Страница 74 из 177
Петрович загремел кастрюлями. Антон поднял голову, посмотрел на него, на меня и снова нырнул в экран. После того как я сказала, что собираюсь найти способ оживить Аскольда, он не произнес ни слова. Только спросил, как звали оперуполномоченного.
– Значит, слушай сюда. – Петрович налил воду в кастрюлю, поставил на медленный огонь и развернулся к нам. – А лучше записывай. Нельзя всю кисломолочку, хлеб, пиццу, почти все мясо, кроме вареной грудки, все цитрусовые, шоколад, орехи, крепкий чай, кофе, соки и лимонад. Никаких чипсов, суши, бургеров – чем еще ты питалась последнее время?
В наступившей тишине было слышно, как быстро печатает Антон и булькает в кастрюле закипающая вода.
– Я напишу, какие таблетки купить и как часто принимать. Есть четыре раза в день по часам. Будильник себе ставь и ешь. Понятно?
Мне захотелось заснуть и проснуться на берегу Ледяного Озера. Или на дне.
– Я же в институт хожу… – протянула я и сама услышала, как жалобно это прозвучало.
– И ходи себе на здоровье. Но ешь по расписанию. Я тебе сейчас покажу, что можно. Смотри. – Поднявшись на носочки, Петрович достал с верхней полки деревянного шкафчика банку с крупой. – Три стакана овсянки на пять стаканов воды. Варишь пятнадцать минут, помешиваешь. Соли по минимуму, сахара тоже. Запомнила?
Я украдкой покосилась на Антона. Тот сидел с отсутствующим видом.
Петрович поставил передо мной тарелку с чем-то сероватым без запаха и, как я подозревала, без вкуса. Положил рядом ложку. Желудок скрутило от голода, но приступать к трапезе я не спешила.
Петрович навис надо мной.
– Ты в тамагочу в детстве играла?
– Во что?
– Электронная игрушка, – не отрываясь от экрана, тихо подсказал Антон. – Питомец.
– Вот представь, что твое тело – это тамагоча, – продолжил Петрович. – Если ты о нем не позаботишься, никто, кроме тебя, не позаботится. И ты умрешь.
Я хотела сказать, что не могу умереть, пока во мне сила Девы, но, конечно, промолчала. И взялась за ложку.
– Дима, – негромко позвал Антон, закрывая крышку ноутбука, – можно тебя?
Они вышли. А я осталась наедине с кашей, гастритом, мыслями о том, как встроить в свою хаотичную жизнь кроме учебы, работы и оживления Аскольда еду по расписанию. А еще – можно ли существовать без кофе.
И соли.