной тумбочке, и отжал ее, прежде чем промокнуть лоб и щеки Селестины.
— О, это так мило, – вздохнула девушка, закрывая глаза. – Но, – продолжила она, когда Сефер помог ей снова принять горизонтальное положение, – я действительно думаю, что тебе следует устроить бал.
— А я так не думаю. – Слова прозвучали отрывисто и хрипло, как будто принц произнес их сквозь стиснутые зубы.
Селестина приоткрыла один глаз.
— Полагаю, спорить с тобой будет пустой тратой времени, да?
— Я принц. – На его губах появилось подобие улыбки, но это была скорее мрачная гримаса, чем обычная ухмылка.
— Причем невыносимый. – Девушка откинулась на подушки, но между ее бровями осталась небольшая складка.
— Что ж, тебе придется терпеть меня, не так ли? Я послал за целителем из Люминиса и не отойду от постели, пока он тебя не вылечит.
— Уверена, у тебя есть дела поважнее. – Ее голос затих, и Селестина погрузилась в сон.
Спальня надолго погрузилась в молчание, но девушка так и не проснулась. В конце концов я поняла, что Сеферу неудобно стоять на коленях, и, поскольку в кои-то веки он не вел себя как придурок, я сжалилась над ним и принесла стул, на что принц лишь моргнул.
— Это предмет мебели, на котором сидят.
Он бросил на меня равнодушный взгляд.
— Я знаю, для чего нужны стулья.
— У тебя был такой пустой взгляд, что я удивилась. Или проблема в том, что это не трон?
— Проблема в том.. – Сефер глубоко вздохнул, вероятно, осознав, что начинал повышать голос. – Проблема в том, – продолжил он более спокойно, – что ты принесла его мне. И я не могу понять, в чем подвох. – Прищурившись, принц наблюдал за мной, все еще не поднимаясь с колен.
Подвох? Значит, он все же считал, что я могу представлять для него опасность, пусть и незначительную. Сефер не казался испуганным, когда охотился на меня этим утром.
— Временное перемирие. – Я кивнула в сторону Селестины, поясняя, что это из-за нее.
Его брови поползли вверх, он наклонил голову, поднимаясь.
— Спасибо.
— За стул или перемирие?
Сефер пожал плечами и опустился на сиденье, все еще держа девушку за руку.
— А это не может быть и за то и за другое одновременно?
Его внимание вернулось к Селестине, как будто меня вовсе не было в комнате.
Я долго наблюдала, как принц хлопотал над ней, промокая пот, уговаривая ее попить, требуя свежей воды, чтобы охладить лоб.
Если бы я не знала его лучше, то сказала бы, что ему действительно не все равно. Но это же Его Язвительность принц. Что еще его волновало, кроме того, насколько хорошо выглядит его тело в этих расстегнутых рубашках?
Между ним и Селестиной, похоже, не было ничего романтического, и он ни разу не пригласил ее к себе в постель с тех пор, как я тут появилась. На самом деле Сефер никого не приводил к себе в комнату после того, как я испортила ему и Ане секс.