Незаконная желанная

Глава 26

Лана

Когда Эд ничего не ответил, а лишь отодвинул ее от себя и холодно проговорил: «Одевайся», Лане стало страшно. Колючий осенний воздух, что пробрался в открытую дверь, скользнул по коже.

Мужчин, как ветром сдуло из комнаты, а Лана подошла, прихрамывая, к разваленному шкафу и достала из-под обломков чье-то старое платье и растянутый свитер. Все равно больше ничего нет. Не в простыни же ходить?

От старой ткани пахло деревянной крошкой. Юбка скользнула по ноге и зацепила рану. Царапина алела от пятки до колена, но уже затянулась. Чтобы смыть присохшую кровь, Лана выбралась из комнаты и поплелась в ванную. Распахнула дверь и застыла. Эд брился. Он бросил горячий взгляд в зеркало, лезвие замерло на щеке, скулы дернулись от напряжения.

— Прости… — отступила Лана и неосознанно повернулась в коридор.

— Заходи, — мужчина смыл пену с опаски и провел лезвием по шее вверх, срезая мелкий волос. — Я заканчиваю.

Лана зачарованно следила за его руками, не могла оторвать глаз и заставить себя отвернуться.

Сомнения грызли. И в голове звенели слова орка: «От девки нужно избавиться». Закусив губу, она подошла к ванной, потянулась к крану. Бритва неожиданно цокнула по умывальнику, отчего Лана сжалась и ринулась в сторону.

Эд перехватил ее за плечо и потянул на себя. В его глазах полыхало пламя, брови сходились на переносице, а губы сжались и посветлели. У Ланы от ужаса колени предательски подогнулись, а взгляд скользнул по острому лезвию.

— Пожалуйста… Не убивай…

— Как. Ты. Могла. Подумать? — проговорил он еле слышно, процеживая слова сквозь зубы. Мелкие кофейные веснушки собрались в пучок на щеках, сделав его лицо мрачным. Глаза сузились до узких щелок. — Я похож на убийцу?

— Я тебя не знаю, — хрипнула Лана и попыталась высвободиться. Под его пальцами нагревалась кожа, и было невыносимо больно. Словно паяльник приложили.

— Теперь никогда и не узнаешь, — ответил Эд и резко отпустил. Словно отбросил мусор. Отвернувшись, принялся дальше сбривать щетину, будто ничего не произошло.

Лана потерла плечо — синяк останется. От возмущения и ярости закипала кровь. Да что она девочка на побегушках?

— Ну и прекрасно! То заманиваешь, то гонишь! Лучше, и правда, избавься сразу и не мучай меня! То я виновата, что поцеловала тебя, хотя ты сам этого хотел! То я искушаю! То такая, но сякая. Хватит, Эд! Вали куда хочешь, а я домой!

Лана гневно махнула рукой и, хлопнув себя по бедру, вышла из ванны. Нашла в коридоре старые сапоги, неважно чьи, набросила на плечи плащ из потертой кожи, затянула потуже пояс и выбежала на улицу. Лишь бы подальше от крылатого придурка.

Осень была в разгаре. Золотые листья мерцали на солнце и качались от шаловливого ветерка, что, не дожидаясь приглашения, пробрался в волосы и бросил их на лицо.

Лана, не оглядываясь, побежала по каменной дорожке.

Хотелось спрятаться от мыслей и воспоминаний, потому что слова Эда очень ранили, а выплескивать боль она не очень привыкла. Восторг, радость — то, чем делиться просто, а вот внутренние печали оставались под замком. Хотелось просто покричать в чистом поле, высвобождая свои чувства, прогоняя из сердца привязанность и влюбленность. Зачем она нужна, если Эдгар каждый раз отворачивается? Бессмысленно бороться за то, что никогда не будет твоим.

Никто не преследовал и не гнался. Стражей Лана нигде не заметила, будто темный плен ей просто приснился. Она свободна.

Нужно радоваться и жить дальше. Пройдет время, Лана очиститься от тоски и печали по несостоявшимся отношениям и начнет все с нуля. Он тот самый? Нет. Тот самый не сказал бы так, не прогнал бы низко, не отвернулся, когда ей нужна поддержка и понимание.

Но так жестоко пылали на губах его поцелуи, прикосновения ладоней, словно до сих пор прожигали кожу на груди, а пальцы пробирались под белье и выбивали немыслимо бесполезный стон.

На опушке она привалилась к сосне и съехала спиной вниз. Плакать? Не дождется. Просто нужно отпустить эмоции, выдохнуть, чтобы снова сделать шаг вперед. Как она раньше делала, когда отец отворачивался, когда бросал ее в одиночестве разбираться со своими девичьими проблемами. Наверное, желание рисковать, — тот самый протест, который Лана никогда не могла внутри сдержать.

— Вышла проветриться? — Кейран стоял в двух шагах, опирался плечом о дерево и трогал кончиком языка довольно крепкие клыки, растущие вверх.

Лана отвернулась и закусила губу.

— С Эдом всегда сложно, согласен, но, я никогда не видел его таким… — мужчина выступил вперед и шагнул в ее сторону. Тень поползла к ее ногам, Лана прижалась спиной к дереву, будто можно в коре спрятаться. — Опустошенным и…

Крупные мужские руки, только сейчас Лана рассмотрела, что они отливают зеленью, легли на бедра, пальцы постучали по кожаным накладкам. В ножнах пряталось странное по форме оружие. Орк плавно вытащил изогнутый клинок и нарочито медленно провел пальцем по лезвию.

— Я никому ничего не скажу, — засопела Лана, сжимаясь от страха. — Отпустите меня.

— Нельзя, — зло заулыбался мужчина, и толстенные клыки блеснули белизной. — Эд сам не сможет. Придется мне. Ничего личного, — еще шаг ближе, и его тень накрыла с головой.

Лана зажмурилась и накрылась руками. Она все равно от такого громилы не убежит. Кейран даже на вид намного крупней Эдгара.

— Отойди от нее, — зарычал знакомый голос в стороне. Затрещали ветки, и орк отлетел в сторону.

— Из-за бабы мы все погибнем! — пробасил Кейран, выворачиваясь из объятий Эда, и ткнул кинжалом в ее сторону.

— Я не позволю. — На плечах дракона появились горящие разломы. — Только тронь.

— Что будет? — криво заулыбался орк и толкнул друга в грудь. Тот свалился назад, как пушинка. Кей ринулся вперед и наступил сапогом Эдгару на шею. — Я сильнее тебя, little Метерлинк! Смирись.

Желваки заходили ходуном, а глаза Эда загорелись. Он схватил орка за ногу и выкрикнул:

— Зато ты летать не умеешь!

Массивные крылья взметнулись между деревьев и, зацепив плечо, откинули Лану в кусты. Она зацепилась за колючки и не смогла выбраться.

Дракон потащил орка из-под дерева и, как куклу, поднял в небо.

— Я понял! Пусти! — завопил Кей, размахивая в воздухе кривым кинжалом и крупными руками.