Страница 76 из 82
Я выбрал сухую, защищённую корнями старого дерева прогалину. Даэлия, услышав мой зов, уже вернулась, гордо неся в зубах крупную болотную птицу, отдалённо напоминающую мясистого индюка. Я кивнул волчице, забирая добычу, и привычно принялся за готовку.
Майра вела себя, мягко говоря, странно. Куда делась утренняя истеричка, готовая сжечь всё живое ради самоутверждения? Вместо того чтобы язвить о том, что парень королевских кровей ощипывает курицу словно слуга, она молча пошла собирать хворост.
В какой-то момент, помешивая варево в котелке, я поднял взгляд и наткнулся на неё. Майра стояла неподалёку, прислонившись к дереву, и смотрела на меня. В её глазах не было ни злости, ни прежнего надменного превосходства. Это был совершенно нечитаемый, глубоко задумчивый взгляд. Она сканировала меня так, будто внезапно увидела перед собой величайшую ценность в своей жизни. В этом взгляде крылось нечто такое, от чего по моей спине пробежал неприятный, липкий холодок. Будто маньяк уже делит мысленно части моего тела, какие первые поджарить и сожрать, а какие закоптить. Она чуть ли не облизывалась.
Виду я, разумеется, не подал. Лишь невозмутимо вернул внимание к костру.
Когда птица в густом бульоне с крупой дошла до готовности, я достал из пространственного кольца пару глубоких тарелок. Естественно, великая алдарская воительница не взяла с собой в патруль ни котелка, ни ложки, планируя, видимо, питаться исключительно собственной гордостью. Хотя, скорее считала, что за пару часов меня уделает и мы вернёмся.
Я молча протянул ей дымящуюся порцию наваристой каши. Майра приняла тарелку, вдохнула аромат и сделала первый глоток.
И тут же издала протяжный, почти неприличный стон удовольствия.
— Пресветлый Кореллон… — выдохнула она, торопливо зачёрпывая ещё. — Это просто божественно. Адмир, клянусь, это лучшее, что я ела за всю свою жизнь.
Я настороженно прищурился. Эта резкая смена настроения напрягала меня куда больше её недавней агрессии.
— Рад, что угодил твоему изысканному вкусу, принцесса, — язвительно ответил я, садясь напротив. — Отравить тебя в мои планы пока не входило, слишком много бумажной волокиты потом с Айераволом.
Я ждал, что она вспыхнет, вернётся прежняя высокомерная стерва. наверное, так бы мне было спокойнее и привычнее…
— А ты всё выпускаешь колючки, красавчик, — Майра ответила кокетливо, ловко переводя мою колкость в шутку. Её тон стал подозрительно бархатным, обволакивающим. — Но я умею ценить заботу. Ты поразительно предусмотрителен для того, кто ходит в патрули налегке. У такого запасливого мужчины, уверена, в том бездонном колечке найдётся и тёплый спальный мешок для замёрзшей девушки?
Я смерил её долгим, тяжёлым взглядом. Эта её новая политика «мягкой силы» была откровенно пугающей.
— Найдётся, — сухо ответил я, материализуя из кольца добротный спальник и кидая его ей под ноги.
— Спасибо, Адмир, — она проворковала моё имя с такой нежной интонацией, что мне снова захотелось поёжиться.
Остаток вечера прошёл без эксцессов. Когда мы наконец улеглись, я не поленился и тщательно разложил по контуру нашего лагеря специальные защитные камни. Активировав охранный барьер, я лёг спиной к костру и к Майре, буквально утопая в шерсти Даэлии, пахнущей озоном и свежей травой.
Следующее утро выдалось по-болотному зябким и сырым. Весна ещё не до конца вступила в свои права, хоть кое где снег уже и растаял, уступая место зелёной траве и первым цветам. Я деактивировал защитный контур из камней и принялся разогревать остатки вчерашней наваристой похлёбки. Даэлия уже убежала патрулировать периметр, оставив нас наедине. Но перед этим она донесла, что Майра пыталась ночью подползти поближе ко мне, но та отпугнула её рыком.
Принцесса проснулась подозрительно бодрой и тихой. Она съела свою порцию завтрака с таким благоговением, будто это была пища богов, а не разогретая вчерашняя каша.
Закончив с едой, она принялась собираться. Я краем глаза наблюдал за ней, ожидая, когда она вернёт мой спальник. Но вместо этого принцесса Алдара аккуратно свернула его и совершенно будничным жестом отправила в своё пространственное кольцо.
— Эй, — я нахмурился, отставляя котелок, который собирался помыть. — Я, конечно, понимаю, что алдарские аристократы привыкли брать всё, что им приглянется, но спальный мешок я бы попросил вернуть.
Я приготовился к очередной вспышке гнева или надменной отговорке. Но Майра повернулась ко мне, и её лицо было необычайно нежным. Невероятно, неестественно мягким для женщины, которая вчера одним ударом выжгла половину поляны и сломала попутно пару деревьев.
— Адмир, — произнесла она тихим, почти просящим тоном, — позволь мне оставить его себе в качестве сувенира. В память о нашем первом совместном патруле. Пожалуйста.
Я замер, сбитый с толку. В её голосе не было ни капли издёвки. Она смотрела на меня так искренне, словно просила не кусок зачарованной ткани, а величайшую реликвию амротской короны.
— Э-э… — я запнулся, чувствуя, как вся моя выстроенная броня сарказма даёт трещину от этого абсурда. Встречать агрессию я умел отлично, но вот к такому меня жизнь не готовила. — Ладно, забирай, если он тебе так нужен.
— Спасибо, — она улыбнулась так лучезарно, что мне стало по-настоящему страшно. Ну точно ненормальная.
Поспешно отвернувшись, я сделал вид, что очень занят очисткой котелка магией воды. Но краем глаза заметил, как Майра, вместо того, чтобы встать и готовиться к выходу, начала незаметно пододвигаться. Сантиметр за сантиметром, пока не оказалась на расстоянии вытянутой руки.
Я скосил на неё взгляд. Принцесса сидела, подперев подбородок рукой, и смотрела на меня внимательно, неотрывно. И в этих пронзительных зелёных глазах больше не было ни высокомерия, ни оценки боевого потенциала. Там плескалась такая густая, концентрированная, почти щенячья влюблённость, что меня бросило в жар.
«Пресветлый Кореллон, да быть не может!»
Мой мозг судорожно сопоставил факты: её вчерашнее молчание после источника Эрлика, внезапную покорность, комплименты моей еде, а теперь этот спальный мешок в качестве «сувенира» и взгляд, которым обычно смотрят на божество, сошедшее с небес.
Она влюбилась.