Ты – Чемпион

Глава 10.

Светлана сидела за адвокатским столом в зале суда, который постепенно заполнялся любопытствующими. Заседание открытое, поэтому могли прийти все, кто угодно. Она удивилась, когда вошли Регина и ее отец, которые заняли первый ряд в «зрительском» зале. На последнем ряду сидел Валерий, делал вид, что дремлет. Он тоже увидел вошедших, и по тому, как подобрался, Светлана поняла, что для него это тоже стало неожиданностью. Отец что-то стал говорить прокурору, который наклонился к Окуневскому. Светлана дала Валерию знак оставаться спокойным, но быть готовым ко всему. Тот незаметно кивнул и вновь сделал вид, что дремлет, но по его лицу Светлана видела, что он внимательно прислушивается к разговору между Окуневским и прокурором. Потом он достал телефон, написал пару слов. У Светланы пиликнуло сообщение – «

Договариваются. Если Истомин на что-то согласится, дело замнут

».

Окуневский был увлечен разговором с гособвинителем, что не обращал никакого внимания на Светлану. Его дочь сидела с видом королевы, у которой папа-король уже давно все решил и сейчас придворные начнут падать к ее ногам. На Светлану она тоже не смотрела, только бросала нетерпеливые взгляды на входную дверь.

Минут через пятнадцать ожидания дверь открылось и двое конвойных ввели Истомина. Сегодня он был в джинсах и голубой рубашке, недельная щетина «украшала» его лицо. Под глазами залегли синяки от бессонных ночей. Звякнули замки, его проводили за решетку. Он сел на скамью, наклонился к Светлане, но ничего не успел сказать, как к решетке подошел Окуневский и подскочила Регина.

– Ну что, щенок, – слишком тихо, чтобы слышали другие, но достаточно для того, чтобы услышала Светлана, – одно твое слово и дело будет закрыто.

– Любимый, Володенька, ну согласись ты. Я же простила уже тебя. Согласись, а то тебя посадят.

– Прошу отойти от решетки, общение с подсудимым запрещено, – к ним подошел один из конвойных, отодвигая мужчину и женщину от решетки дубинкой. – Я буду вынужден применить силу, если вы не отойдете.

Окуневский бросил презрительный взгляд на конвоира, сделал шаг назад, Регина отцепилась от решетки.

– Согласись, – потребовал Евгений Аркадьевич.

– Нет, – голос Истомина прозвучал очень спокойно.

– Судебный пристав, я прошу зафиксировать факт давления на моего подзащитного, – также спокойно проговорила Светлана.

– Прошу занять место, – наконец-то судебный пристав решил подать голос. – В противном случае вы будете удалены из зала суда и подвергнуты штрафу.

Окуневский неохотно проследовал на свое место. Следом за ним Регина прошествовала на своих огромных каблуках. Ее синее трикотажное платье как чулок обтягивало ее чуть поплывшую фигуру, но все равно она была довольно привлекательна для мужчин. Ее золотые волосы локонами опускались на спину и грудь, она их поправляла хорошо отточенным движением. Сидящий напротив Светланы прокурор даже заблестел глазами и причмокнул, глядя на нее.

Светлана повернулась в сторону решетки.

– Все остается в силе. Вину не признаем, показания давать по существу и четко. Ничему не удивляйся и полностью доверяй мне.

– Здравствуй, Свет, – тихо ответил Истомин. – Я помню.

– А почему им можно разговаривать, а нам нет? – взвизгнула Регина.

– Потому что я его адвокат, – спокойно ответила Светлана, отворачиваясь к своему столу.

Регина была готова что-то еще прокричать, но открылась дверь в углу зала, вошла молодая девушка, которая прижимала к себе какие-до папки, заняла место секретаря. Минуту спустя она поднялась:

– Прошу всех встать, суд идет.

Снова открылась дверь в углу и в зал заседаний вошел высокий подтянутый мужчина в черной мантии, который держал в руках тома уголовного дела. Он спокойно прошел к своему месту, сел.

– Прошу садиться, – произнес он приятным голосом. – Слушается уголовное дело по обвинению Истомина Владимира Михайлович, обвиняемого по …

Судья зачитывал статьи обвинения, а Светлана явно услышала, как недовольный Окуневский начал выговаривать гособвинителю:

– Мы же договаривались с Осиповым. Где он? Почему другой судья?

– Не знаю, – зло прошипел в ответ прокурор. – Я не знал о замене.

– Если все пойдет не так, ты, сука, вернешь мне все деньги. Понял? – казалось, что Окуневский сейчас просто бросится на гособвинителя и задушит его.

– Заткнись, – ответил прокурор, стараясь делать вид, что он совершенно спокоен.

Судья взял молоток, постучал по подставке.

– Тишина в зале. Еще одно замечание, и вы будете удалены из зала суда. Секретарь, сделайте отметку в протоколе заседания.

Девушка молча кивнула, что-то усердно печатая на ноутбуке.

– Судебное заседание объявляю открытым, – объявил судья. – Какие будут предложения по порядку его ведения? Гособвинитель?

Началась обычная процедура установления порядка заслушивания дела. Светлана отдала право ведения первоначальных допросов прокурору.

– Желает ли подсудимый Истомин дать показания по существу обвинения? – спросил судья.

Владимир поднялся.

– Могу сказать, что вину по предъявленному мне обвинению не признаю. Больше мне пока сказать нечего. Хочу воспользоваться своим правом давать показания после допроса всех свидетелей.

Судья кивнул.

Первыми прокурор для допроса вызвал сотрудника таможенного терминала, на котором были обнаружены наркотики в товарах. Он быстро подтвердил, что в ходе осмотра товара обнаружил подозрительную упаковку. При проверке данного предмета было обнаружено наркотическое вещество.

Прокурор и Окуневский улыбнулись, довольные показаниями.

– Адвокат, у Вас есть вопросы к свидетелю? – спросил судья.

– Да, – Светлана поднялась со своего места. – Скажите пожалуйста, где и как вы нашли эти наркотики, и почему решили, что это именно наркотическое вещество?

– Они были обнаружены мною в самой нижней коробке в дальнем углу контейнера.

– Скажите, Вы были один?

– Да, я был один. Мой напарник стоял у двери контейнера.

– Служебные собаки, которые обучены на отыскание наркотических средств были при вас?

– Н-нет, – замялся таможенник, метнул свой взгляд в сторону прокурора, но тот опустил голову.

– Почему вы выбрали именно эту коробку, чем она отличалась от других? Укажите подробно приметы.

– Не знаю, просто она мне не понравилась.

– А другие коробки вы проверяли?

– Д-да, – снова заминка.

– Кто брал в руки эту упаковку?