Страница 17 из 130
— Миранда, вы поедете с нами на фабрики? — поинтересовалась я.
— Нет, что вы.
Ее рука заскользила к руке Корнуэлла, будто ища защиты. И он погладил ее белые пальцы с тонкими ободками колец.
— Разве там есть что-то интересное? — осмелев, спросила она, и в ее глазах мелькнула ревность.
— Я считаю, что это очень интересно. Некоторые делают деньги из воздуха, некоторые играют на бирже, кто-то родился неприлично богатым, а кто-то получает прибыль из шерсти с паховой зоны коз.
Глаза Миранды расширились от изумления, а губы искривились от толики презрения.
А я закинула в рот очередной кусочек и пожала плечами.
— Божественно вкусно.
Корнуэлл слегка откинулся на стуле и рассмеялся. Миранда посмотрела на него с укором. А я улыбнулась и приподняла бровь:
— Где вы играете, Миранда?
— В основном на моих нервах, — произнес Корнуэлл, отпивая из чашки ароматный черный кофе.
— Я солистка в императорском театре, — ответила она с гордостью.
Не сомневаюсь, что мастерства и таланта ей не занимать.
— Давно не была в театре, — я быстро доела завтрак, хотя, признаюсь, им можно было наслаждаться до самого обеда. — Буду в столице, загляну.
Смахнула со лба прядь волос, почувствовав странное зудящее ощущение. Поймала на себе внимательный и глубокий взгляд Корнуэлла — такой, будто он любовался занятной игрушкой.
— Какую фабрику вы хотите увидеть, баронесса?
— Ту, которой вы гордитесь.
Его ноздри раздулись — он втянул воздух, словно хищник, почувствовавший кровь. Что-то в моей манере его злило. Хотя понятно — что. Я была наглой, амбициозной и не считалась с чужим мнением.
— Хорошо, — он склонил голову, а взгляд сделался острее. — Надеюсь, вы останетесь удовлетворены.
Миранда резко поставила на стол чашку, поджала губы и обиженно посмотрела на него.
Она выглядела гораздо младше его, и даже меня. Пожалуй, Корнуэлл, вообще, не рассматривал себе в пару засидевшихся старых дев.
— Спасибо за завтрак, — я тоже отставила пустую чашку. — Вы закончили, господин Корнуэлл?
И снова на его губах застыла усмешка.
— Вполне.
Он поднялся, и Миранда потянулась за ним.
И все-таки этот человек был очень высок и внушителен — я не могла не отмечать это всякий раз, когда вдруг оказывалась рядом.
— Вы прибыли верхом? — спросил он.
— У меня возникло недопонимание с лошадью.
У Корнуэлла был приятный смех. И в нем оказалось множество оттенков, трогающих женские сердца. Будь мое посговорчивее, давно бы дрогнуло. Но я еще в прошлой жизни обменяла его на кое-что более полезное для бизнеса — мертвую хватку хладнокровной стервы.
— Маршал, — Корнуэлл окликнул своего помощника, который как раз дожидался нас в гостиной. — Пусть заложат экипаж.
Миранда уцепилась руками за мужскую ладонь, посмотрела на Корнуэлла снизу вверх, как умеют только врожденные кокетки.
— Я скоро, — ответил он на ее невысказанный вопрос. — Займись чем-нибудь.
Пожалуй, делать в Фавре столичной штучке было решительно нечего. Единственное ее самозабвенное занятие — сам Корнуэлл.
Маршал вернул мне шляпку, а вместе с ней и моего конюха. Клод тихо и смущенно поприветствовал Корнуэлла, а тот даже не взглянул в его сторону. Зато склонился к ушку Миранды, что-то шепнул, а та зарумянилась и заулыбалась.
А потом Корнуэлл пошел к двери со словами:
— Как вы относитесь к большим собакам, госпожа-баронесса?
— Положительно, если они — не суки.
Он вновь рассмеялся, открывая передо мной дверь. Наши взгляды пересеклись.
— Я познакомлю вас с Дотсом.
Сдается мне, дело принимает неожиданный оборот.