Страница 73 из 82
Глава 45
Когда я выхожу из душа, то вижу висящую на крючке рубашку Влада.
Он повесил ее, чтобы я надела. Это кстати, так как моя одежда вся промокла.
Я надеваю ее. Она велика, спадает с плеч, запахивается чуть не до колен.
Пахнет Владом. Тем, каким он был когда-то. Тем, кого я любила — может быть, до сих
пор.
Под ложечкой болезненно посасывает от запаха его парфюма.
С опаской выхожу из ванной. Не знаю, чего ждать.
В доме тепло. На деревянном столике перед диваном стоят две большие кружки, над
которыми клубится пар. Огонь весело потрескивает в камине.
Все выглядит таким… нормальным и уютным, что у меня сжимается сердце.
Влад, сидящий в кресле, поднимает на меня глаза. И замирает.
Смотрит на меня долго, пристально, словно что-то вспоминает.
— Ты так ходила по квартире, когда мы только поженились, — тихо говорит он.
Я вздрагиваю.
— Я помню. Ты ненавидел, когда я брала ту твою рубашку.
— Потому что она была моя любимая.
Я смотрю на рубашку на мне, провожу по ткани руками.
— Точно, она была похожа на эту, — киваю я.
Влад хмыкает и качает головой.
— Что?
— Не похожа. Это она и есть.
— Что? — удивляюсь я. — Ты сохранил эту рубашку? Но я совсем не помню, чтобы стирала
или гладила ее.
— Она лежала у меня на отдельной полке, я ее не носил.
— А сегодня решил надеть?
— Да.
Хммм…
— Почему?
Он поводит плечами, не отвечая.
На секунду между нами повисает молчание.
Огонь отбрасывает на его лицо мягкие отблески, и я вижу в нем усталость. И что-то еще
— что-то, что давно не видела.
Я сажусь на диван, и старые пружины скрипят подо мной, напоминая о тех вечерах, когда
мы сидели здесь втроем с Ликой, укутавшись в одно одеяло.
Беру чашку. Заварной чай, не из пакетика. Вдыхаю аромат. Смесь из запахов мяты и меда
кажется такой знакомой, что на мгновение кажется, что мы вернулись в те времена,
когда все было проще.
— Ты сделал чай? Ты?
— Не так уж сложно.
— Для тебя — подвиг.
Он усмехается.
— Очень смешно. Я вообще-то старался.
— Стараешься — зачем? — спрашиваю я вдруг, и даже сама удивляюсь, как спокойно это
звучит.
Влад откидывается на спинку кресла, сцепляет пальцы в замок.
— Потому что я идиот, наверное.
Самокритично.
Я не отвечаю. Пью чай. Сладкий, чуть терпкий. Такой, как я люблю. Он помнит.
Сейчас я почему-то жду, что он объяснится. Но он молчит.
Иронично. Когда он хотел разговора, я отказывалась слушать.
Мы словно с ним в противофазе. Качаемся как маятник, то в одну, то в другую сторону.
— Помнишь, как мы приехали сюда в прошлый раз? — спрашивает он.
Я киваю.
Это было давно. Лика еще была маленькая.
Мы тогда искали домик в аренду не слишком далеко от города, но при этом на природе,
вдали от всех, чтобы можно было приехать на выходные и просто отдохнуть от всего.
И нам тут так понравилось, что мы стали постоянно приезжать сюда. Мы тогда были еще
не богаты, но счастливы, и до безумия любили друг друга.
С этим домиком связаны самые счастливые воспоминания.
— Почему мы перестали приезжать сюда? — спрашиваю я.
— Потому что появились деньги? — пожимает он плечами. — Мы стали ездить в дорогие
отели и на престижные курорты.
— Точно.
Он смотрит на меня задумчиво.
— Ты тоже об этом думаешь?
— О чем?
— О том, что здесь нам было лучше, чем на всех этих Куршавелях?
Внутри что-то сжимается, а горло перехватывает.
— Да, — тихо отвечаю я.
— Думаешь, дело в деньгах?
— Нет, — качаю я головой, — не в них. Просто мы перестали ценить многие вещи, которые
раньше приносили радость. Перестали замечать их.
— Или же… мы перестали искать счастье внутри нас, стараясь найти его вовне? —
предполагает он.
Я понимаю, что он говорит не о том, но все же в моей голове появляются другие
ассоциации.
— Я никогда не искала счастье вне нашей семьи, Влад.
Он смотрит на меня прямо.
— Я тоже не искал.
Тон нашего разговора неуловимо меняется, и мы вновь вступаем на тонкий лед.
— Ты… ты врал мне, — шепчу я, горло саднит.
Он молчит мгновение, затем кивает.
— Да, я врал тебе.
Я делаю судорожный вдох и сжимаю на коленях кулаки.
— Я врал тебе все эти годы, Аня. Но не совсем так, как ты думаешь.
— "Не совсем так" — это как? — спрашиваю я, чувствуя как противно бегают мурашки по
спине.
Он вздыхает и откидывается на спинку кресла.
— Да, у нас с Викой было.
Я сглатываю. Ну вот, он и признался.
— Я знаю, — сухо говорю я.
На самом деле, на уровне интуиции я всегда знала, что между ними что-то было. Но
почему это все равно так больно?
— Нет, ты не знаешь, — качает он головой. — Это все было задолго до тебя. Еще до
того, как мы вообще познакомились.
Я поднимаю на него взгляд.
— В смысле, вы познакомились до меня и продолжали встречаться все это время? —
уточняю я.
— Да нет же, нет! — качает он головой. — Мы расстались, и только потом я встретил
тебя.
Вот как?.. Почему-то от этого я чувствую облегчение. Как глупо! Все равно ведь
больно.
— Но ты говорил, что между вами ничего никогда не было. Что вы только партнеры по
бизнесу, — стискиваю я руки.
— Именно. Поэтому я и сказал, что врал тебе, — кивает он.
— Но зачем? — не понимаю я.
— Потому что… ну, мы уже расстались, а бизнес-то остался. Он был общим. Пришлось
общаться, как бы ни хотелось все забыть. Мы ж когда его создали, были влюблены и
думали, что будем работать вместе… — говорит он, а у меня сердце сжимается, — … но
чувства прошли, а бизнес никуда не делся. И никто из нас не хотел от него
отказываться.
Влад берет кружку и делает глоток, а я смотрю на него, закусив губу, и жду
продолжения его рассказа.
— Вика тогда много делала. Жила этой работой, горела ею. Я знал, что могу положиться,
что она все вытянет. И вытягивала. Мне с ней удобно было работать, — говорит он и
переводит на меня взгляд. — Но у нас обоих возникли отношения, а это вносило
определенные сложности.
— Какие именно? — хмурюсь я.
— Ревность, Аня, — пожимает он плечами. — Ну ты сама подумай… кому приятно, когда