Страница 13 из 331
Герминий Луций Баск, герцог Алларии и Наместник Ветрии, высокий пятидесятилетний мужчина, с густой гривой черных волос, без малейшего намека на седину, крепкий, как вековой кряжистый дуб, стоял на балконе личных покоев бывшего герцога Ветрии Клавдия Курция Дара, на втором этаже в герцогской резиденции в бывшей столице Ветрии, городе Гланде. Несмотря на то, что был ранний рассвет и ночная тьма с явной неохотой уступала свое место свету, Герминий Луций спать еще не ложился. Сначала было совещание с начальником городской стражи и трибуном (средний чин в армии Алларии, примерно соответствующий тысячнику. - прим. автора) столичного гарнизона оккупационных войск. Затем приходил казначей Тарквиний Кайрелис, с докладом о размере собранных налогов, трофеев, в том числе оружия, продовольствия и драгоценностей. Всё это последний месяц старательно собиралось в города бывшей Ветрии (коих насчитывалось девять), и в Гланд в частности, а в скором времени должно было отправиться караванами в Алларию, так как Император, (Милостью Богов Марций Светилий Драсс, первый своего имени) крайне нуждался в притоке свежих ресурсов для продолжения Войны За Объединение. Нужно было только дочистить бескрайние леса Ветрии от разного сброда- многочисленных разбойников, банд дезертиров, беглых крестьян, дабы обезопасить ценные караваны от нападений. Не давали ему уснуть так же мысли о беглой дочери Клавдия Курция, юной герцогине Виолетте, Горной Фиалке. Мелкая паршивка, ну как мелкая, чай уже почти пятнадцать вёсен, исчезла, как будто сквозь землю провалилась, а у императора Марция Светилия на соплюху имели планы и в интересах наместника было её отыскать, и чем быстрее, тем лучше. Внезапно взор Наместника привлек большой огненный шар, оставляющий за собой огненный хвост, разрезавший ночной небосвод, что направлялся в сторону Бальстадских гор. Зрелище огненного шара не напугало и не удивило Герминия Луция, падали небесные глыбы не так чтоб уж и редко. Ремесленники Алларии даже умели добывать из этих глыб металл и делать потрясающие вещи, как правило или оружие, или доспехи, причем очень отменного качества. Не испугав, огненный шар, тем не менее, наполнил нехорошими предчувствиями.
Зайдя в спальню и взяв со стола небольшой серебряный колокольчик, Герминий Луций коротко позвонил. Не прошло и десятка секунд как на пороге спальни оказался его личный секретарь Квинт Дид.
-Господин, - согнулся в поклоне секретарь.
-Квинт, передай трибуну Аспару Глину, что в сторону Бальстадских гор полетел небесный камень. Пусть выделит отряд в пару десятков конных, с опытным десятником, для розыска и доставки небесного камня сюда. Подготовь соответствующий приказ и выдай немного серебряных лир. В Указе пропиши, чтоб все встречные оказывали полное содействие. Продовольствие и телеги, если понадобится, пусть берут у местных крестьян.
-Да, господин, слушаюсь, сейчас всё будет готово.
Примерно через два малых деления клепсидры (в данном случае клепсидры - водяные часы, одно деление шкалы которых равнялось десяти минутам - прим. автора), Герминий Луций поставил на подготовленный секретарем указ свою печать и отправился спать, даже не сомневаясь, что его приказ будет полностью выполнен.
Интерлюдия вторая.
Карнский Лес. Виолетта Горная Фиалка.
Очередная ночь в лесу выдалась бессонной, дочь герцога Ветрии Виолетта, без толку провозилась всю ночь на ложе из лапника, покрытого сверху армейскими плащами её телохранителей. Вот уже две нундины (то есть две восьмидневные недели. - прим. автора) она была вынуждена прятаться в страшном Карнском лесу, с четырьмя оставшимися в живых гвардейцев своего эскорта и тремя десятками крестьян из маленькой деревни Дальняя Топь, которые бежали от наемников императора Алларии. Крестьяне не были в восторге от такой компании, но возражать вооруженным гвардейцам не решались. Виолетта вздохнула, недовольство крестьян было легко объяснимым- четыре здоровых мужика уничтожали припасы (и так-то сильно скромные) со скоростью лесного пожара, тем более что среди крестьян было всего восемь мужчин, девять женщин, разных возрастов и тринадцать детей. Волей случая среди мужчин не оказалось охотников, у них практически не было инструмента, лишь один старый топор, одна корова, пара коз и лошадь. Как поняла Виолетта, бежать им пришлось в спешке и собрать должным образом те не успели, а лето уже кончалось, еще десять- пятнадцать дней и должны были начаться осенние дожди, а там и до заморозков было недалеко (по ночам уже было достаточно зябко). В ситуации, когда не оставалось съестных припасов, не было теплой одежды и инструмента, крестьяне могли и вернуться, а понадеявшись на прощение, а заодно и выдать её с гвардейцами. Не, ей, конечно, хватило ума не называться настоящим именем, дабы не вводить крестьян в искушение (слухов, что за неё была объявлена очень хорошая награда, хватало), но полными дураками крестьяне не были и умели делать выводы. По крайней мере, в последнее время она ловила все больше и больше подозрительных взглядов.
Не давали спать мысли об отце, герцоге Ветрии, некогда весьма успешном полководце Алларии, удачно женившегося на вдовой герцогине Ветрии и с начала герцогом-консортом, а после её смерти полноценным правителем. Вторжение войск Алларии в союзе с наемными дружинами Горных Баронов произошло слишком быстро и внезапно, большая часть войск Ветрии, как и практически вся знать, перешла на сторону врагов, лишь гвардейская тысяча попыталась оказать сопротивление, но была быстро разбита. Юной герцогине, вместе с экспортом в двадцать гвардейцев удалось бежать из захваченной столицы. Их преследовали, отряд таял, и в конце концов осталось только четыре человека…
От дальнейших размышлений её отвлек протяжный вой, как будто над нами что-то пронеслось с большой скоростью, а затем грохот. Раздались испуганные крики разбуженных крестьян. Отбросив одеяло, выбралась из шалаша и Виолетта. Практически сразу к ней подбежал Герман Отис, командир её гвардейцев и старший сын барона Отиса, собственно, командира гвардейского полка. Герману едва исполнилось девятнадцать лет, но это был крепкий юноша, умелый воин и достойный сын своего отца.
-Что случилось, барон? - спросила Виолетта.
-Небесная глыба, госпожа, пролетела и скрылась вот там, - Герман махнул рукой в сторону трясины.
-Ясно, - кивнула Виолетта, которую летающие глыбы сейчас волновали её меньше всего, - успокойте крестьян, барон.
-Да, госпожа, как скажите…