Страница 33 из 42
Арло метнулся было к другу, пытаясь отрыть его из-под завала, но понял: остаться на месте означало умереть самому. Нависший прямо над ними потолок продолжал трещать и обрушиваться, угрожая похоронить его рядом с Велдоном.
Арло сделал несколько шагов назад, слёзы смешивались с пылью на его лице, стекая грязными ручейками. Прежде чем окончательно повернуться и убежать, он бросил последний взгляд на то место, где погиб Велдон.
* * *
Пробираясь сквозь оставшиеся участки туннеля, испещрённые трещинами и обломками, Арло почти не чувствовал под собой ног. Руки и лицо его были изранены, одежда превратилась в клочьях, разодранная каменными осколками, но он механически продолжал движение к свету, маячившему в конце прохода.
В тот момент, когда он выбрался наружу, измученный, покрытый пылью и царапинами, единственное, что осталось у Арло, – бесконечная пустота внутри.
Мир вокруг показался ему неестественно тихим после грохота смерти. Он стоял один. От руин то здесь, то там доносились жалобные стоны выживших, зовущих на помощь.
* * *
Печаль и траур опустились на племя Протеев – под тяжёлым серым небом уже ничто не напоминало о планах на спасение. Оставшиеся в живых собрались вокруг руин. После бурного плача и скорби воцарилась тишина, нарушаемая лишь шёпотом ветра.
Марти-О вышел вперёд, посылая соплеменникам волны успокоения.
– Мы не можем позволить, чтобы наши потери были напрасны, – голос его дрожал, но слова были чёткими. – Перед нами новые испытания, и мы должны сплотиться, как никогда ранее. Мы должны восстановить, что было утрачено, мы должны почтить память тех, кого мы потеряли…
«Новым строительством», – хотел сказать он, но вовремя прикусил язык.
* * *
Новость о трагедии, произошедшей с племенем Протеев, распространилась среди Шии’Мори как лесной пожар. Вечером того же дня Стелла собрала совет.
Откашлявшись, она осторожно начала:
– Беда, что обрушилась на Протеев, не должна вызывать у нас радости. Мы все дети этого Леса, и каждая утрата среди наших соседей – трагедия, независимо от прошлых разногласий.
Она очень долго подбирала эти слова: достаточно возвышенные и осторожные. В глубине души она действительно скорбела по погибшим Протеям, но при этом была невероятно удивлена этой скорби: ранее военные потери нисколько её не беспокоили.
Дора шумно фыркнула, словно прочтя её мысли:
– Не думаю, что мы должны скорбеть по Протеям. Они всегда стремились к власти и доминированию. Эта катастрофа – знак от Леса. Они получили по заслугам за своё стремление контролировать природу. Бункер? Да что они возомнили о себе?
Чиа печально покачала головой:
– Не будем судить. Только Лес имеет на это право. Кто мы такие, чтобы решать, что кому полагается?
Сато’Шии мягко поддержала её:
– В наших силах оказать помощь пострадавшим, если они попросят. В конце концов, почему бы и не приютить тех, кто…
– Ну нет! – Дора упрямо подбченилась. – Где ты вообще была всё это время, милочка? Мы не видели тебя с прошлой зимы, пока ты где-то бродила. Исследовала дальние черничные холмы? Так ты завтра-послезавтра снова туда уйдёшь! Легко быть добренькой на расстоянии!
И никто не заметил, увлёкшись спором – или наблюдением за ним, – как юная Шии’Мори тихонько выскользнула из толпы.
* * *
Солнце уже садилось за деревья, заливая поляну мягким, тёплым светом. Лиина сидела среди колокольчиков и душистых трав, складывая вокруг себя магическое кольцо из мелких камешков. Её руки дрожали от волнения, а глаза были прикрыты – она полностью сосредоточилась на своём заклинании.
Никто из подруг и не знал, что в своём блокноте она не только помечает, как спеет земляника и анализирует процесс удобрения корней улиточной слизью, но и пишет стихи. И уж тем более подруги не должны были знать о том, что эти стихи посвящены Протею.
Они пересеклись случайно. Когда Лиина в очередной раз занималась исследованиями, Велдон нёс вахту за соседним холмиком. Это была граница между Протеями и Шии’Мори – граница спокойная, потому что не нужная. Сюда посылали самых молодых воинов, а Шии’Мори спокойно собирали урожай. Иногда даже представители разных племён могли перекинуться несколькими фразами, и только от них зависело, будут ли это слова дружбы или колкие стрелы сарказма.
У Лиины и Велдона это были слова дружбы.
Он был чуть старше её, но гораздо умнее, смелее, рассудительнее. Им было интересно болтать друг с другом. Они не раскрывали секреты племён, не передавали какие-то тайны, не занимались шпионажем; просто болтали о том, как спеет земляника, о том, как отвратительно пахнет улиточная слизь, о том, как красивы далёкие звёзды, о том, как мягка трава, о том, как свеж воздух, и о том, как здорово болтать обо всём этом.
И вот теперь Велдон где-то там, под землёй и камнями. Живой или мёртвый?
* * *
Лиина начала свой магический ритуал, когда на лес уже спустилась темнота. Было тихо, не считая шелеста листьев и далёкого воя ветра. Тот усилился, когда появились дождевые черви.
Медленно и осторожно они выползали из тёмной влажной земли в ответ на её заклинания, поводя розоватыми головами.
С каждым словом, которое шептала Лиина, она становилась слабее. Она чувствовала, как её энергия тает, как истончается нить, связывающая её с этим миром. Однако мысль о том, что чем больше будет червей, тем выше шанс спасти Велдона, давала ей силы продолжать. Она никогда не считала себя колдуньей, просто когда-то украдкой подглядела несколько ритуалов в записной книжке местной гадалки Ирги. Та, растеряха, обронила эту книжку, а Лиина честно вернула, правда, перед этим не удержалась и заглянула в неё одним глазком. И вот теперь настала пора использовать одно из подсмотренных заклинаний.
Сотни, а потом тысячи червей устремились к месту катастрофы, двигаясь как одно целое. Масса пульсирующих, скользких тел, тускло отражавших лунный свет, переливалась через корни и камни, как волна.
Они достигли окраины рухнувшего бункера, где недавно произошла катастрофа. Тёмные, разрушенные отсеки сооружения были засыпаны обломками и землёй, создавая лабиринт из разломов и трещин. Ведомые инстинктом и магией Лиины, черви проникали в эти щели, проскальзывая по наполненным водой и грязью углублениям. Их задача была найти выживших и помочь им – тем, кто оказался заблокированными под обломками или отрезанными от выхода.