Страница 24 из 78
Глава 6
На выходные все девочки разъехались. Кто-то к своим парням, кто-то к родителям. В доме стало непривычно тихо. Обычно гудящий улей девичьих голосов, смеха и обсуждений стих, оставив после себя лишь эхо воспоминаний о прошедшей неделе. В коридоре, где обычно не протолкнуться, можно было спокойно танцевать. Даже запах лака для волос и духов, казалось, выветрился, уступив место ощущению свежевымытого пола и чистоты.
Я осталась. Не то чтобы мне некуда было ехать, просто хотелось тишины и покоя. Возможности почитать, не отвлекаясь на бесконечные разговоры о парнях и моде. Написать курсовую, которую уже неделю откладывала в долгий ящик. Просто побыть наедине с собой, без необходимости кому-то что-то доказывать или соответствовать чьим-то ожиданиям.
Воскресенье началось с позднего завтрака и чашки крепкого кофе. Никакой спешки, никаких очередей в душ. Просто я и любимый плед, обволакивающий уютным коконом. За окном лениво светило солнце, радуя своим теплом. Идеальная картинка для работы над текстом, который все никак не хотел складываться в стройные предложения.
Я включила ноутбук, но вместо курсовой меня накрыло воспоминаниями о встречах с Дэмианом. Казалось, что все это было сном. Что нас не ставили в пару, что мы никогда не разговаривали, что он был лишь в моих мечтах. Лицо Дэмиана, его неизменная полуулыбка и пронзительный взгляд то и дело всплывали в памяти. Вспоминались его слова, тихий смех, случайные прикосновения, от которых по коже бежали мурашки. Я попыталась сосредоточиться на курсовой, но буквы плясали перед глазами, выстраиваясь не в научные термины, а в его имя.
Закрыв крышку ноутбука, я откинулась на спинку кресла и уставилась в потолок. Что он со мной сделал? Почему я не могла выбросить его из головы? Мы два года не обращали друг на друга внимания и даже словом ни разу не обмолвились. А что сейчас? Всего после пары разговоров я готова была раскрыть ему свою душу. Может, все дело в Сидни? Мне просто хотелось позлить ее? Или дело в чем-то другом? Или же в ком-то из прошлого? Шанс на исцеление? Нет, это не могло быть правдой. Исцелить мог кто угодно, но не очередной смазливый футболист.
«Они все одинаковые», – продолжал твердить внутренний голос.
Внезапно в дверь постучали. Я вздрогнула от неожиданности
. Кто бы это мог быть?
Все девочки разъехались, а незваных гостей я не ждала. С опаской подошла к двери и приоткрыла ее. На пороге стоял Дэмиан.
– Привет, – сказал он с полуулыбкой. – Можно войти?
Я опешила, не зная, что сказать или сделать. Просто молча кивнула и посторонилась, пропуская его в комнату. Он вошел, огляделся и, словно почувствовав мое смущение, сказал:
– Я пришел к Сидни. Она дома?
Эти слова больно укололи сердце. Но я не подала виду и ровно ответила:
– Кроме меня, здесь никого нет. Сидни уехала еще вчера. Ты не в курсе?
– Черт, – поморщился он. – Точно. Ну, тогда я пойду.
Я чувствовала, как кровь отливает от лица, а в горле пересыхает. Стараясь не выказать своего разочарования, я откашлялась и выдавила из себя:
– Да, конечно.
Он уже развернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился, словно что-то вспомнив, повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза. Взгляд его был каким-то странным, изучающим.
– Почему ты торчишь здесь одна?
– На автобусе до Реддинга ехать около восьми часов. Нет смысла кататься туда-сюда. Мне комфортнее оставаться здесь.
– Понятно, – Дэмиан кивнул, барабаня пальцами по открытой двери.
По смущенному виду парня я поняла, что он не торопился уходить. А точно ли его визит связан с Сидни? Это можно было узнать лишь одним способом.
– Раз ты здесь, не поможешь мне с курсовой по литературе? – бросила я, удивляясь своей наглости.
– Профессор Синниган? – усмехнулся он, закрывая дверь. – Меня с детства учили помогать немощным. Так уж и быть, выручу.
Я закатила глаза, пихнула его рукой в плечо и пошла в гостиную, где снова уселась в кресло и открыла ноутбук. Дэмиан, не теряя времени, пошел следом.
– И что тут у нас? Анализ творчества Вирджинии Вулф? Не самый увлекательный выбор для воскресного дня, – прокомментировал он, усаживаясь рядом со мной на подлокотник кресла. Наши плечи соприкоснулись, и по телу снова пробежала предательская дрожь.
Я попыталась сосредоточиться на тексте курсовой, но близость Дэмиана сбивала с толку. От него пахло чем-то древесным и свежим, и этот запах заполнял все пространство вокруг.
– Если бы я хотела развлекаться, пошла бы в клуб с Грейс, – буркнула я, не отвлекаясь от экрана. – А мне нужно сдать эту чертову работу.
– Как все запущенно… Клуб для идиотов? Можешь не отвечать.
Он наклонился ближе, почти касаясь подбородком моего плеча, и уставился в экран. Я застыла, боясь лишний раз вздохнуть, не то что съязвить.
– Та-а-ак, – протянул он, пробегая глазами по абзацам. – «Вирджиния Вулф была одной из ключевых фигур модернизма…» Скучно. Это любая энциклопедия выдаст.
– Оскорбляешь мои труды, Грин? – огрызнулась я, но в голосе не было злости. Скорее нервозность.
– Констатирую факт, капитанша. Ты пишешь о том, что и так все знают. Где твое мнение? Где анализ?
Он ткнул пальцем прямо в середину абзаца.
– Вот здесь. «Ее стиль можно описать как “поток сознания”». И что? Почему он такой? Чем он отличается от, скажем, Джойса? Или Фолкнера?
Я открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что он прав.
Черт.
– Я просто… еще не дошла до этого раздела, – нашлась я.
Дэмиан усмехнулся, и от его усмешки у меня почему-то защипало в груди.
– Врешь. Ты просто не знала, как к этому подступиться. Давай сюда ноутбук.
Прежде чем я успела возмутиться, Дэмиан ловко схватил его со стола и водрузил себе на колени. Я дернулась было забрать, но он только поднял бровь.
– Сиди смирно, Сандерс. Или хочешь завалить предмет?
– Тебе на радость? Мечтай, – фыркнула я, но осталась на месте. Чисто из спортивного интереса, конечно. Было любопытно посмотреть, что этот самоуверенный тип сможет предложить.
Дэмиан пробежался пальцами по клавиатуре, выделяя целые куски текста.
– Смотри. Ты пишешь: «Вулф исследовала внутренний мир женщин». Это вода. А вот если добавить сюда цитату из «Миссис Дэллоуэй»
[4]
[«Миссис Дэллоуэй» (англ. Mrs Dalloway) – модернистский роман Вирджинии Вулф (1925). В центре сюжета – один день из жизни Клариссы Дэллоуэй в Лондоне; произведение известно использованием приема «потока сознания».]