Замеченная

— Ты выносишь моего ребенка в своем сексуальном животике, да? — требует он ответа.

— Ммм-угу.

— Скажи это вслух, Вайолет.

— Я хочу от тебя ребенка.

Он снова кусает меня. — Мы станем семьей. Обещай мне.

— Да, — скулю я, когда мое тело сжимается в преддверии очередного оргазма. — Обещаю.

В тот момент, когда оргазм сотрясает меня, он теряет контроль. Кажется, его зубы прокусили мне кожу на груди, но мне уже плевать, потому что его жар изливается в меня, неся в себе все его обещания.

Этот мужчина просто сломал мне мозг.

Он разрушит мой мир. В глубине души я это знаю. Я чувствую это каждой клеточкой.

И все же…

— Не сломай меня, — умоляю я, прижимаясь губами к его уху. — Пожалуйста, не сломай меня.

Он крепко обнимает меня и с рычанием произносит клятву, в которую мне так хочется верить. — Я не сломаю тебя. Никогда, блядь.

— Через два месяца мне нужно лететь в Гонконг по делам, — говорит Грей, мягко поглаживая мой голый живот в темноте.

— Я ревную, — дразню я с улыбкой.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной, — усмехается он. — В конце концов, ты же вице-президент.

Я напрягаюсь. — Я тогда уже не буду на тебя работать. У меня осталась всего одна неделя.

Его рука замирает, и я рада, что не вижу выражения его лица. — Но я думал…

— Что только потому, что мы сейчас встречаемся, я откажусь от своих прежних обязательств?

Он отстраняется и включает лампу. Обернувшись, он гневно раздувает ноздри. — Я повысил тебя. Я думал, ты останешься.

Деньги там намного лучше тех, что предлагает Шон.

И я бы занималась тем, что умею.

Но мне пришлось бы проводить каждую минуту бодрствования под пристальным, безраздельным вниманием Грея. А что будет, когда его пылающая страсть угаснет? Окажусь ли я снова выброшенной и забытой? Если так, и я выберу остаться в «Максвелле», то упущу шанс сменить карьеру.

— Грей, — начинаю я, но он резко вскакивает с кровати, прерывая меня.

— Мне нужно позвонить, — рычит он, после чего хлопает дверью спальни.

Я сажусь и натягиваю простыню на голую грудь. Он воспринял это совсем нехорошо. В животе порхают бабочки, а нервы грозят вот-вот сдать. Я хватаю телефон с тумбочки и пишу Шону.

Я: Все еще в силе?

Несмотря на то, что время близится к полуночи, он отвечает.

Шон: Я думал, ты передумала. Знаешь, после всего, что случилось. А потом ты не отвечала. Все в порядке?

Мои мысли были заняты другим всю прошлую неделю, но я не думала, что проигнорировала какие-то из его сообщений.

Я: Все отлично. С нетерпением жду, когда смогу приступить.

Он отвечает незамедлительно.

Шон: Отлично! Считаю дни. Если захочешь заглянуть к нам во время обеденного перерыва, я покажу тебе, где будет твой кабинет. Мы сможем пообедать у меня.

Я: Я сообщу, когда буду свободна. До связи.

Я стараюсь не смотреть на часы, но секунды складываются в минуты, а минуты — в часы. Грей так и не вернулся. Я уже начинаю проваливаться в сон, когда слышу щелчок выключателя и чувствую, как кровать прогибается под его весом. Он обвивает мое тело своим и прижимает к себе. Кажется, у нас только что произошла первая ссора. Понять его несложно. Он повысил меня и уволил нескольких сотрудников из-за того, как они со мной обращались. Мы спим вместе и проводим друг с другом каждую свободную минуту. Я понимаю, почему он решил, что я останусь.

Но…

Я не могу ставить все на карту ради его внимания, которого хватило всего на неделю.

— Прости, — шепчет он мне на ухо, поглаживая мой живот большим пальцем.

Когда я притворяюсь спящей, он расслабляется и нежно целует меня в макушку. На мои глаза наворачиваются слезы, потому что Вон никогда не был таким ласковым. И мне становится стыдно за то, что я вообще сравниваю его со своим психованным бывшим.

Его дыхание выравнивается. Как бы тепло мне ни было в его объятиях, я думаю, нам нужно пространство. Растворяясь в нем, я теряю себя. Я не смогу пережить то же самое, что пережила с Воном. Моя психика этого не выдержит. Завтра я постараюсь высвободиться из сетей Грейсона Максвелла.

А пока я побуду в его теплых объятиях еще одну ночь.

— Мои поздравления, — щебечет женщина по имени Деб, проходя мимо моего стола. — Какое достижение.

Я улыбаюсь, пока она не уходит. С чем, черт возьми, меня все поздравляют? Она по меньшей мере пятая, кто делает это за сегодня. Я думала, мое повышение — уже старая новость. Мой взгляд скользит к двери Грея, но она закрыта. После той странной ситуации в субботу на курорте, он отвез меня домой в воскресенье и высадил. Я не пригласила его войти. Поездка домой была вежливой, но в основном мы молчали. Я буквально видела, как в его голове крутятся шестеренки, но он старался ничего не говорить, чтобы не напугать меня еще больше.

И, боже, как же я напугана.

С тех пор как я подала заявление об увольнении, я принимаю одно ужасное решение за другим.

Мой телефон вибрирует, и я с удивлением вижу сообщение от Гвен.

Гвен: Привет! Нам нужно как-нибудь пообедать вместе. Я хотела лично извиниться за свое поведение на прошлой неделе.

При мысли о Гвен и доме мамы Грея меня передергивает. Она хорошая женщина, но явно не от мира сего. Я была рада, когда Грей сказал, что устроил её в дом престарелых с медицинским обслуживанием. Именно Гвен поехала с ней и всё уладила, но именно Грей нашел это первоклассное заведение и выложил за него кругленькую сумму. Когда она обустроится, он обещал нанять людей, чтобы они разобрали дом. Он по секрету признался мне, что надеется заставить Гвен тоже убрать свой беспорядок, но пока решает проблемы по мере их поступления.

Я: Все нормально. Ты была на нервах. Обед — отличная идея.

— Мои поздравления, Летти, — щебечет еще кто-то, проходя мимо. — Первая полоса. Невероятно.

Это привлекает мое внимание. — Прошу прощения? О чем вы говорите?

Парень шлепает на мой стол экземпляр The New York Times. На первой полосе — мое лицо. Я моргаю от шока. Затем моргаю еще раз, когда меня охватывает ужас. Мой возраст. Мое местоположение. Мое полное чертово имя. Все это красуется на первой полосе. В статье рассказывается не только о моем повышении в одной из крупнейших фирм страны по слияниям и поглощениям, но и о том, как я преодолела сексуальные домогательства и пробила стеклянный потолок. Но именно концовка статьи заставляет кровь заледенеть в моих жилах.

«Подразделения Максвелла» купили «Сланте Мортгейджес».