Страница 66 из 108
Глава 17
Глава 17
— Саша. Алферова Саша. Я звонил в справочную, и мне сказали, что она здесь, – в сотый раз повторял Влад, стоя у окошка регистратуры в больнице.
— Молодой человек, я вам еще раз говорю, у меня нет информации о пациентке с такой фамилией! – раздраженно отозвалась седая женщина с крючковатым носом, перебирая лежащие на столе бумажки.
— Поймите, ее только-только привезли сюда на скорой. Наверное, еще не успели завести карточку, или как там у вас людей оформляют.. Вы мне просто скажите, куда ее могли направить после аварии? В какое отделение?
Сотрудница регистратуры закатила глаза и принялась звонить кому-то по стационарному телефону.
— Как, говорите, фамилия? – переспросила она.
— Алферова.
— А вы ей кто? – вмешалась в разговор молодая темноволосая медсестра, только что показавшаяся из-за стеллажа с папками.
— Парень, – моментально отозвался Влад. – У вас есть информация о ней?
— Да, – сказала девушка, а затем, обращаясь к своей коллеге, добавила. – Там экстренное. Еще не успели оформить.
Женщина с крючковатым носом кивнула и положила трубку телефона. Молодая медсестра вышла из регистратуры и приблизилась к Владу.
— У вашей девушки сочетанная травма. После диагностики врачи приняли решение о необходимости экстренного хирургического вмешательства.
— А что такое сочетанная травма? – чувствуя, как потеют ладони от волнения, спросил Ревков.
— Это повреждение сразу нескольких систем организма.
— Каких именно?
— Детальной информации у меня нет, – вздохнула девушка.
— То есть сейчас у нее операция?
— Да.
— А когда я смогу ее увидеть?
— После операции пациентку направят в реанимацию. Если состояние стабилизируется, то переведут в палату интенсивной терапии. И туда, и туда вход разрешен только родственникам.
— То есть меня вообще к ней не пустят? – испуганно заморгал Влад.
— Пустят только тогда, когда пациентку переведут в обычную палату.
— И сколько времени может занять путь до обычной палаты?
— Не могу сказать. Все зависит от того, как пройдет операция.
— Ясно. Скажите, а я могу подождать конца операции здесь, чтобы сразу получить информацию о ее состоянии?
— Думаю, не стоит, – мягко ответила медсестра. – Скорее всего врач будет обсуждать состояние пациентки только с ее родителями. Они уже в курсе случившегося и вылетают сюда. Так что вам лучше узнавать о ее здоровье через них.
— Но это же не конфиденциальная информация! – не унимался Влад. – Мне необязательно говорить с врачом. Я все равно не понимаю всех этих медицинских терминов. Я просто хочу знать, все ли с ней будет в порядке, понимаете?
Медсестра вздохнула. Ей было жаль этого симпатичного кареглазого парня, который так трогательно переживал за свою любимую.
— Ну, запретить вам сидеть в коридоре никто не может, – отозвалась она. – Если у меня появится какая-то информация о вашей девушке, я дам вам знать.
— Спасибо! – с благодарностью произнес Ревков. – Как ваше имя?
— Анжела.
— Анжела, меня зовут Влад. И я буду ждать здесь, – он указал на сиденья у стены. – Пожалуйста, не забудьте про меня.
— Хорошо, – улыбнувшись, девушка оставила его.
Ревков с силой втянул воздух в легкие и на секунду прикрыл лицо руками. Он ощущал себя так, будто к его сердцу привязали груз весом не меньше тонны. Свинцовая тяжесть сдавливала грудь и мешала дышать. Мысли Влада путались, и он с трудом мог поверить в события, произошедшие за последние два часа.
Авария. Неужели опять авария? От одной этой мысли к горлу Влада подступал ком. Его мать с сестрой погибли в аварии, и он не мог предположить, что спустя семь лет в его голове вновь будет пульсировать это ужасное слово. Правда тогда шансов на спасение у его близких не было, а Саше сейчас делали операцию. Значит, она жива. Значит, может поправиться. Значит, не все потеряно.
Влад медленно опустился на жесткое сиденье и с силой потер веки. Помимо дикой тоски и жалости к любимой он чувствовал вину. Страшную. Гнетущую. Острую. Ревков корил себя за то, что так жестко отреагировал на ту ситуацию с Назаром. Прервал их отношения. Не брал трубку и не звонил.
Уже через несколько дней после случившегося он понял, что не сможет просто взять и бросить Златовласку. Ему было плохо без нее. Без общения с ней, ее звонкого голоса и озорного смеха. Но Влад был так зол на Сашу, так тешил свое уязвленное самолюбие, игнорируя ее, что ему и в голову не могло прийти, как от его напускного безразличия страдает она сама.
Она ведь была еще совсем девочкой. Маленькой. Неопытной. Эмоциональной. Владу следовало быть к ней более снисходительным, стоило хотя бы выслушать ее. Но он предпочел обрубить все концы и сделать вид, что Саша ему не нужна.
Влад всегда считал себя зрелым, рассудительным, взрослым. А на деле повел себя как подросток, чьими действиями руководят гормоны и эмоции. Пять лет назад, когда его бросила Наташка, он дал себе слово, что больше не окажется в такой ситуации, не позволит ни одной девушке задеть его гордость. И кажется, теперь его принципы сослужили ему плохую службу: он мог потерять ту, которую любил. Впервые. Сильно. По-настоящему.
Влад вытащил из куртки телефон и глянул на экран: пять пропущенных от менеджера. Должно быть, Сергей был в бешенстве. Еще бы, Влад сорвал крупный концерт, подвел свою команду, разочаровал зрителей. Но в то мгновенье это мало волновало его. Впервые в жизни работа, музыка и творчество показались ему чем-то мелким, незначительным. Он понял, что есть вещи куда важнее. Любовь, например.
Влад уже хотел убрать телефон обратно в карман, как неожиданно он зазвонил. Это была Сашина мама. Ревков сделал глубокий вдох и принял вызов.
— Здравствуйте, Марина Федоровна.
— Влад, я просто в шоке! Как это могло случиться? – женщина в трубке плакала.
— Я сам не знаю, – стараясь говорить спокойно, ответил парень. – Меня не было рядом, но сейчас я в больнице. Сказали, что Сашу оперируют.
— Да, они мне звонили, – с трудом перебарывая слезы, всхлипнула она. – Я не могу поверить, просто не могу поверить..
— Марина Федоровна, вам известно, что с Сашей? Какие у нее травмы?
— Они говорили, но я не все поняла.. Сказали что-то про повреждение ноги и черепно-мозговую травму..
Влад прикрыл веки. Его зубы были плотно сжаты, а глаза против воли начали слезиться. Он до последнего наделся, что со Златовлаской все будет в порядке. Что ее травмы окажутся несерьезными, и она быстро встанет на ноги. Но то, что он сейчас услышал, звучало пугающе. И Влад весь сжался.