Сердце Молнии

Оин кивнул, ощутив, как холод балюстрады впивается в ладонь и поясницу. Наверное, у него подкосились ноги, раз Рэйна прислонила его к поручню. В ушах звучал неровный, двойственный стук сердец, но постепенно выравнивался, становясь единым.

Между ними тонкими изумрудными нитями уже мерцала связь — на первый взгляд хрупкая, как паутина, и вместе с тем крепко натянутая.

Рэйна тоже наблюдала за ней с тихим изумлением.

— Так странно, — проговорил Оин, когда мерцание угасло. — Будто наши сердца сшили в одно.

— Так и есть.

Она мягко улыбнулась и прислушалась к чему-то. Наверное, к его ощущениям, которые отзывались в ней так же ясно, как её — в нём.

На обратном пути их застиг прохладный ливень — хлынул стеной и понёсся по мостовым, превратив их в бурные реки. Оин утянул Рэйну за собой под узкий козырёк лавки, чтобы переждать сильный порыв. Там он осторожно, будто всё ещё сомневаясь в своём праве, коснулся её руки. Когда пальцы Рэйны ответно переплелись с его, он сжал её ладонь и уже не отпускал до самого дома.

Мокрые насквозь, они вбежали в холл. Дом встретил их умиротворённой тишиной, небывалой для начала вечера. Лишь из комнат справа доносилась весёлая лисья возня.

Услышав, как хлопнула входная дверь, Рикса выскочила из игровой, где присматривала за близнецами, и нагнала воротившуюся парочку в коридоре второго этажа.

— Оин!

— Потом поговорим, — бросил он, думая, что ей вздумалось извиниться за выходку с Амми или вроде того.

— Да постой же! — одёрнула Рикса и тут же осеклась, заметив, как Рэйна освободила руку из его ладони.

— Ну чего?

— Дэйзи велела передать тебе.

Оин взял у неё весть. Это была записка от господина Морталума с настойчивым требованием ему явиться с утра в Корпус вместе с объяснительной насчёт прогулов, иначе ему грозило увольнение — последнее, о чём Оин мог думать. Его жизнь только что перевернулась с ног на голову, и едва ли он мог всерьёз расстроиться оттого, что не придётся каждый день созерцать перед собой кислое лицо вскрывателя.

— Где Дэйзи? — спросил он.

Рикса перевела взгляд с раскрасневшейся Рэйны обратно на него.

— Ещё днём отбыла в Корпус вместе с Дэшем.

Оин цокнул языком. Он намеревался поговорить с ними двумя, чтобы не оставлять в неведении о случившемся. Может, даже спросить совета о том, как действовать дальше с Сиенитами и как совместить его новую жизнь со старым долгом.

— Ладно. Тогда мы… подождём их в комнате. — Он открыл дверь, пропуская вперёд Рэйну. — Нас не беспокоить.

— Уж поняла, — пробормотала Рикса, когда дверь за ними захлопнулась.

Комната в их отсутствие остыла, наполнилась запахом дождя.

Рэйна поспешила закрыть окно, собираясь вытереть воду, скопившуюся на подоконнике. Но Оин не дал ей этого сделать, оттеснив к комоду. Там, путая пальцы в её волосах, снова поцеловал.

За время пути от ратуши до дома он уже успел истосковаться по ней.

— Простудишься, — тихо выдохнула она ему в губы.

Он улыбнулся, нехотя позволив ей отстраниться. Рэйна помогла ему стянуть мокрую рубашку, откинула её на спинку стула и достала из комода привычную серую, затем принялась застёгивать её на нём, не позволяя Оину перехватить инициативу. Дойдя до верхних пуговиц, она остановилась и посмотрела на метку на его груди — та заняла ровный участок кожи между рубцами от шрамов.

Оин тоже опустил голову и глянул на замысловатый узор, похожий на плетение трёх мор.

— Мы называем этот знак «мэй», — сказала она.

— Как это по-ивейски?

— В ивейском нет такого слова. Наверное… это можно объяснить как узнавание чего-то бесконечно близкого, давно утраченного и вновь обретённого. Как возвращение к истоку.

Она бережно провела пальцем по тонким линиям символа.

— Здесь… моё имя.

Оин поднял на неё взгляд и осторожно потянул к себе за пояс.

— Тебе тоже нужно переодеться.

Узел пояса ослаб, и полы рин-тары открыли ему нижнюю тонкую тунику Рэйны и такую же метку на груди, как у него, отличавшуюся лишь частью узора. Он никогда не думал о том, как его имя смотрелось бы, будь оно морой, — оно оказалось на удивление незамысловатым.

Рэйна отвела взгляд. Он прислушался к ней, пытаясь понять истоки её смущения: исходило ли оно из желания или наоборот? Казалось, её чувства витают где-то неподалёку, но он никак не мог достигнуть их, будто пытался читать закрытую книгу.

— Убери это, — тихо попросил он.

— Что?

— Эту ужасную стену между нами.

— Ты не умеешь заслоняться от меня.

— Так научи. А то это какая-то пытка, быть снова отрезанным вот так…

Рэйна едва заметно улыбнулась и приоткрылась ему. До Оина вновь докатилось ощущение удивительной цельности, словно он — тихая заводь, снова соединённая с морем. Прошло всего ничего с момента, как они скрепили связь, а он уже не помнил, как это — жить без неё.

— Чтобы тебе научиться отстраняться, — сказала она, — сперва придётся взять под контроль шиёсо и… Что такое?

Она, видимо, ощутила, как всколыхнулось его спокойствие. Оин ещё не сказал ей. Не сказал, что никогда не сможет управлять даром, потому как тот не прижился — просто поселился в его теле, как отшельник.

— Без шиёсо не обойтись? — спросил он.

— Как ты себе это представляешь?

— Не знаю. При помощи силы воли.

— Тогда тебе придётся превратиться в камень. — Она нахмурилась. — Что ты мне не договариваешь?

Он застегнул последнюю пуговицу рубашки, скрыв метку, и выскользнул из-под её изучающего взгляда, совершив самый бессмысленный побег в своей жизни. Рэйне и секунды не понадобилось, чтобы различить за этим его стыд.

— Если что-то не так с твоим шиёсо, я должна знать, — сказала она настойчиво.

Оин кивнул: её право.

Но как признаться, что он втянул её в связь, где теперь ей придётся всегда быть сильной за двоих? Всегда держать для него этот заслон, как клятый щит. Сколько она так продержится?

Он увидел, как Рэйна двинулась к тумбе, и похолодел, когда она взяла секстант.

— Я хочу взглянуть, если ты позволишь.

— Могу я отказаться?

— Ты задолжал мне кое-что, помнишь? — мягко напомнила она.

Конечно, он помнил своё непрошеное вторжение. У Рэйны было полное право устроить ему небольшое возмездие. Вот только узри она в нём то, что видел он… Не тело, изуродованное агмару, а его суть — то, что он сам разрушил. Одного взгляда будет достаточно, чтобы она ужаснулась и пожалела, что связалась с ним.