Турнир Родов

Глава 7. Первый бой

Игорь проснулся до рассвета и не сразу вспомнил почему. В комнате было темно, за шторами едва угадывалось окно, в коридоре никто ещё не ходил. Даже часы не работали. Бесов из них вынули несколько лет назад, поэтому московский особняк Остроумовых по утрам просыпался только вместе со слугами. Потом Игорь вспомнил. Сегодня он должен был убить человека. Или человек должен был убить его. Вчера эта мысль существовала где-то впереди. Последний бой второго дня. Лев Сутормин. Записи тренировок. Девяносто два сантиметра боевого беса. Коэффициенты букмекеров. Всё это можно было раскладывать на бумаги и обсуждать с Ильёй. Сегодня у мысли появилось время. К вечеру один из них будет мёртв. Игорь сел на кровати. Нуня спал возле камина, свернувшись прямо на сложенной одежде. Под рубахой угадывался маленький круглый выступ. Монету Олега он теперь почти не выпускал из рук. Игорь оделся и спустился вниз. Газеты уже лежали на столе. Видимо, Илья распорядился доставлять первые выпуски ещё до завтрака. Пять из шести поместили на первую полосу вчерашние результаты, но почти в каждой сбоку находилась таблица сегодняшних боёв.

СТОЛЫПИН — УРЮПИН.

ВОЛКОНСКИЙ — МУРОМСКИЙ.

АПРАКСИН — ДУБРОВСКИЙ.

СУТОРМИН — ОСТРОУМОВ.

Игорь развернул последнюю газету. Здесь редакция решила быть полезнее остальных.

ПРОГНОЗ: ПОБЕДА СУТОРМИНА.

Ниже:

ПРЕДПОЛАГАЕМАЯ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ — МЕНЕЕ ДЕСЯТИ МИНУТ.

Игорь несколько секунд смотрел на заметку, потом взял нож для писем и аккуратно вырезал её.

— Что делаешь?

Илья стоял в дверях.

— Готовлю семейный архив.

— Если погибнешь, сомнительный архив получится.

— Тогда вам останется хорошая вырезка.

Илья сел напротив.

— Рад, что настроение подходящее.

На стол начали приносить завтрак. Игорь почти не ел. Илья не заставлял. Вместо этого разложил вчерашние записи.

— Ещё раз. Сутормин сильнее физически. Лучше работает длинным мечом. Хорошо держит дистанцию. Два года в армии. Клык—

— Девяносто два сантиметра.

— Хорошо, хоть что-то запомнил.

— Я всё запомнил.

— Тогда почему выглядишь недовольным?

Игорь отодвинул тарелку.

— Потому что ты второй день рассказываешь мне, почему он должен меня убить.

Илья замолчал.

— Есть что-нибудь про то, как я могу убить его?

— Если бы было очевидное слабое место, Сутормины исправили бы его до Турнира.

— Тогда покажи бои.

— Мы смотрели.

— Ещё раз.

Илья некоторое время изучал племянника, затем позвал слугу. Через несколько минут в кабинет принесли коробку с последовательными фотографическими карточками, схемами и записями наблюдателей. Полноценных движущихся картин ещё не существовало, поэтому тренировочные бои богатых Родов разбирали почти по кадрам: положение ног, направление клинка, место беса, следующая команда. Игорь раскладывал карточки одну за другой. Сутормин атакует. Клык справа. Лев на два шага позади. Следующий бой. Клык снова идёт справа. Лев ждёт. Ещё запись. То же движение. Игорь вернул три карточки назад.

— Вот.

— Что?

— Он повторяет.

Илья наклонился ближе.

— Все повторяют. Для этого связки и тренируют.

— Не так часто.

Игорь разложил рядом ещё две последовательности.

— Клык давит справа. Противник поднимает щит. Лев делает два шага сюда и бьёт в бок.

— Хорошая связка.

— Очень.

— И?

Игорь посмотрел на карточки.

— Поэтому он ей доверяет.

Илья впервые за утро ничего не ответил сразу. Перед отъездом Игорь нашёл Нуню в прихожей. Тот уже натянул турнирную рубаху и проверял внутренний карман.

— Монета на месте?

Нуня прижал ладонь к груди.

— Я отвечаю за семейные ценности.

— Ты украл её у мёртвого человека.

— Семейные ценности часто так и передаются.

Игорь присел перед ним.

— Сегодня я не буду командовать каждым движением.

Нуня моргнул.

— Мне уже не нравится, когда ты начинаешь доверять.

— Если увидишь возможность — действуй.

— Сам?

— Сам.

Нуня посмотрел на него очень внимательно.

— Ты понимаешь, кому сейчас доверил свою жизнь?

— Поэтому и сомневаюсь.

— Хорошо. А то я испугался, что удар передался в голову.

Игорь поднялся. Нуня поправил рубаху.

— Значит, если я считаю, что надо бежать, я бегу?

— Если это помогает победить.

— А если помогает мне?

— Нуня.

— Уточняю полномочия.

— Просто смотри.

Бес кивнул. Через несколько секунд опять улыбнулся.

— Я давно говорил, что твоя главная ошибка — пытаться мной управлять.

Сергей Столыпин убил Урюпина за пять минут. Игорь смотрел бой из сектора участников и почти не слышал трибун. Вчера он следил за всем сразу. За людьми, церемониями, Хранителями, реакцией публики. Сегодня арена сузилась. Столыпин не делал ничего красивого. Никаких эффектных выпадов, широких разворотов или попыток показать зрителям превосходство. Он просто постоянно заставлял Урюпина отступать. Его бес работал так же: короткая атака, шаг, давление, ещё атака. Урюпин погиб возле самого каменного края. Игорь посмотрел на часы Хранителя. Пять минут двенадцать секунд. Потом на тело. Служители подошли через девять секунд после сигнала. Хранители — через двадцать. Через полторы минуты песок уже начали засыпать. Игорь зачем-то запомнил всё. Пятый саркофаг закрыли. Колокол ударил. Церемониймейстер продолжил вчерашний рассказ о Великом Договоре с того самого места, на котором остановился после четвёртой жертвы. Игорь почти не слушал. Шестым погиб Муромский. Там ошибка была другой. Он слишком часто смотрел на беса Волконского. Всего на мгновение. Каждый раз проверял, где тот находится, и возвращал взгляд к человеку. На тренировке этого было бы достаточно. На арене Волконский дождался четвёртого такого взгляда и атаковал именно в этот момент.