Страница 18 из 74
— Асмунд, — прошипела Хелла.
Я кивнула.
— В своем видении она разглядела огонь на воде. Мы должны поставить на сторожевых башнях лучников. Если нападение произойдет ночью, лучники смогут пустить огненные стрелы.
Утр прищурился и внимательно посмотрел на меня.
— У твоей жены было видение…
— Да, она — вёльва.
— О, в этом я не сомневаюсь. Твоя жена уже нашла рунные камни? Они — идеальное место для возникновения видений. Один разговаривает там с теми, кого любит, — ответил Утр с усмешкой.
— Сосредоточься, — приказал Рагаль Утру и снова обратился ко мне. — Видения твоей жены часто сбываются?
Что касается видений Эйдис, то я была уверена, что они правдивы. Но со мной боги обычно не разговаривали подобным образом. И все же в глубине души я осознавала, что мне удалось заглянуть в будущее.
— К ним следует прислушиваться.
Рагаль поджал губы и вздохнул.
— Даже с горящими стрелами их все равно будет трудно разглядеть, если они нападут ночью.
— Китовый жир. Снаряды. Бочки на якорях в воде. Лучнику с горящей стрелой ничего не стоит их поджечь. Пылающая жидкость осветит воду, и враги будут как на ладони.
Все уставились на меня с непередаваемыми выражениями лиц.
Утр хихикнул.
— Херварт хочет поджечь воду. Какой безумец придумает такое?
— Плевать на бороду! В твоей голове рождаются прекрасные идеи! — взревел Скарде.
Рагаль кивнул.
— Хорошо. Хелла, возьми несколько человек и отправляйся на север. Я возьму несколько человек на юг, чтобы начать там работу над сторожевыми башнями. Скарде отведет людей на дальний остров.
Хелла повернулась ко мне.
— Твоя жена видела, когда он нападёт? Весной? Зимой?
— У берега вода всё ещё была подёрнута льдом.
Воительница нахмурилась и кивнула.
— Пусть Асмунд приходит. Вепри не умеют плавать. Для него нет места на моём острове, — заявил Утр.
— Если он сюда и доберётся, мы его поджарим, как предложил Херварт, — рассмеялась Хелла.
Остальные усмехнулись.
— Тогда приготовим вертел для этого вепря, — скомандовал Рагаль. — Херварт, идём со мной.
Глава 15
Остаток дня я провела, работая с Рагалем и остальными. Мы отправились на лошадях к оконечности острова, и там начали валить бревна, чтобы расчистить место и начать строительство укреплений для дозора. Была уже середина утра, когда прибыла Ирса.
— Подумала, что найду вас здесь, — сказала она, осматривая ведущуюся работу.
— Я встала рано. Это было странное утро.
— Не сомневаюсь. Даже Эйдис уже проснулась.
— Она в порядке?
— Выглядела немного бледной, сказала, что плохо себя чувствует. За ней присматривала Ингрид.
Я нахмурилась. Мы проделали долгий путь в холодную погоду, но Эйдис все равно предпочитала проводить время на открытом воздухе. Я надеялась, что она просто что-то съела, а не заболела серьёзно.
— Что делаем дальше, Херварт? — спросила Ирса.
Я указала на кучу сучьев, которые нужно было убрать.
— Поднимаем и тащим, — сказала я ей. — И напомни мне позже рассказать тебе о волках.
— О волках?
— И рунных камнях.
— Действительно, странное утро…
— Ты даже не представляешь, насколько.
* * *
Следующие несколько недель прошли в том же духе. Крепкий зимний мороз начал ослабевать, но было по-прежнему очень холодно. Каждый вечер мы возвращались в зал, где нас кормили, пели песни, а я старалась слушать и учиться. Хотя Арнгрим считал ярла Асмунда безнадежным неудачником, он посылал гонцов к ярлу Сольве, чтобы заключить мир. Пока что из этого мало что вышло. Я видела разочарование Арнгрима сложившейся ситуацией, но все же он продолжал попытки вести дипломатические переговоры. Последний посланный им гонец пригласил Сольву приехать в Больмсё. Оставалось только ждать.
Работы по возведению башен были завершены как раз накануне Гои-блота, праздника конца зимы, когда мужчины чествовали своих женщин и призывали весну. Арнгрим решил использовать этот священный день, чтобы освятить только что построенные башни и совершить священный обряд.
Все население Больмсё, несколько сотен человек, отправилось на остров, чтобы принести жертвы и вознести молитвы. Арне, Дагни и Нэфи вместе с Арнгримом возглавили шествие. Было по-прежнему холодно, но снег не выпадал уже несколько дней. Лед по краям озера начал сходить. Большая часть снега на тропе между северной и южной частями острова превратилась в грязное месиво. Весна была уже не за горами. Но до её наступления должен был прийти Асмунд — если моё видение было правдой. Если же нет, значит, боги выставили меня лжецом, и Больмсё пострадает.
— Почему все должно происходить на улице, на чертовом холоде? — ворчала Эйдис, шагая между мной и Ирсой.
За те месяцы, что мы провели на Болмсё, ее настроение становилось все более скверным. Но я не могла ее винить. Болезнь, поразившая ее, не отступала. Большую часть времени она чувствовала себя усталой и разбитой. Я не раз предлагал Ирсе отвезти ее обратно в Далр, но Эйдис не соглашалась. Вместо этого она просто жаловалась. Очень часто. Она не только плохо себя чувствовала, но и почти не спала. Ее мучили дурные сны. Я не знала, что происходит с моей подругой, но мне было неприятно видеть ее в таком состоянии.
— Когда все закончится, в зале будет теплая медовуха и горячая еда, — заверила я ее.
— Только сначала нам придётся проделать обратный путь. К тому же, я не голодна.
— Разве такое бывает? — усмехнулась я.
— Бывает. И вчера было. И за день до этого. Если только у тебя нет козьего сыра… и яблок. Я бы воспользовалась твоим фантастическим мечом и перебила целую деревню ради козьего сыра и яблок. Сыр прямо на ломтике хлеба… Я бы любого убила за такой кусок.
— Не думаю, что до этого дойдет. Козий сыр мы, пожалуй, найдем. Что касается яблок… Посмотрим.
— Слишком поздно для яблок. Они уже испортились, — сказала Ирса.
— Не рушь мои мечты, — простонала Эйдис.
Когда мы подходили к башне, я почувствовала, как мне в руку ткнулся знакомый теплый нос. Оглянувшись, я обнаружила Рёка. Его мать, несомненно, осталась у огня в зале. Возможно, мне следовало оставить там и Эйдис.
— Привет, — прошептала я, почёсывая зверя между ушами.
В ответ он лизнул мне руку, а затем рысью двинулся рядом с нашей троицей.
— Он не очень хорошо скрывает то, что знает о тебе, — сказала Ирса.
— Он слишком умен. Не так ли? Ты слишком умен для общего блага, — сказала я, обращаясь в основном к волку, который в ответ на ласку еще раз лизнул меня и умчался вперёд.
Ирса закатила глаза.
— Как думаете, у Арнгрима найдется кувшинчик с яблочным вареньем? Аста порой припрятывала один-другой. Может, у ярла тоже завалялся? Может, Херварт будет хорошим мужем и попросит у него один? — предложила Эйдис.
Мы с Ирсой захохотали.
— Попрошу. Всё, что угодно, для моей красавицы-жены.
Эйдис благодарно кивнула.
Мы продолжили путь. По ее рассеянному виду я поняла, что Эйдис все еще думает о яблоках, даже когда мы добрались до сторожевой башни.
Вновь построенное сооружение было украшено перед блотом вечнозелеными гирляндами. На дорожке, ведущей к нему, развевались красно-черные вымпелы ярла. По мере нашего приближения барабанщики начали бить в свои инструменты. Кто-то затрубил в рог, и долгий, низкий звук эхом разнесся над озером. Дагни, Арне и Арнгрим взобрались на вал сторожевой башни. Ярл шел медленно, опираясь на свой посох. Поднявшись на вершину, он посмотрел на озеро. Барабанщики продолжали играть, их ритм набирал обороты. Арнгрим долго смотрел на воду. Затем он повернулся и воздел руки, заставив барабанщиков смолкнуть.