Страница 5 из 15
Несмотря на взрывные просмотры – двадцать миллионов, как-никак, – обо мне быстро забыли. У меня было десять секунд славы, а потом всем стало плевать. Я – лишь копия, меркнущая на фоне своей сестры, сноска в истории ее великой жизни, забавный факт на фанатской вики-странице: а вы знали, что у Хлои есть сестра-близнец?
Через год молчания я смирилась, что она больше никогда мне не напишет, и заблокировала ее соцсети – жалкая попытка сохранить остатки рассудка. Но на реальность интернет-баррикаду не поставишь.
Чем выше взлетала моя сестра, тем чаще люди принимали меня за нее. Теперь и двух недель не проходит без мучительного напоминания о ее предательстве. Каждый раз, когда кто-то упоминает ее, меня затягивает в воронку раздражения, а по ночам, когда содрогается от порывов ветра мое подобие дома, мне порой слышится ее голос. «Джу-Джу», – стонут комнаты. Будто ее голос застрял эхом между стенами, скребется о дюжину слоев белой краски, отчаянно пытаясь выбраться наружу.
– Кричать на покупателей недопустимо, – говорит мне менеджер.
Похоже, Вера настучала. За его спиной висит ее фотография: улыбается со своим дурацким сертификатом «Сотрудник месяца» и купоном «Суперфудс» на пятьдесят долларов. Она купила сорок пять банок грибного супа для местной благотворительной акции. Ненавижу ее.
– Простите.
– И еще я вычту из твоей зарплаты жвачку, которую ты украла на этой неделе.
А я-то была уверена, что стойка стоит в слепой зоне. Вера и про это донесла?
Он подается вперед. Голос у него строгий и низкий, изо рта тянет салями из бутерброда, который он ел на обед.
– Ты уже десять лет являешься нашим работником, и именно поэтому я проявляю к тебе снисходительность. Но это не первое и не второе нарушение. Больше такого не допускай. Ты понимаешь, о чем я говорю?
Я киваю, глядя на свои сухие кутикулы.
Он меня отпускает.
Домой идти не хочется, потому что я знаю: сегодня ночью голос Хлои снова просочится сквозь стены. Пакетик мармеладных мишек волшебным образом оказывается у меня в сумке. Мне же нужно утешение после такой взбучки.
Я как раз откусываю голову белому мишке со вкусом ананаса, когда мне звонят. Бросив взгляд на экран, я едва не давлюсь конфетой.
Под номером высвечивается: «Нью-Йорк».
Я знаю только одного человека оттуда.
Хлою.