Страница 168 из 215
В известном мне будущем попросту не находилось противника, ради которого требовался бы такой запас прочности. Либо я чудовищно недооценивал этот мир, либо то тяжёлое предчувствие, которое уже давно подталкивало меня вперёд, относилось к чему-то, о чём я пока даже не подозревал. И ни один из этих вариантов спокойствия не добавлял.
Впрочем, неизвестная угроза пока оставалась слишком далёкой и расплывчатой. Куда сильнее меня беспокоило то, что уже происходило с моей собственной душой. Я оказался одной ногой в том, что любители тысячелетиями полировать даньтян назвали бы трансцендентным царством, и приближение границы больше не было отвлечённой догадкой. Я ощущал её всем своим естеством.
И, буду честен, мне было по-настоящему страшно.
Предстоящий шаг не просто нарастит мои бицепсы и трицепсы. Речь шла не об очередной прибавке к силе, скорости или запасу рейрёку, а о куда более фундаментальном изменении.
Тела я менял больше сорока раз и давно привык воспринимать очередную оболочку как набор инструментов. Одна была сильнее, другая быстрее, третья обладала необычными возможностями, но под всеми ними неизменно оставался я.
Теперь же измениться предстояло не телу. Перемена затронет ту самую душу, которую я протащил через все свои жизни.
Смерть давно перестала меня пугать, но здесь речь шла совсем не о смерти. Я не знал, кем стану по ту сторону границы и насколько это существо будет похоже на нынешнего меня. Сохранится ли мой взгляд на мир? Не изменятся ли желания, привязанности и сами принципы, на которых держалась моя личность? Хуже всего — проверить это заранее было невозможно. Сначала придётся сделать шаг, и только потом я узнаю, куда именно он меня привёл.
Готов ли я к такой трансформации? Однозначно нет.
Буду ли готов через сотню лет? А вот на этот вопрос я не мог ответить, сколько бы ни задавал его себе. Одного времени здесь было недостаточно. Чтобы к чему-то подготовиться, нужно хотя бы понимать, что именно тебя ожидает.
А я не понимал.
Первое сигнальное кидо вспороло ночное небо зелёной вспышкой, вырвав меня из размышлений. Оно напоминало обычную сигнальную ракету, только состояло целиком из духовной силы.
Первая группа закончила работу. Женщин и детей из поместья уже вывезли, а значит, я мог приступать к своей части операции.
Остальные группы Второго отряда не заставили себя ждать. Одна за другой над поселением взмыли ещё три зелёные вспышки. С каждым новым сигналом в моей мысленной картотеке ещё одна пометка «ждать» сменялась на «можно действовать».
Тяжёлые вопросы могли подождать. Сейчас передо мной стояла куда более понятная задача, требовавшая полного внимания.
Последний зелёный огонь растаял в ночном небе.
Пора было приступать к делу.
Когда я вытряхнул адьюкаса из светового кокона, он уже почти лишился рассудка от боли. Я не позволял силе кокона уничтожить Пустого, однако даже дозированного воздействия хватило, чтобы затопить его разум агонией. Поэтому, оказавшись на свободе, он не попытался ни осмотреться, ни сбежать, а просто камнем полетел вниз, дёргаясь всем телом и не переставая орать.
Его рёв не шёл ни в какое сравнение с визгом низших Пустых. Над поселением прокатилась тяжёлая волна, и на мысленной карте одна за другой замерли сигнатуры жителей. Судя по охваченному воем пространству, свиномордый разом парализовал несколько кварталов, в каждом из которых жили тысячи душ.
На мгновение мне даже стало его немного жаль. Беспричинную жестокость я не любил даже по отношению к такому чудовищу — бывшему человеку, который сотни лет пожирал себе подобных. Сочувствия он, конечно, не заслуживал, но и терзать его исключительно ради удовольствия я не собирался. В этот раз всё было сугубо практично: освободи я способного нормально соображать Пустого, свиномордый тут же смазал бы пятки салом и на всех парах рванул подальше от меня. Мне же требовался разъярённый монстр, который бросится на того, кто довёл его до этого состояния, не задумываясь о последствиях. Вот я и оставил ему достаточно разума, чтобы помнить виновника своих страданий, но слишком мало, чтобы подумать о побеге.
Расчёт оправдался: даже падая и продолжая вопить во всё горло, адьюкас уже заряжал серо. Над его пятачком стремительно уплотнялась отрицательная энергия, а когда до земли осталось всего несколько метров, сформировавшийся заряд сорвался с места и ударил в меня. Уклоняться я не стал, поэтому со стороны, наверное, казалось, будто серо поглотило меня целиком. На деле багровый поток лишь обтекал моё тело, не в силах преодолеть даже пассивный слой рейацу. Разница между нами была огромной — и в объёме силы, и особенно в её качестве. При всём своём неуёмном желании Пустой попросту не мог причинить мне никакого вреда.
Ещё через мгновение адьюкас рухнул на выбранный мной недостроенный особняк. Его туша проломила перекрытия, выбросив вверх облако пыли, щепы и обломков. Внутри, разумеется, никого не было — это я проверил заранее. К тому же полностью обходиться без разрушений я и не собирался. Если после такой схватки не останется вообще никаких следов, это будет выглядеть пиздец как подозрительно. Так что уж лучше слегка разбомбить пустой дом, чем уронить разъярённую тварь посреди жилой застройки.
Перед тем как рвануть к беснующемуся монстру, стоило немного подсветить будущее поле боя. Будет до смешного обидно, если все мои усилия пропадут втуне лишь потому, что никто ни хрена не разглядит.
Я зачерпнул внушительную пригоршню рейрёку и, не заморачиваясь, выплеснул её наружу, вложив простенький волевой посыл. Энергия должна была подняться над поселением, сконденсироваться в подобие облаков и залить всё вокруг мягким сиянием.
Но одной видимостью дело не ограничивалось. Рассеянный в воздухе золотой свет должен был заодно защищать окружающих: ослаблять парализующий крик Пустого и не позволять его грязной рейацу поганить, а тем более ранить, обычные души.
Замысел казался простым и, по моим меркам, довольно скромным. По крайней мере, так всё выглядело у меня в голове.
Что я малость переборщил, стало понятно лишь после того, как рукотворная туча разрослась далеко за видимый горизонт. Затем небо над головой начало походить на распахнувшийся портал в небесные кущи, а сверху посыпались медленно кружащиеся светящиеся крупинки. Пришлось признать: у меня, как всегда, всё идёт через задний проход.