Страница 17 из 42
Пикс-О тоже не удержался от смешка, представив, как Марти-О пытается загипнотизировать Дору. Это выглядело несколько… разрушительно.
– Поэтому невидимкой я не могу проникнуть, – резюмировал Кри, чтобы закончить бессмысленное обсуждение.
– В конце концов, мы можем просто когда-нибудь загнать всех Шии’Мори в эту деревню, если они так заботятся о её безопасности. И воздвигнуть вокруг свой блок, – мечтательно проговорил Марти-О. – В этом будет даже какая-то ирония и благородство.
Зик резко открыл глаза.
– Амулет Одура они ищут.
– Что?
– Стелла всех на поиски амулета вдохновляет.
Марти-О потёр подбородок.
– Как интересно. Ещё вчера она подгребла всю информацию под себя и плотно уселась на ней. А теперь вылила всё соплеменникам? В этом есть какой-то расчёт?
– Иногда то, что кажется невероятно умным и тонким расчётом, на деле оказывается его полным отсутствием, – заметил Пикс-О. – В отношении Стеллы я склоняюсь ко второму. Она умна, хитра, дальновидна, может позволить себе совершать опрометчивые поступки. Потому что другие будут считать, что это просто какой-то её заковыристый план.
– Не могу понять, ты хвалишь её или критикуешь? – Марти-О прищурился.
Пикс-О почувствовал, как в его голове что-то защекотало. Он осторожно воздвиг мысленную стену и аккуратно отодвинул ею ковыряющиеся в его сознании гипнотические щупальца Марти-О.
– Вроде бы у нас не принято лезть друг другу в головы? – мрачно спросил он.
Марти-О сделал вид, что это было адресовано не ему.
– Закончилось собрание, – сказал Зик. – Племя будет искать амулет Одура. Тайно ото всех. Чтобы не заподозрил никто. У Стеллы есть планы, как им воспользоваться. Говорит, что для племени эта находка величайшим благом станет.
– Ну, предположим, она так не говорит, – уточнил Пикс-О. – Я не припомню за ней пафоса в речах.
– Я суть передал, а не точные слова, – беззлобно пояснил Зик.
– Итак, – Марти-О хлопнул ладонью по камню и встал. – Ну что же, да начнутся поиски амулета!
* * *
– Да начнутся поиски амулета, – кивнул Пахом.
Призрачная фигура Марти-О растворилась в дыме предвидения.
– И ведь никто не догадывается о том, что обо всём догадываемся мы, – с удовлетворением сказал Пахом. – Никогда у племени Гримов не было настолько выгодной позиции. Сама судьба дарит нам лес. Мы можем загрести амулет чужими руками – великий амулет великого Одура!
– Не такого уж и великого, если он умер, – ревниво проворчал Анкх.
– О подземные силы! – закатил глаза Пахом. – С нами сражается армия мертвецов, мы ставим мертвецов себе на службу! Может быть, он и умер от того, что непочтительно обошёлся с амулетом. Мы должны быть осторожны, внимательны, умны, хитры. В общем, такими, какими мы всегда и являемся. Ах!
Последний звук относился к внезапно возникшему у него под ногами Шруму. Тот с ужасом воззрился на Пахома через свои очки, перевёл взгляд на косу в его руке и чуть было не упал в обморок.
Анкх поднял тесак.
– Это наши земли. Любой Шрум, ступивший на наши земли без нашего приглашения, станет мёртвым Шрумом.
– Ой, простите, простите, простите, – забормотал очкарик, собирая рассыпавшиеся свитки. – Я, наверное, зашёл не туда. Я подумал, что иду на юг, а на самом деле ушёл на север, а должен был идти на юг… не туда, не туда, не туда, не туда… – бормоча это, он убежал в чащу.
– Поосторожней со Шрумами, – сказал Анкх. – Они тоже считают себя хитрецами. И возможно, он перепутал нас с Протеями. Они околачиваются на соседней опушке. Этот Шрум должен был подобраться к ним и подслушать.
– Но он же не слышал наш разговор? – уточнил Пахом.
– Нет. Я всегда вешаю на предвидение вуаль тишины. Он просто понял, что мы о чём-то разговариваем, и поэтому подкрался поближе – и выдал себя.
– Ну прекрасно, – кивнул Пахом. – Пускай идёт к Протеям, а мы последим за ним. Протри Зеркало Видения. Оно нам пригодится.
* * *
Лес ещё никогда не видел настолько безумной гонки. Каждое племя считало себя лучше остальных. Они понимали, что им придётся полагаться не на военную силу и мощь, а на ум и хитрость. И каждый пытался по мере своих возможностей эти ум и хитрость использовать
Шии’Мори тонко запутывали свои следы с помощью знания леса: перебрасывали сгнившие брёвна, чтобы замаскировать тропы, и использовали естественные ароматы, скрывая свой запах. Они смешивали лепестки редких цветов с грязью, чтобы создать невидимую пасту, которой покрывали свою кожу и одежду, что делало их практически незаметными даже в самых ярких лучах солнца.
Протеи, с их незыблемой самоуверенностью и непоколебимой верой в свои способности, демонстрировали чуть более прямолинейный подход. Они шли широкими тропами, надеяcь на свою способность быстро распутывать сложные загадки, оставленные Шии’Мори. Иногда, правда, на этих тропах возникала неловкость, когда какой-нибудь Протей сталкивался с обалдевше взирающим на него Шрумом.
Шрумы притворялись случайными путниками, и их спонтанные «встречи» с Протеями становились всё более и более неожиданными. Они имитировали простоту и незначительность, ошалело хлопая глазами и стараясь разойтись с Протеями как можно скорее. Особенно преуспевал в этом Вильфорд, оказывающийся то тут, то там в обнимку со своими записями. Эти встречи оставляли Протеев в раздражении и смущении: они подозревали что-то, но не понимали, насколько глубока игра Шрумов.
Гримы, в свою очередь, сидели как пауки в центре сети, отслеживая каждое движение через свои магические зеркала. Эти зеркала, разбросанные по всему лесу, не только отводили взгляды, но и захватывали мельчайшие детали: перешёптывания, шорохи, даже отражения птиц в полёте. Конечно, информация поступала к Гримам хаотическим клубком, но что-то из него можно было вычленить.
* * *
Иногда Гримам становилось очень смешно.
– Какие же идиоты! – хохотал Пахом, хлопая Анкха по плечу. – Ты только посмотри. Каждый пытается обмануть другого. Шии’Мори настолько боятся, что их обнаружат, что одна уже заблудилась в лесу, стремясь запутать свои следы. Её там не найдут ещё неделю.