Страница 141 из 331
Компромисс не для нас, дух борьбы не угас, знаю я - недалёк правды час.
Стаи чёрных ворон кружат, Смерть уже белый саван шьёт.
Но ладонь холодит булат, всё что было - теперь не в счёт.
То, что будет сейчас и здесь, не забудет моя земля.
Отстоим свою кровь и честь, пусть никто не погибнет зря.
Ветер Победы с алым рассветом, волей воспетый, снова за нас.
Бились, сражались, с болью держались и поднимались мы Тысячи раз.
Не верю я, нет, не верю я в то, что пала на веке Ветрея
В то что пламя борьбы затоптали враги, а на троне сидят чужаки.
Не верю я, нет, не верю я, что заснула навек земля моя.
Компромисс не для нас, дух борьбы не угас, знаю я - недалёк правды час….
(гр. Арктида. Моя Империя с легкими изменениями. - прим. автора) …
-Спасибо, - величественно кивнула Виолетта, по её разрумянившему лицу и горящим глазам было видно, что песня её зацепила очень хорошо. Как и стоящего тут же Германа, - это очень замечательная песня! А сейчас - да начнется праздник! ...
…В начале поляны, встав так, чтоб вкопанные связки лозы находились справа, замерли на изготовку Степные Лисицы. Одна и сестер была вооружена луком, ранее принадлежащим диргемцам-работорговцам, а на её спине занял свое место колчан, полный белооперенных стрел. Вторая девчонка держала на плече кривую саблю главного работорговца…
…Ой ты, порушка-пораня,
Ты за что любишь Ивана?
Ой, да я за то люблю Ивана,
Что головушка кудрява.
Что головушка кудрява,
Бородушка кучерява.
Кудри вьются до лица,
Люблю Ваню молодца…
-Азай - Хаш! - завизжала степнячка с луком.
-Азай- Хаш! - подхватила её сестра с саблей. И гвардейцы, и крестьяне непроизвольно поморщились: этот клич слишком хорошо (и печально!) был известен всем соседям Великой Степи. А в следующий момент лучница легким толчком пяток пустила жеребца вперед. Из всех присутствующих только Шкип знал, как все эти дни мучились девчонки привыкая к новым своим лошадям, их то лошадки, которых сестры буквально вырастили из жеребят, достались тем, кто их пленил, а доставшиеся от работорговцев отличались крайне вредным характером. Но, природные степнячки, выросшие среди лошадей и обученные ездить на лошадях раньше, чем ходить, всё же нашли с ними общий язык.
Не успел конь сорваться в галоп, как девчонка, лихо вскинула лук и всадила стрелу в ближайшую связку лозы. Первая стрела еще была в полёте, а с лука уже срывалась вторая, сразу за ней третья…После каждого выстрела девчонке приходилось чуть поворачивать корпус, а последнюю стрелу она вообще пустила, развернувшись в седле на сто восемьдесят градусов. Воцарившаяся было тишина взорвалась восхищенными криками: восемь связок лозы - восемь стрел, ни одна не ушла мимо!
…Уж как Ванюшка
По горенке похаживает.
Свои речи до рассвета
Разговаривает.
Эх, уж как ты меня,
Сударушка, повысушила.
Без морозу, без ветру
Сердце вызнобила….
-Азай - Хаш! - вскинула девчонка руку с луком вверх.
Вперед метнулась её сестра, что была вооружена саблей. Свист сабли, и отрубленный кусок лозы медленно сползает вниз. Расстояние между столбами лозы было крайне небольшим, и махать приходилось очень быстро, да так, что та просто превратилась в сплошной блестящий круг. Проскочив всю линию столбов, девчонка резко осадила коня и подняла его на дыбы:
-Азай - Хаш! - гордо прокричала она. А позади медленно сползали с разрезов и валились на землю связки лозы…
…На поляну вышел обнаженный до пояса Шкип, державший на плечах две сабли. А по знаку Кирилла «оркестр» заиграл другую мелодию, в то время как Кир начал другую песню:
…Как родная мать меня
Провожала,
Как тут вся моя родня
Набежала:
«А куда ж ты, паренек?
А куда ты?
Не ходил бы ты, Ванек,
Да в солдаты!....
Шкип резко вскинул обе сабли, на мгновение замер, как бы приветствуя собравшийся, и плавно двинувшись вперед, лихо закрутил восьмерки.
…В Красной Армии штыки,
Чай, найдутся.
Без тебя большевики
Обойдутся.
Поневоле ты идешь?
Аль с охоты?
Ваня, Ваня, пропадешь
Ни за что ты.
Мать, страдая по тебе,
Поседела.
Эвон в поле и в избе
Сколько дела!....
-А кто такие «большевики»? - не отрывая глаз от Шкипа, прошептала Виолетта на ушко Свете.
-Км, - поперхнулась Света, оторопело уставившись на Виолетту, - да знаешь ли…были такие герои, очень-очень давно…
-Я так и подумала, - понимающе кивнула Виолетта.
Шкип, тем временем, всё увеличивал и увеличивал скорость, а сами сабли превратились в два круга металла. Чуть пританцовывая, он направился по кругу. В следующий минуту в круг вошли степнячки, так же вооруженные саблями и практически без остановки присоединились к этому странному танцу. Уже три стремительные фигуры крутились по поляне, сопровождаемые кругами из стали. Кир, не прекращая петь, хлопая в ладоши в определённом темпе, к нему присоединился Барух и практически сразу подхватили остальные зрители.
…Утеснений прежних нет
И в помине.
Лучше б ты женился, свет,
На Арине.
С молодой бы жил женой.
Не ленился!»
Тут я матери родной
Поклонился.
Поклонился всей родне
У порога:
«Не скулите вы по мне.
Ради бога.
Будь такие все, как вы,
Ротозеи,
Что б осталось от Москвы,
От Расеи?....
Все трое постепенно сближались. Вот Шкип замер, опусти сабли, а девчонки, продолжала свои крутить, подошли на расстояние вытянутой руки, так, что Шкип оказался по середине и как бы в двух кольцах сверкающих кругов, после чего двинулись вокруг него. Все присутствующие изумленно замерли: казалось, еще секунда и Шкипа нашинкуют на тысячи кусков.
-А «Москва», - продолжала спрашивать шепотом выпрашивать Виолетта, - и «Росия», что это?
-Ну, - задумалась Света, мысленно пригрозив поотрывать уши Шкипу и Киру, - так раньше наша родина называлась, - а Москва- её столица
-Теперь понятно, - ответила Виолетта.