Заговор братства

— Вот причина того, почему именно по теологии у тебя такая плохая оценка. Ты хотел подтолкнуть меня к решению, хотел заставить понять, что ты именно тот, кто мне нужен, но вопрос об изучении теологии в твоем случае даже не встает. Скажи мне, я прав, Фридрих фон Кайпен?

Мальчик, нет — юноша, чуть наклонил голову.

— Разве предвидение не является важнейшей чертой характера, необходимой для руководства братством?

Фон Зетлер тихо сказал, как бы в раздумье:

— Ты опасный человек, Фридрих. — Затем его лицо расплылось в широкой улыбке. — Я сделал правильный выбор.

12 февраля 1954 года

Солнце лежало на горизонте подобно громадному пылающему огненному шару и распространяло оттуда невероятный красный свет, который, как освещение гигантской сцены, озарял унылый ландшафт. Тысячи кузнечиков сопровождали на своих скрипочках финальную оду кончающегося дня. Еще несколько минут, и темнота принесет приятную прохладу. Люди и животные смогут вздохнуть. Фридрих сидел под узловатым старым деревом. Он приходил на это место, на несколько километров удаленное от интерната, если хотел побыть один. Сегодня фон Кайпен впервые нарушил это правило.

Он ждал Эвелину. А пока, прислонившись спиной к твердому стволу, наблюдал за игрой природы. Фридрих думал о предстоящем разговоре. С тех пор, как он увидел Эвелину Гаймерс в первый раз, прошло пять лет, и все эти годы он точно знал, что она будет женщиной его жизни. Тогда он не мог сформулировать эту мысль, но понимал это всегда. Он терпеливо дожидался, когда наступит момент и она больше не будет его учительницей. Фридрих никогда не говорил об этом ни с одним человеком. И вот сейчас, когда его обучение в школе закончилось, пришло время выяснить отношения. Он улыбнулся.

Время обучения в школе закончилось.

Как быстро, если оглядываться назад, прошли эти годы! Он отлично сдал все экзамены и этим показал всем, насколько превосходит, например, Денгельмана.

Юрген Денгельман был честолюбив. Это знали все. Он все время очень упорно работал, чтобы получить хорошие, оценки. Денгельман окончил школу как второй ученик.

Фридрих фон Кайпен почти никогда не должен был делать уроки. Все, что он прочитал, неизменно сохранялось в его памяти и всплывало каждый раз, когда ему это было нужно. Этот дар позволил ему пережить школьное время как своего рода развлечение. Он был образцовым учеником. Его достижения учителя, в том числе Эвелина, всегда приводили в пример другим.

Сегодня вечером первый ученик школы расскажет бывшей учительнице о своих чувствах и спланирует с ней их совместную жизнь. При этом он ни секунду не рассматривал возможность, что она может ему отказать. Почему это? Девять лет разницы в возрасте? Для него это настолько неважно, что он их не удостаивал ни единой мыслью. Он умен и вскоре станет богатым и могущественным. Они выбрали в жизни одну и ту же идеологию и имеют общую великую цель. Кроме того, он когда-либо примет на себя руководство братством. Чего лучшего могла ожидать Эвелина Гаймерс?

Движение справа вывело его из раздумий. Эвелина, нагнувшись, пробралась под низко висевшей веткой и остановилась, приветливо улыбаясь ему.

— Здравствуйте, Фридрих. Вот и я. Точна и очень любопытна. Что такого важного вы хотите мне рассказать?

Фридрих вскочил и указал на ствол дерева.

— Присаживайтесь, фрейлейн Гаймерс. Сидя лучше разговаривать.

Все еще улыбаясь, она чуть пожала плечами и села, прислонившись спиной к стволу дерева. Фридрих опустился прямо перед ней на землю и посмотрел на нее.

Эвелина чуть склонила голову набок.

— Ну, господин фон Кайпен, я вся внимание.

Фридрих глубоко вздохнул.

— Завтра мы празднуем окончание школы. Потом останемся здесь еще на пару дней, а после этого многие вернутся в Европу. Каждый отправится к своему будущему месту учебы.

Эвелина пожала плечами и вопросительно посмотрела на него.

— Но я все это уже знаю, Фридрих.

Юноша улыбнулся и бросил на нее снисходительный взгляд.

— Фрейлейн Гаймерс, пожалуйста, постарайтесь забыть, что вы учительница. Я больше не ваш ученик, которому можно сказать на уроке, что он должен делать то-то и то-то. Я хочу поговорить с вами о том, что не имеет ничего общего со школой, и прошу позволить мне самому решить, как я подойду к теме. Хорошо?

Красивое лицо Эвелины выразило удивление. Она внимательно смотрела на Фридриха. Он продолжил:

— Да, все отсюда уедут. Все, кроме меня. Я останусь, и не на пару дней или недель. Я останусь навсегда.

Она удивилась еще больше.

— А как же ваше образование? Вы ведь должны были поехать в Мюнхен, не так ли?

Фридрих кивнул и задумчиво погладил пальцами маленький сучок, который лежал рядом с ним на земле.

— Правильно. Так думают все, но завтра во время празднества господин фон Зетлер официально объявит, что я остаюсь здесь как его ассистент. А позже я стану его преемником в братстве.

Минуту она раздумывала, затем кивнула, уже менее удивленно, чем он ожидал.

— В этом есть смысл. Теперь мне ясно, почему господин фон Зетлер осведомлялся о вас гораздо чаще, чем о других. Я думаю, он сделал хороший выбор. Вряд ли здесь есть другой ученик, который с таким старанием и так горячо стоит за дело братства.

Фридрих следил за муравьем, который возле его правой ноги старался перебраться через комочки сухой земли. Ему они, должно быть, казались громадными горами.

Он проделал для него указательным пальцем путь через песок, но муравей предпочел и дальше карабкаться через высохшую землю.

Фридрих резко поднял голову и посмотрел на свою бывшую учительницу.

— Но это, собственно, не та причина, по которой я хотел поговорить с вами наедине. Я хочу задать вам важный вопрос.

Несколько секунд молодая женщина и юноша смотрели друг другу в глаза. Она не требовала от него, чтобы он наконец задал этот вопрос, а просто ждала.

— Эвелина, я попросил вас прийти сюда, чтобы спросить, будете ли вы моей женой?

Она смотрела на него так, как будто не поняла, о чем он говорит. Она явно растерялась. Затем подняла брови и сказала, запинаясь:

— Фридрих, я… Я даже не знаю, что вам сказать. Я почти на десять лет старше вас. Я ваша учительница…

Он отмахнулся.