Страница 17 из 71
— Ага, — кивнула Сафира. — В общем, он, конечно же, согласился. Как нам красоткам отказать? Ну, и потом мы ему: «Давай тогда вези нас бесплатно — а мы тебе дадим». Он так довольно улыбался и краснел потом всю дорогу, ты бы видел. И в общем, когда он нас довез до дома, мы ему снова: «Ну давай, кого хочешь первой ебать?» А он такой снова в отказ: «Да не надо, вы чего…» — и весь сжался. Короче, видим — не верит. Продолжает думать, что мы шутим. Ну, мы ему сиськи показали — и всё. Парня как подменили: глаза сразу загорелись. И в итоге он нас двоих прям в такси и выеб! — она расхохоталась и откинулась на спинку дивана.
— Дэ-э-э, а сначала ломался, как целка, — протянула Оля. — Реально, пока сиськи не показали — не верил. А потом — пиздец как разошёлся. Думаю, он это на всю жизнь запомнил. По-любому ведь это был лучший день в его жизни.
Сафира засмеялась ещё громче и хлопнула себя по колену:
— Бедный пацан! Он, наверное, до сих пор друзьям рассказывает, как двух тёлок в такси трахнул. А ему, придурку, по-любому никто и не верит!
Оля, глядя на меня, чуть наклонила голову и добавила уже тише, более интимно, но всё с той же пьяной усмешкой:
— Так что, Илюш, не думай, что мы завтра будем сидеть и жалеть. Мы не из таких. Мы просто любим повеселиться. Иногда втроём. Иногда вчетвером. А иногда… как повезёт. — она сделала короткую паузу и подмигнула. — Сегодня вот повезло тебе.
Я смотрел то на Олю, то на Сафиру и пытался переварить эту историю.
С одной стороны, как-то это всё грязновато. Но с другой стороны, что-то в этом было и возбуждающее, если представить этих двух красоток в такси, а себя на месте того молодого паренька, который их трахнул… Блин, неправильно это… всё неправильно. Измена. Муж. А если он узнает? А если это плохо кончится для всех нас?
Но с третьей стороны — если она изменяет мужу, да ещё и с подругой, может, это и правда просто способ расслабиться? Никаких чувств, никаких обязательств. Просто секс. Просто удовольствие.
Чёрт, да похер! — решил я, глядя на них. — Даже если я откажусь, всё будет выглядеть через чур уж тупо. Алкоголь, конечно, дурно влияет на мозг, а когда ты к тому же еще и возбуждён, границы размываются, мораль отходит на второй план, а тело требует своего. Да и потом, ко всему прочему, Оля уже сосала мне.
И они уже сидят передо мной полуголые. Это ведь уже измена, по сути. Можно сколько угодно говорить себе «я не участвовал, это всё игра», но член-то у неё во рту уже побывал. Так что пути назад уже нет. Мы все перешли черту. Наверное, остаётся только расслабиться и получить удовольствие, а с последствиями разберусь потом.
Оля смотрела на меня, будто читая мысли. Её глаза чуть прищурились, и она, наклонив голову набок, вдруг спросила с лёгкой хрипотцой в голосе:
— А у тебя, Илюш, было когда-нибудь с двумя? Ну… с двумя такими крутыми сосочками сразу?
Сафира тут же повернулась ко мне, и в её голубых глазах заплясали искорки любопытства. И теперь они обе зырили на меня, ожидая ответа и явно наслаждаясь моим замешательством.
— Если честно, нет ни разу, — ответил я и взял стакан виски, сделал глоток и спросил: — Слушайте, а вы сами-то… Ну, вы друг с другом тоже? Или…
— Не-е, мы не лесбухи, ты что, — отмахнулась Сафира. — Просто по очереди. Пока одну ебёшь, другая на твоём лице сидит. И всем хорошо.
Они снова расхохотались — громко, заливисто, как от самой смешной шутки на свете. Я же сидел и молча смотрел на них. Всё, что можно было сказать, застряло где-то в горле.
Потёр переносицу, пытаясь собрать остатки здравого смысла, но тщетно. Потом поднял глаза на них обеих и выдохнул:
— Всё понятно с вами, девочки.
— Ну что-о-о? — хором протянули они и снова засмеялись.
— Я… не знаю, — я развёл руками. — Скрывать не буду: вы красивые, прям офигенные, и всё такое. И член у меня стоит так, что сейчас лопнет. Но всё же…
— Так, короче! — Оля решительно выставила ладонь вперёд. — Хватит болтать. Сейчас мы всё сами сделаем. Да, Саф?
— Ага, — Сафира уже приподнялась и кивнула мне на диван: — Откинься, Илья. Сядь поудобнее. И забей на всё.
Оля легонько толкнула меня в плечо, и я послушно откинулся назад, упираясь спиной в мягкую обивку. Сердце колотилось как бешеное, в голове — ни одной связной мысли.
— Щас кайфанёшь, — пообещала Сафира, опускаясь на колени рядом с Олей.
Оля хитро улыбнулась, глядя на меня снизу вверх, и потянулась к моим трусам. Одним движением стянула их вниз, и член снова выбрался наружу — твёрдый, пульсирующий и довольный. Оля переглянулась с Сафирой, и в этом взгляде было всё: и азарт, и предвкушение, и что-то ещё — интимное, понятное только им двоим.
А потом… они одновременно опустили головы.
Уф-ф, главное, чтобы потом не пожалеть самому, — мелькнула последняя здравая мысль, прежде чем всё окончательно растворилось в ощущениях.
Оля взяла член в руку, провела пальцами по стволу снизу вверх, чуть сжала головку и, не теряя ни секунды, обхватила её губами. Тёплый и влажный ротик сомкнулся вокруг меня, и я чуть не застонал в голос. Она взяла член глубоко, до основания, задержалась там на секунду и сглотнула — я почувствовал, как стенки её горла сжались вокруг головки, — и так же медленно выпустила его обратно. Затем она повторила, всего пара таких движений — глубоких, размеренных, — и она отстранилась, уступая место подруге.
— Давай, Саф, — на выдохе произнесла Оля. — Присоединяйся.
— С удовольствием, — промурлыкала Сафира и наклонилась.
Её губы оказались чуть прохладнее — виски со льдом давал о себе знать, — но язык работал не менее старательно. Она не пыталась брать глубоко, вместо этого сосредоточилась на головке: обводила её по кругу, скользила по уздечке, легонько посасывала, создавая вакуум, от которого у меня поджимались пальцы на ногах. Серебряные шарики пирсинга в её сосках покачивались в такт движениям, и я не мог оторвать от них взгляда.
Оля, видимо заскучав, хитро улыбнулась и наклонилась ниже, затем я почувствовал, как её тёплый, влажный язык коснулся яиц — сначала легко, почти невесомо, будто она пробовала их на вкус. Потом стала действовать увереннее: она обвела каждое яичко по кругу своим шаловливым язычком, а затем аккуратно взяла одно в рот и чуть присосалась.
Я тут же зажмурился до искр в глазах.
— М-м-м, ну как тебе? — пробормотала Оля, отстранившись на секунду. — Согласись, кайф!
Я просто кивнул, не в силах выдавить ни слова. Голос куда-то пропал, остались только ощущения — и они говорили громче любых слов.