Страница 15 из 22
Глава 11
Сняв футболку, он замер, как будто демонстрируя мне своё тело. Выдохнул шумно, грудью, и замер. Его тело было напряжено. Каждая мышца — подтянутая, рельефная, идеально очерченная — словно застыла в ожидании.
Я положила руку ему на пресс. Медленно провела по ребристой поверхности, чувствуя, как под пальцами перекатываются тугие кубики. Кожа горячая, чуть влажная. Он вздрогнул, и это движение отдалось во мне сладкой, влажной волной.
Честно? Я уже давно хотела это сделать. С того самого момента, как впервые подглядывала за ним — тогда, в особняке, когда он занимался спортом в своей комнате. Полуголый, подтянутый, с капельками пота, стекающими по спине. Я стояла за дверью, затаив дыхание, и смотрела, как двигаются мышцы под его кожей. Как напрягаются ягодицы, когда он подтягивается. Как шорты сползают, открывая взгляду то, что сейчас было передо мной в полной доступности.
Он под моими прикосновениями, кажется, получал удовольствие не меньше моего. Я видела, как пульсирует жилка у него на шее. Как сжимаются челюсти. Как он пытается дышать ровно — и не может.
Лев наблюдал за происходящим.
Он сидел рядом и смотрел на нас. На меня. На своего сына. Интересно, что у него в голове? Ведь перед ним — его сын, стоящий полуголый перед обнажённой падчерицей. Та, которую он сам только что держал в объятиях. Та, на которую он кончил несколько минут назад.
Но в его взгляде не было злости. Не было ревности. Только что-то тёмное, тягучее, жадное. То, что я видела, когда он разглядывал меня.
Мои руки скользили всё ниже и ниже.
Я наслаждалась этим моментом. Каждым миллиметром его кожи под своими пальцами. Каждым его вздохом. Тем, как он стоит передо мной — такой сильный, такой уверенный обычно — и дрожит от моих прикосновений.
Наконец пальцы добрались до резинки его штанов.
Я замерла на секунду. Подняла голову вверх, встречаясь с ним взглядом.
«Последний момент не ступать на этот путь», — говорила я своим взглядом. Честно пыталась. Хотя бы для проформы.
Но в его глазах я увидела только одно — горячее, пошлое, бесстыдное желание. Ни капли сомнения. Ни грамма страха. Только голод.
Он хотел этого. Так же сильно, как я.
Я потянула штаны вниз.
Медленно. Очень медленно. Сначала ткань сползла с бёдер, открывая взгляду боксеры, плотно обтягивающие внушительную выпуклость, а следом — и сами боксеры.
И наконец его член предстал передо мной во всей красе.
Полностью обнажённый.
Я замерла, рассматривая.
Он был похож на отца — и одновременно другой. Чуть тоньше, но длиннее. Тоже гладко выбритый, с тугими яичками, поджавшимися от напряжения. Тоже твёрдый, налитой кровью, с влажной головкой, которая уже блестела от выступившей смазки.
Но было в нём что-то другое. Более молодое, более дерзкое. Он стоял, чуть подрагивая, и как будто говорил: «Ну? Чего ждёшь?»
— Охренеть, — выдохнул Денис. — Оля, ты…
Он не договорил. Потому что я, не отрывая от него взгляда, медленно обхватила его член ладонью.
Горячий. Твёрдый. Пульсирующий.
Он застонал — громко, не сдерживаясь, запрокинув голову.
Я провела рукой от основания до головки, сжимая чуть сильнее, изучая. Кожа была нежной, как бархат, и при этом под ней чувствовалась стальная твёрдость. Головка — влажная, скользкая, с крошечной щёлочкой на самом кончике, откуда уже сочилась прозрачная капля.
Я большим пальцем размазала эту каплю по головке, и Денис дёрнулся всем телом.
— Чёрт…
«Ну какой же ты чувствительный, — выдохнула я, чувствуя, как мои губы растягиваются в улыбку. — Просто прелесть».
Я сжала ладонь чуть крепче и начала двигать рукой — медленно, но уверенно, от основания к головке и обратно. Кожа скользила по коже с тихим, влажным звуком. Денис закусил губу, запрокинув голову.
Я подняла на него взгляд. Два взгляда, наполненных желанием и похотью, пересеклись в полумраке комнаты. Надо отдать ему должное — он держался просто прекрасно. Конечно, он молод и вынослив, но не так опытен, как его отец. Это чувствовалось в том, как он терял контроль, как дрожали мышцы.
Моя рука двигалась быстрее, ритмичнее. Денис вздрагивал всем телом.
И вдруг его рука легла на мою голову.
Его пальцы в моих волосах, легкое, но настойчивое давление — и мое лицо послушно потянулось вперед, к его члену, который я все еще сжимала в ладони. Дыхание Дениса сбилось, став хриплым и рваным, когда мое лицо оказалось в опасной близости. Я почувствовала запах — терпкий, мужской, смешанный с легким соленым ароматом пота и возбуждения. И запах своего собственного желания, который, казалось, пропитал всю комнату.
Я обхватила губами головку.
Медленно. Смакуя этот первый контакт. Губы сомкнулись вокруг горячей, шелковистой плоти, и я услышала, как Денис выдохнул сквозь стиснутые зубы — долгий, шипящий звук, полный облегчения и муки одновременно.
Я втянула головку глубже, языком исследуя чувствительный край, проводя по влажной щелочке, из которой сочилась смазка. Солоноватый, острый вкус его возбуждения заполнил мой рот, смешиваясь с моей слюной, стекая по языку к горлу. Он дернулся, и я почувствовала, как пульсирует под языком нежная кожа.
Его пальцы в моих волосах сжались сильнее — не больно, но требовательно, направляя, задавая ритм. Я подчинилась. Моя голова начала двигаться вперед и назад, насаживаясь ртом на его член. Сначала медленно, осторожно, привыкая к его размеру, к тому, как он заполняет рот, упираясь в горло.
Глубоко. Еще глубже.
Я расслабила горло, впуская его дальше, и услышала, как надо мной раздался приглушенный рык. Глаза Дениса были закрыты, голова запрокинута, кадык дергался, когда он сглатывал, пытаясь сохранить остатки контроля. А я двигалась быстрее, ритмичнее, обхватывая его член губами плотнее, работая языком, проводя им по стволу, когда моя голова поднималась вверх, снова обводя головку, когда я брала его глубоко в рот.
И в этот момент я почувствовала их.
Руки Льва.
Они легли на мои плечи — тяжелые, теплые, властные. Я на секунду замерла, но он не дал мне остановиться. Его ладони скользнули вниз, по лопаткам, по позвоночнику, оставляя за собой дорожку из мурашек и жара. А потом они добрались до груди.
Он сжал ее — сильно, по-хозяйски. Пальцы нашли сосок, затвердевший от возбуждения, и сжали его, чуть оттягивая, покручивая. Я застонала — глухо, с членом Дениса во рту, и этот вибрирующий звук заставил его выгнуться, простонать в ответ.