Незаконная желанная

Глава 35

Лана

Было тепло и уютно. Лана пошевелилась, но открывать глаза не спешила и долго нежилась в мягкой постели, укутанная приятной негой и крепкими руками. Руками?

Распахнула веки и уставилась на Эденгара. Он поморщился, и россыпь веснушек задрожала на носу, а пухлые губы прошептали на странном, но понятном языке:

— Прошу тебя…

Лана прищурилась и ловко выползла из крепких объятий, подобралась и коснулась губами его губ.

— Что просишь? — говорила то, что думала, но слышала себя будто со стороны. Так странно звучал новый язык: напевно и сказочно. Лана коснулась носом подбородка Эденгара и, скользнув губами по его колючей щеке, тихо захихикала. Дракон засопел и выговорил сонно:

— Не уходи…

— Ни за что, — потрогала пальцами его мощные мышцы на плечах, опустила ладони на живот и скользнула дальше. Эд тихо застонал, глядя на нее из-под ресниц.

— Ланиэль… — новое имя, будто медом лилось из его губ, и внизу живота стало жарко-жарко.

— Ланиэль, — повторила, растягивая гласные.

— Моя.

— Твоя… Только твоя. — Лана приподняла голову, бегло осмотрела каюту, зыркнула в круглое окошко, за которым бурлили высокие волны, и вновь легла. — Мы на корабле?

— Угу, — протянул Эд.

— Никогда не плавала, — шепнула Лана, поворачиваясь руку и нагло пробираясь под его белье.

Эденгар резко открыл глаза и сжал ее плечи.

— Что ты творишь? — прохрипел, но не оттолкнул.

— Пристаю, — наиграно фыркнула Лана и сжала пальцы вокруг налитого члена. Приласкала его, поиграла, заставляя Эда хрипеть от желания.

— Ты негодяйка, — он откинулся на подушку. — Но я так… тебя хочу.

— Кто мешает?

Желание растекалось от каждого прикосновения к его телу. Он был горячим, но не обжигал. Эд перехватил ее руку и, перевернув на спину, навис, как гора.

— Что ты во мне нашла? Почему я, а не какой-нибудь владелец магазина или офисный работник?

— А почему я? — улыбнулась Лана и потянулась к его губам. — Я просто обожаю с тобой болтать по ночам. Помнишь, как мы говорили по телефону до трех ночи, а утром тебе нужно было на работу?

— Я чуть не вырвал пациентке здоровый зуб, так спать хотелось.

— Врешь, — сощурилась Лана и, спустившись по упругому торсу, запустила пальцы ниже, в шелковистые волосы. И еще ниже, вдоль каменного напряжения, чтобы мягко коснуться уздечки. Огладить головку, почувствовать, как мужчина подрагивает от каждого движения ее руки.

Эд просвистел ругательство сквозь зубы и немного отстранился.

— А если нам нельзя? — склонился над ней, стоя на напряженных руках.

— Когда сильно хочется, то можно.

Горячий лоб коснулся ее лба, и Эденгар прошептал:

— Я так испугался за тебя, — его слова казались шелковыми. Они огладили кожу и скользнули к сердцу, застыв под ребрами горячей пульсирующей звездой.

— А я за тебя, когда падал без крыльев. Больше не делай так, дракоша, — мягко улыбнулась Лана и, подвинувшись ближе, качнула ему навстречу бедра.

— Я что маленький и разноцветный? Почему дракоша? Драконище! — надулся наиграно Эденгар. Его взгляд пылал огнем, Лана понимала, что шуточками они лишь отвлекаются, оттягивают момент.

— Да, и такой чувствительный, золотистый дракосик.

— Это ты меня сделала таким, мягким и податливым, — грозно высказался он и попытался отодвинуть ее шаловливую руку под бельем. — И сейчас сводишь с ума. Меня не должно к тебе тянуть, но я как больной. Озабоченный.

— Нет, ты не больной, — Лана лизнула угол его губ. — И не озабоченный, а страстный, но чу-у-у-уть-чуть консервативный.

— Да, не люблю перемены. Они пугают. Особенно, когда нужно все бросать и кем-то рисковать.

Эденгар стиснул ладонь Ланы и шумно задышал.

— Остановись, я ведь не железный тотем.

— Разве железные могут быть такими, — коварно облизнулась, — аппетитными? Горячими? Нежными? Настоящими…

Он лишь зарычал в ответ.

— И яростными, точно! — добавила Лана.

— Я бы спустился за тобой на дно морское, — натужно выдавил Эд, подрагивая от напряжения. — Прошу тебя, это издевательство. Я…

— Ваша тьма так прекрасна, — проговорила Лана, справляясь с наплывом эмоций. — Она звала и ждала меня. Я хотела там остаться, — прикрыла веки и вспомнила, как холодно было под водой, но совсем не страшно. Эта темнота нисколько не испугала ее, напротив, вызвала неописуемый восторг.

— Ты же трусиха, — усмехнулся Эд и еще приподнялся. Зажал ее талию руками и договорил мрачно: — Наш мир мог тебя не принять. Мог растереть и забрать… — Он выдохнул и стиснул губы, будто боялся сказать лишнее. Темно-медовые волосы прикрыли лоб и спрятали золотые глаза. — Мог забрать у меня, а я не готов отдать. Не знаю, что будет дальше, но сейчас не готов.

— Мой дракончик, — Лана закинула на него ноги и потянула к себе. — Я очень тебя люблю. Все получится.

— Думаешь?

— Уверена, — Лана засмеялась. — Если Вальвенсо так считает, я ему верю.

Эдгар отодвинулся и прилег рядом, Лане пришлось вытянуть ноги вдоль тела. Он провел пальцами по ее животу и, скользнув под рубашку, добрался до груди. Соски вытянулись, уткнувшись в его ладони. Его прикосновения были нежными и осторожными, а сжимал он до легкой покалывающей боли и заставлял постанывать.

— Прости меня за то, что винил в смерти друга. Я — идиот. Валька прав, — он положил голову на подушку и долго смотрел на Лану, не моргая. — Когда ты спала, я просил Стихию Ветра дать тебе сил.

— Сентиментальный, — хмыкнула в ответ Лана и повернулась удобней. — Так вот почему ты любишь ветреную погоду?

— Только Мертвые воды не любят драконов. Они мало кого любят. Здесь выжить будет очень тяжело, — он подвинулся ближе и спрятал лицо в ее волосах. — Я так боюсь.

— Трусишка!

— Ты меня заразила, негодяйка, — буркнул и сжал сильнее пальцы под рубашкой, прокатал сосок между ними, стискивая. Лана сначала сдавленно хихикала, а потом протяжно застонала. — Я же за тебя боюсь, глупая.

— Ты лучшее, что со мной могло случится, Эденгар. Я не жалею.

Он затих. Снова подался назад, пропустив между ними прохладу. Смотрел и не шевелился, будто Лана огорошила его чем-то неприятным. В золотистых радужках мерцали искорки: вот-вот вырвутся наружу.

— Чур, не сожги меня, — Лана выставила указательный палец и покачала им из стороны в сторону.

— Могу только съесть, — его голос глушился и ломался, проливая на нее настоящий ураган эмоций. Сколько было в одних интонациях, хрипах, придыхании.