Страница 33 из 65
Повторил удар чуть выше. Нанёс третий, смотря на рушащиеся здания. Никого из живых я внутри не чувствовал. Даже если там и были люди, насекомые убили их всех, скорее всего превратив в заготовки для создания собственных копий.
Следом обрушил воздушную волну. Толкнув всё это валом назад и захлестнув остальные постройки. Наконец прошёлся вплотную к асфальту, счищая всё, что осталось. Теперь между цепочкой Защитников и противником была не узкая полоса пространства, где нужно было поймать муравья, а полторы сотни метров. Более чем достаточно, чтобы отреагировать на угрозу.
Ещё одно побочное открытие — дома и правда оказались наполнены муравьиными личинками или чем-то на них крайне похожим. В отличие от взрослых особей, эти были уязвимы — я только что выкосил не меньше пятой части будущего подкрепления вторженцев.
Тут же сместился к другой стороне и повторил процедуру, уничтожив ещё одну солидную партию будущих муравьёв. Судя по тому, что я видел, внутри зданий их было множество — иметь дело с таким количеством врагов мне совсем не хотелось.
Реакция последовала тут же. Сначала громкий крик, потом вспышка электричества и яростный вопль Йоханны.
Я прервал серию ударов, которые наносил со стороны Елисеева и рванул назад, за пару секунд оказавшись на месте. Один из Защитников «Молнии» лежал на земле разорванный пополам. Второй удалялся большими прыжками, оставляя за собой россыпь капель крови. Левая рука у него отсутствовала.
А в воздухе летел гигантский муравей, что нацелился на Кремер. Увидел я его лишь по той причине, что сам двигался в режиме импульса. И пусть достать физически не мог, зато отлично ударил воздухом, припечатав насекомое к асфальту.
Тот врезался с такой силой, что целиком погрузился в землю. Но тут же вырвал себя оттуда встав на лапы.
— Тебя наглить и теперь тебя умирать. Я рвать-убивать-топтать всех.
Сверху прилетела мощная молния, которая растеклась по его броне. Муравей на неё практически никак не отреагировал.
— Ты сам отказался от переговоров.
Враг, который с тобой говорит, это враг, что никого не убивает, так что я ответил. А сам муравей задрал голову, смотря в мою сторону.
— Полчаса дать на тебя-твою-вашу бежать. Не сбежать — теперь умирать. Земля наш.
Кремер, которая так и висела в воздухе, нацелив на противника наконечник копья, рассмеялась.
— Ты искусственное создание. Не настоящий! Как ты можешь требовать себе землю, кусок панцирного идиота?
Гигантское насекомое чуть повернулось, рассматривая её левым глазом.
— Уродливая самка говорить меня? Переводительство.
Сама девушка его речь понимала — поле перевода работало отлично. Правда односторонне. Потому сейчас щёки Йоханны тут же заполыхали, а глаза засверкали яростью. Я же поспешил перевести на русский.
— Она сказала, что ты не настоящий. Созданный искусственно. А значит не можешь претендовать на землю.
Гигантский муравей крутнулся, уставившись на немку.
— Искусственный? Мы-я из расы величезнутых варрбаев. Тех, кто могуч и неуничтожим. Вы ничтожественные букашки.
— Как ты здесь оказался?
Раз уж речь зашла об их расе, а муравей похоже впал в состояние ярости и начал болтать, я решил снова озвучить один из самых первых своих вопросов.
— Меня донести-доставить в разуме. Жрать чужой мозг-сознанку и жить-отрастать. Сначала я, теперь племя. Дальше цитаделька. Вы согнуться-склониться-припасть.
Варрбаи. Никогда не слышал этого слова. Да и…
Хотел продолжить мысль тем, что никогда не видел изображений таких гигантских муравьёв. Но тут память внезапно подсказала, что видел. В Чёрном мире. Они были схематично выгравированы на металлических прямоугольных пластинах, которые нередко встречались при раскопках руин. В то время, когда этим ещё занимались.
Правда, самих насекомых в Чёрном мире обнаружено не было. Все сходились, что речь шла об одном из тех миров, которые скрывались за их собственными Столбами.
— В вашем мире упали двенадцать каменных монолитов и он изменился?
Мой вопрос заставил удивиться не только Кремер — все до одного Защитники, что были в зоне видимости, подняли голову, удивлённо смотря в мою сторону. Муравей тоже взглянул.
— Монолиты не монолитны. Воля-метод-боль. Их всегда двенадцать. Завещано так, а тебя-меня-нас умирать-убивать. Но мы тут. Пламя не выжигать-опаливать. Мы-я ждать и месть.
Он наверняка мог бы выдать ещё немало ценной информации. Ну или горячечного бреда. Зависело от того, как эти данные оценивать. Пищи для размышлений, тот в любом случае обеспечил сейчас массу.
Но именно в этот момент позади него показались фигуры условных младших муравьёв и один из Защитников не нашёл лучшего решения, чем откинуть одного из них воздухом. Насекомое отлетело назад. А самый главный варрбай кинулся в атаку. Как и в прошлый раз, взмыл вверх, намереваясь достать атаковавшего в прыжке.
В этот раз я сорвался с места одновременно с ним. За время, что прошло после столкновения с первым муравьём, я влил в копьё пять менос-ядер и рассчитывал, что смогу хотя бы поцарапать противника.
Зря. Улетел тот конечно с колоссальной скоростью. Однако никаких видимых повреждений я не заметил.
Тем не менее один минус у этих муравьёв имелся. Они были слишком лёгкими и не были в состоянии оперировать меносом. Он внутри их тел точно имелся — уверен, вся их сила и мощь были выстроены как раз вокруг этой энергии. Но вот применить его вовне варрбаи не могли.
Что позволило мне запросто поднять гигантского муравья, сдавить его воздухом и закинуть обратно. А потом использовать приём, который я берёг на крайний случай — ударить по всей захваченной муравьями площади тепловой способностью.
Конструкции зданий потекли и начали распадаться прямо на глазах, асфальт обратился смолой, а машины стали лужами расплавленного металла. Воздух моментально заполнился ароматами, которые знакомы каждому, кто жёг разнообразный околостроительный хлам во дворе. Только во сто крат острее и жёстче.
Полное разрушение всего района заняло считанные секунды. Может быть десяток от силы. После чего я взмыл в воздух, оказавшись точно над зоной поражения. Подцепил получившуюся массу воздухом и скатал в гигантский шар. Вслед за чем опять использовал тепловую способность. В этот раз охладив его снаружи. Достаточно, чтобы сделать материал твёрдым и снизить потери тепла внутри. Чтобы там всё подольше оставалось вязким.
— Не знал, что ты так умеешь…