Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 100 из 130

Таша чувствовала себе плохо и не составила мне компанию за завтраком. Живот у нее стал большим, и она все чаще хотела спать. Как только она освоила грамоту, все свободное время она посвящала чтению и так поднаторела, что принялась помогать по мелочам Маршаллу, неплохо составляя для него письма. Кроме того, она отличалась покладистостью и чудесной памятью, и могла вести хозяйство, ибо помнила обо всем на свете: когда и что было закуплено и по какой цене и когда стоит закупить вновь.

Я внутренне ею гордилась.

Только одно ее портило: грустный взгляд, плаксивость и тоска по Клоду Бэзилу, о судьбе которого после учиненного надо мной суда, я ничего не слышала.

Маршалл привык к тому, что иногда я усаживала его за стол и вынуждала разделять со мной трапезу. Этим утром мы судорожно думали, как нам снизить расходы на производстве, которое только набирало обороты.

— Я не могу быть хозяйкой, если нахожусь в столице, а мое дело — в Фавре! — наконец вскипела я.

— Вы можете на меня положиться, — заверил Маршалл. — Берн разделился на два лагеря. Ехать туда сейчас небезопасно. Если смотрители, мастера и ткачи прознают, что господин Корнуэлл передал дела в ваши руки… Вы — женщина, госпожа Корнуэлл. Вас обвинили в колдовстве и… Фавра не так прогрессивна…

— Можешь не продолжать, — хмыкнула я. — Ты прав. Лезть на рожон не стоит. Но я должна вернуться. Возможно… не для всех.

— Не для всех?

— Для ниварской знати и сторонников Ханнэма я должна так и остаться затворницей в столичном особняке Корнуэлла.

— Хм, — усмехнулся Маршалл. — Но вы же не собираетесь обмануть и императора Нивара?

Я наколола на вилку кусочек сыра и закинула в рот.

Именно его — хочу. Но стоит ли?

Он посчитал, что может обобрать моего мужа и меня. Безнаказанно.

— Скажи-ка лучше, Маршалл, где сейчас Исаак Харт и чем он, черт возьми, занят?

— Тем же, чем и всегда. Он жуткий картежник, госпожа Корнуэлл. А еще — дьявольски языкастый. Не понимаю, зачем он вам? Сказал, что будет иметь дело только с вами и больше никому не доверит результаты своих трудов.

Надеюсь, не подведет, и эти результаты меня порадуют.