Страница 48 из 79
Журавль-небожитель бесшумно возник позади императора и почтительно опустился на колени.
– Ваше величество.
– Древний злобный дракон вырвался из руин Десяти Тысяч Небес, приказываю послать за ним сотню тысяч небесных воинов и схватить. Звездную владычицу Сы Мин, что разрушила печать Небес и Земли и освободила злобного дракона, лишить божественной сущности и отправить… – После некоторого молчания он добавил: – Принеси наши доспехи.
Небожитель застыл в растерянности.
– Ваше величество?
– Мы займемся поимкой лично.
Было неясно, имел ли он в виду поимку дракона или Звездной владычицы. Цин Хэ, однако, не осмелился задавать больше вопросов и поспешил за доспехами.
Пыль, оставшаяся от шпильки, и воспоминания Сы Мин давно рассеялись. Император промолвил тоном холоднее льда:
– Мне хочется узнать, насколько глубока твоя любовь.
Над протянутой ладонью медленно всплыло проклятие. Проклятие, которое он наложил на Сы Мин, когда та была Эр Шэн. Она спустилась в царство Людей наивной девушкой, и ее с легкостью искусил демон – один из тех, что недавно начали к чему-то готовиться. Если бы Звездная владычица оказалась одержима демонической ци, император твердо решил, что в таком случае убил бы ее сам, чтобы духовная сила не попала в руки демонов. Когда Сы Мин вернулась, он намеревался снять печать сегодня ночью, но не ожидал, что от проклятия еще мог остаться толк…
Мужчина прикрыл веки. На его лице мелькнули, сменяя друг друга, горе и гнев.
* * *
Сы Мин, конечно же, даже не подозревала о суете, которую навела в Небесном царстве. Она удобно устроилась, прислонившись к рогу дракона, и не отрывала глаз от скользящих лучей заката в пелене облаков, что растянулась на тысячи ли. Такую же картину небожительница наблюдала каждый вечер на протяжении многих веков, но сегодня впервые ощутила, как красота вдали захватывает дух.
– Чан Юань, – позвала Сы Мин, похлопав дракона по голове. – Мы с тобой когда-нибудь видели подобное?
– Еще нет, – ответил он. – Мы… очень много времени потеряли зазря.
Смеясь, она коснулась драконьего рога.
– Это неважно, большой черный дракон. У нас целая вечность впереди.
Услышав ее, Чан Юань наклонился вперед, и его длинное тело скрылось в море облаков внизу. Перед глазами Сы Мин зажегся свет. Мимо проплыло облако золотистой пудры, и голова раскалилась болью. Зажмурившись, она потерла виски. Внезапно перед ней возникло улыбающееся девичье лицо. Звездная владычица узнала ее – Эр Шэн.
А вслед за ним нахлынул поток воспоминаний. Тихие дни, что они проводили в руинах Десяти Тысяч Небес, радостный смех и гневная брань в мире смертных, а также невыносимая душевная боль, но в конце концов единственным, что отдавалось эхом в ушах, были последние слова Чан Юаня:
«Я останусь с тобой».
Этот мужчина всегда был немногословен и косноязычен, но одних этих слов хватило, чтобы растрогать ее до слез. Она склонилась к телу дракона, нежно прижавшись щекой к его голове, позволяя всплывшим в памяти воспоминаниям захватить мысли.
Вечернее солнце тянулось яркими лучами сквозь пушистые облака к бескрайним просторам гор и рек внизу, окрашивая теплым оранжевым цветом Сы Мин и Чан Юаня. После долгого полета в полной тишине он наконец спросил:
– Почему ты осталась без воспоминаний?
В облике дракона его тон стал грубее. Голос, и без того лишенный красок чувств, звучал еще безразличнее, но она знала, что Чан Юань задал вопрос с особой осторожностью, боясь затронуть неприятный момент.
– Скорее всего, этот негодяй, Небесный император, забрал их у меня, – удрученно ответила Сы Мин.
Дракон без лишних раздумий предложил:
– Полетели их возвращать. – Он произнес это так серьезно, словно нападение на Небесное царство и объявление войны небожителям было для него пустяковым делом.
У Сы Мин защипало в носу, и она сердито ударила дракона по лбу.
– У тебя все так просто?!
Чан Юань молча сносил побои и ругань.
– Дурак, – пробормотала Сы Мин, сдерживая волны эмоций, терзавших ее сердце. – Скажи что-нибудь, ну!
– Угу.
– Тупица.
– Ага.
– Давай назовем наше первое яйцо Бэньдань
[56]
[Бэньдань (кит. 笨蛋) переводится как «дурак».]
.
– Эр Шэн, это обидное имя, – тихо вздохнул дракон.
Сы Мин ничего не отвечала. Чан Юань вдруг понял, как ее назвал, и тоже замолчал. Сделав несколько глубоких вдохов, Звездная владычица наконец произнесла:
– Большой черный дракон, тебе неловко? Эр Шэн или Сы Мин, Сы Мин или Эр Шэн…
Тот продолжал хранить молчание, и она не смела что-нибудь сказать.
– Какая разница? – Сы Мин так и лежала, склонившись к его голове, ее слезы стекали на драконью чешую. – Это все я. Я люблю лишь тебя, а ты – меня.
Закатные лучи отражались на черной чешуе, и та завораживающе сверкала в полете. Чан Юань нарушил затянувшееся молчание:
– Знаю.
Звездная владычица, вся перепачканная в слезах и соплях, вскочила и озлобленно шлепнула дракона по рогу.
– Тогда зачем притворяешься скрытным и замкнутым? К чему вся эта загадочность? Где твое очарование? Почему ты больше не миленький?!
– Потому что… я не знаю, как тебя называть. Не знаю, какое имя ты предпочитаешь.
– Дурак, – повторила Сы Мин, размазывая свои сопли по рогу.
– Да, – честно ответил Чан Юань.
Он не был искусен в красивых и сладких речах, потому понятия не имел, как к ней обратиться. Она была для него важнее всех на свете, и потому дракон был внимателен к любой мелочи.
Загадочное восстановление печати руин Десяти Тысяч Небес обеспокоило Сы Мин. Несколько дней они с Чан Юанем вольготно летали по царству Людей и в результате совместных обсуждений решили отправиться к Запретным землям Затерянной горы. Руины Десяти Тысяч Небес и пустынный город Бесконечности были связаны: если что-то и случилось, это непременно отразилось на обоих местах.
К тому времени, когда они добрались до заднего склона, природная духовная сила горы значительно ослабла – скорее всего, из-за разрушения пустынного города, что повлияло на изначальную энергию ци Небес и Земли. На Затерянной горе было безлюдно: все ученики выступили на поимку преступников, сбежавших из города Бесконечности и отправившихся вершить зло. Справиться с ними было особенно трудно, и Почтенному бессмертному Чан У пришлось взять дело в свои руки.