Страница 13 из 71
Глава 4
— Дай ему время, Сафир, — Оля глянула на меня и усмехнулась. — Не замечаешь, что ли, как он на твои сиськи залип? Отвлекись уже, Илю-ю-ю-ш. Или ты, Саф, прикройся уже и дай ему с мыслями собраться.
Сафира в этот момент коснулась своей груди кончиками пальцев и провела по коже — медленно, едва касаясь, будто специально, — а потом чуть тронула и покрутила серебряный шарик пирсинга.
— Не-е-е, не буду, — она хитро улыбнулась и затем игриво затряслась, от чего её сиськи запрыгали. — Пусть подышат. Им полезно.
От всего, что происходило по левую и по правую сторону от меня, я просто сгорал от возбуждения. Потому что оторваться от их упругих прелестей и правда был не в силах. Я честно пытался смотреть Сафире в глаза, но взгляд снова скользил ниже, туда, где эти чёртовы шарики покачивались в такт её дыханию.
Оля всё это заметила и тут же расхохоталась, запрокинув голову, затем, успокоившись, она спросила:
— Илюш, ты играть-то будешь? Или только смотреть?
— Честно? — я наконец отвёл взгляд и хмыкнул. — Мне и так всё нравится. Может, остановимся?
Девушки расхохотались звонко, громко, от души, затем Сафира, явно довольная произведённым эффектом, потянулась к бутылке и плеснула себе виски, после чего пододвинула ко мне колоды:
— Ну нет! Мне нравится эта игра! Так что давай, бери карты и заканчивай уже так пялиться на моих малышек. Успеешь еще насмотреться.
Я сделал глоток — виски уже почти не чувствовался, только приятное тепло разливалось по груди, — и задумался, глядя на них.
Оля сидела, поджав под себя ногу так, что её грудь была почти скрыта, и посматривала на меня с привычной хитрой усмешкой. Сафира, напротив, сидела, лениво поигрывая бокалом, и уверенно светила своей голой грудью, с этими серебряными шариками, которые гипнотизировали меня последние десять минут.
Чёрт, и кого мне выбрать? И почему, чёрт возьми, я вообще должен выбирать? А если я хочу сразу обеих? Твою мать, как играть дальше, когда они уже голые по пояс? Мы явно перешли какую-то границу и… уже не один раз. Когда я садился за этот стол с бокалом в руке, то не планировал, что всё зайдёт так далеко. А теперь, когда они уже сидят как ни в чём не бывало с сиськами наголо и, кажется, готовы идти до конца. Остановиться сейчас — равно признать, что ты дурак.
Так, ладно. Дыши, Лапин. Просто дыши, ведь это просто игра. Олю я уже выбирал — и трогал её бедро, и чувствовал на своей губе её укус. Она замужем, конечно, но это, кажется, уже никого не волнует. Особенно её саму. А с другой стороны — Сафира. Она смотрит на меня так, будто я — следующая карта, которую она собирается вытянуть. И, честно говоря, я чертовски хочу, чтобы она меня «вытянула».
Я поставил стакан на стол и произнес:
— Сафиру. Я выбираю Сафиру.
— О-о-о! — Сафира приподняла бровь и расплылась в довольной улыбке. — Нежданчик. Я почему-то думала, ты Олю выберешь.
— И я так думала, — Оля наигранно надула губы и скрестила руки на груди.
— Тебя я уже выбирал… несколько раз подряд, — напомнил я.
— И что? — она фыркнула и затем наигранно-обижено махнула рукой. — Ну ладно уж, играйте. Раз уж ты выбрал.
Я покачал головой и потянулся к красной колоде. Пальцы уже слегка онемели от алкоголя, но карту я вытянул уверенно. А когда перевернул — замер.
— Ну⁈ — Сафира подалась вперёд, её грудь качнулась. — Не молчи!
Я откашлялся и прочитал вслух: «Интимная зона». В комнате мгновенно стало тихо. На секунду. А потом Оля, заглянув через моё плечо, ахнула:
— Ну ни хрена себе! Интимная зона — это что, между ног, что ли⁈
— А что же ещё? — Сафира прыснула, сверкая голубыми глазами. — Это киска, Оль. Ки-и-иска.
— Ну блин, я же тоже хочу! — Оля театрально закатила глаза и откинулась на спинку дивана. — Почему самое интересное выпадает только сейчас? И именно на тебе?
— Потому что он выбрал меня, а я удачливая, — Сафира показала подруге язык и повернулась ко мне. — Давай тяни вторую, Илья. Не тормози. Я уже заинтригована.
— Ну ни хрена себе, — выдохнула Оля, всё ещё глядя на карту. — Он точно шулер.
— Я не специально, — честно ответил я и взялся за чёрную колоду.
— А мне нравится, — промурлыкала Сафира и, отставив бокал, чуть раздвинула ноги. — Давай, тяни уже другую карту. А то мне прям очень интересно, что же ты там такого собрался делать с моей киской.
Киска, надо же, — усмехнулся я про себя. — Сижу тут и краснею, как какой-то подросток, от одного только этого слова. Ладно, Лапин, тяни уже карту. Может, там просто «посмотреть». Или хотя бы «потрогать». Или что-то ещё… что-то безобидное.
Я потянулся к чёрной колоде. Рука чуть дрогнула, но я всё же взял карту и перевернул её.
Провести языком… Десять секунд… Ну капец! — в голове будто что-то щёлкнуло — и отключилось, а затем бабахнуло. — Блядь! Языком? Между ног? Ну отлично, Лапин. Просто блядь превосходно.
Я сидел красный как рак, пока сердце колотилось где-то в горле, и мне казалось, что они обе слышат этот стук.
— Ну⁈ — Сафира подалась вперёд. — Что там? Не томи! Говори давай! — она глянула на меня пристальнее и, ухмыльнувшись, спросила: — Неужели… что-то особенно интересное?
Я откашлялся и наконец прочитал вслух: «Провести языком… Десять секунд». Голос прозвучал глухо, будто не мой.
В комнате мгновенно повисла тишина — ровно на секунду, а потом Оля и Сафира взорвались одновременно.
— Да ладно!!! — Оля схватилась за голову. — Языком⁈ Вы серьёзно⁈
— Офигеть! — Сафира уже откровенно хохотала, запрокинув голову. — Илюш, там реально так написано? Или ты просто сам этого хочешь?
— Я не… — начал я, но осёкся.
Сафира уже смеялась так, будто уже представляла, как я это делаю. И вся эта ситуация ей явно чертовски нравилась.
— Дай-ка сюда. — Её грудь качнулась прямо перед моими глазами — сочная, упругая, с торчащими сосками. Она пробежала глазами по карте и зачитала вслух, будто не веря: — «Провести языком… Десять секунд». Ха! Ну ничего себе! — она протянула карту подруге, задорно сказав: — Ты только глянь!
Оля заулыбалась, присоединившись к веселью Сафиры, но я заметил, как в её глазах мелькнуло что-то ещё. Лёгкая, почти незаметная тень сожаления, будто она хотела быть на месте подруги, но в то же время всеми силами старалась не подавать виду.
Сафира тем временем, отсмеявшись, отставила бокал и поднялась с дивана. А встав прямо передо мной — полуголая, с этими чёртовыми шариками в сосках, — склонила голову набок: