Страница 85 из 97
Глава 51
Меня отвели обратно в комнату. Я попросила снять браслеты, но Богумил Брониславович
оказался не только хитрым, но и продуманным похитителем.
— Юлия Павловна, при всём уважении, я не знаком пока с потенциалом вашей магической
силы. Поэтому рисковать не намерен. Пока вы не выйдете из этой комнаты с готовым…
положительным решением, браслетики будут на вас.
И добавил с усмешечкой:
— Всего-то часик нужно потерпеть.
У меня даже зубы свело, как мне захотелось вцепиться в его физиономию. И то ли что-то
отразилось у меня на лице, то ли браслеты действительно не до конца сдерживали мои
силы, а только Богумил Брониславович отшатнулся от меня.
И как только он это сделал у меня, видимо, сработал какой-то охотничий инстинкт на
ускользающую жертву. И я сделала шаг вперёд. Зачем? Сама не знала, вот никогда не
считала себя кровожадной, но тут прямо захотелось разодрать наглую рожу.
Безобразов с ловкостью акробата выскочил за дверь и захлопнул её перед моим носом.
Как только дверь закрылась я выдохнула.
* * *
Через час за мной никто не пришёл. Как не пришёл и через два. Вечером мне принесли
еду. Пахло изумительно, вот только воды не было.
— А вода? — спросила я молчаливого охранника, который в сопровождении другого такого
же молчаливого зашёл ко мне с подносом.
Но они мне так ничего и не ответили.
Я смотрела на тарелку с ароматным рагу, щедро присыпанным красным перцем, и вдруг
совершенно чётко осознала, что Богумил Брониславович решил подстраховаться.
Скоро за глоток воды я буду готова отдать не только фабрики и патенты, но и ещё
что-нибудь, о чём я пока не знаю.
Надо было спасаться. Взгляд мой упал на ложку. Совершенно не к месту стали
вспоминаться приключенческие кинофильмы. Я представила, как затачиваю ложку, стучу в
дверь и начинаю этой ложкой резать всех охранников…
Меня затошнило. То ли от возникшей перед глазами кровавой картины, то ли от
невозможности воплотить такие кровожадные мечты. Чем я эту ложку заточу? Зубами, что
ли?
Я вздохнула. Потом вспомнила отшатнувшегося Безобразова, и решила испробовать свою
силу на охране. А вдруг на меня браслетики не действуют. У меня же «силища».
Постучала в дверь.
— Что надо? — раздался голос за дверью.
«Наверное, через дверь не сработает. И я даже не пойму — это из-за того,
что я не вижу объект воздействия, или из-за того, что меня блокирует браслет».
Но попытаться стоило.
— Дверь откройте, — приказала я.
Дверь моментально распахнулась. За ней стоял всё тот же молчаливый охранник. Я
удивилась, что, кроме него, за дверью никого не было.
— Поднос можно забрать, — сказала я.
Он послушно пошёл в комнату. И когда уже держал поднос в руках и повернулся ко мне
лицом, я сказала:
— Выведи меня из дома.
Но то ли мой приказ вошёл в конфликт с тем, который у него уже был, то ли мужик
оказался не слишком крепким, а я, слишком испугавшись браслета, перестаралась, а
только он вместе с подносом, как стоял, так и рухнул.
Я с жалостью посмотрела на разлившееся рагу. Повернула голову к открытой двери и
поняла, что по крайней мере я смогу пойти попить.
Что я и сделала.
В поисках туалетной комнаты я прошла по коридору, потом свернула в другой. Дом был
пустой. Такое впечатление, что он в принципе был нежилым.
«Неужели специально под меня дом сняли?» — подумала я, наконец обнаружив маленькую
комнату с раковиной и водопроводом. Вода была не очень чистая, отдавала железом, но
выбора не было.
Я больше даже не пила, сколько могла, полоскала рот, стараясь избавиться от ощущения
сухости. Без еды продержусь дольше, а вот без воды, вряд ли.
Потом пошла искать выход из дома. Но с выходом всё оказалось сложнее. Я нашла
лестницу, по которой можно было спуститься в холл. Но из холла раздавались голоса.
Прислушалась. Беседа шла на простом наречии — это явно были охранники, оставленные
сторожить дом, пока хозяин неизвестно где шляется.
И почему-то с обидой подумала, что он обещал прийти через час. Вот гад пообещал и не
пришёл.
— Что девка-то, там? Красивая? — прозвучало снизу. Говор был деревенский, с оканьем.
— Да там не девка, вдова, — отвечал другой, слегка хриплый, как будто его владелец
увлекался трубкой.
Я даже представила себе такую заросшую бородой физиономию, с трубкой в
кармане рубашки, вечно жёлтом от никотиновых пятен.
— Вдова? Люблю вдов. Они поболе покладистые. Может, поиграем с ней, пока?
— Ты как хочешь, а я пас. Хозяин если узнает, голову оторвёт.
— Так а что, он же её всё равно в расход…
Любитель вдов подтвердил мои худшие опасения, и я стала лихорадочно соображать, что
можно сделать, чтобы вывести из строя этих «чудесных» людей.
— Расход не расход, а документы пока не подписала.
«И не подпишу», — подумала я.
«Эх, жалко, гранаты нет», — мелькнула мысль, и воображение живо нарисовало
меня, размахивающуюся гранатой и бросающую её в сторону холла.
Я так живо себе это представила, даже с траекторией полёта, что почти не удивилась,
когда внизу что-то взорвалось.
От неожиданности я упала на пол, прикрывая голову, потому что сверху посыпалась
штукатурка и мелкие осколки камней.
Когда я отняла руки от лица, всё вокруг было в дыму. И я услышала голос Северского:
— Юленька! Юленька! Ты здесь?!
Меня затопила такая волна нежности, что я даже не сразу смогла ему
крикнуть. Пару секунд пыталась прийти в себя от счастья.
— Здесь! — наконец удалось мне выкрикнуть, и я закашлялась.
Из густого дыма появилось родное лицо.
— Юленька! — он склонился, поднимая меня с пола, ощупывая, без малейшего подтекста,
просто чтобы убедиться, что я не пострадала. — Юленька, я… Прости меня. Я не ожидал,
я допустил…
А я вдруг почувствовала, что ноги не держат.
— Велимир, они… Это Безобразов.
— Я знаю. Знаю, Юленька. Я со всеми разберусь, не переживай, любимая.
И он поднял меня на руки и понёс к выходу. А вокруг продолжали сыпаться камни, гореть
обивка на стенах, кто-то кашлял в дыму.
Мы вышли наружу, и наткнулись на мерзко улыбающуюся физиономию Богумила
Брониславовича.