Игра без сохранений

Глава 10. Возвращение

Стоило первым лучам солнца заглянуть в комнату, как Гида открыла глаза.

Несколько долгих минут она лежала неподвижно, глядя в потолок. В таверне было тихо. Лишь где-то внизу позвякивала посуда — видимо, Тамия готовилась к новому рабочему дню.

Гида села на край кровати и спустила босые ноги на холодный деревянный пол. На тумбе рядом с кроватью стоял оставленный с вечера кувшин с водой. Она сделала несколько глотков прямо из кувшина, плеснула воды в ладонь и умыла лицо.

Сон отступил. Гида вытерлась краем простыни и подняла глаза.

На стене, прямо напротив кровати, висело небольшое зеркало в старой деревянной раме. Она толком и не смотрела в него с того самого дня, как очнулась в теле Гиды. Было не до того — погоня, первое убийство, девочка в подземелье, корабль. Потом бесконечная дорога, бой на постоялом дворе, метель, Алексар, снова дорога, Астарис, посвящение. Времени остановиться, чтобы просто замереть и посмотреть на себя, не было.

Сейчас это время настало.

Она шагнула ближе.

Из зеркала на неё смотрела незнакомка.

Короткие волосы цвета соломы, чуть длиннее, чем она привыкла носить в реальности. Они торчали в разные стороны после сна, но Гида не стала их поправлять. Острые скулы, тонкая шея, рот с чёткой линией губ. И глаза. Серые. С холодным, внимательным прищуром. Таких глаз у неё никогда не было.

Гида моргнула, и отражение моргнуло вместе с ней. Она повернула голову влево — на правой брови виднелся тонкий, почти незаметный шрам, рассекающий её пополам. Память подсказала: этот шрам оставил клинок несколько лет назад.

Она опустила взгляд ниже. Ночная рубашка не скрывала, насколько это тело отличалось от её настоящего: сильное, гибкое, привыкшее к движению и опасности. Настоящая Гида прекрасно понимала, насколько она привлекательна в глазах мужчин. И она активно этим пользовалась. Раньше.

Кто я? — повторила она про себя. — Я Гида. Агент Астирии. И я — это тоже я.

В дверь постучали. Три коротких стука.

— Гида? — из-за двери раздался приглушённый голос Родгара. — Ты встала? Пора выдвигаться.

Она вздрогнула и отошла от зеркала.

— Да, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я сейчас.

Шаги за дверью удалились.

Эмерик проснулся раньше, чем его друзья. Его съедало жгучее желание поскорее покинуть Астарис. Ему было стыдно это признать, но он хотел поскорее увидеть её — Ледяную Ведьму.

Морозный воздух пробирался под куртку, но он не обращал на это внимания. После видения и метки, оставленной Ведьмой, Эмерик стал гораздо легче переносить холод, хотя там, в реальности, он считал себя мерзляком.

Лошади уже стояли оседланные — Тамия распорядилась с вечера. Эмерик провёл рукой по морде гнедой, которую выделили ему. Конь уткнулся мягкими губами в ладонь и зафыркал.

— И тебе доброе утро, — тихо сказал Эмерик.

Он начал перекладывать вещи из сумки в перемётные мешки. В голове вновь возник вчерашний вечер: его рассказ о Ведьме, лица друзей — растерянные, недоверчивые.

— Эмерик.

Он обернулся.

Гуннар стоял в трёх шагах, прислонившись плечом к стене таверны.

— Тебе нужен отдых, — сказал Эмерик.

— Успеется, — Гуннар оттолкнулся от стены и подошёл ближе. В его руках Эмерик заметил набитый чем-то мешочек. — Хотел проводить тебя. Ты не против?

— Не против, — Эмерик продолжил перекладывать вещи. — Всё равно дру… спутники ещё не вышли.

Гуннар не обратил внимания на оговорку.

— Ты изменился, — заметил Гуннар. — Не только снаружи, но и внутри.

Эмерик замер, уставившись в раскрытую сумку. Его рука легла на грудь, туда, где застыл кусочек льда.

— Это нормально, — продолжил Гуннар. — С нами к форту отправился парень, который боялся собственной силы, а вернулся тот, кто не бросил других, даже когда сам едва стоял на ногах.

Эмерик выдохнул, выпуская клубы пара.

— Отвлекись на минуту, Эмерик. Уважь старика.

— Да, конечно. Прости, — произнёс Эмерик, поворачиваясь к Гуннару.

— Держи, — Гуннар протянул мешочек Эмерику. — Здесь травы. Помогут согреться в самую холодную ночь. И мазь — закроет даже серьёзную рану. В дороге всё пригодится.

Эмерик бережно взял мешочек.

— Спасибо, Гуннар… За всё. Кстати, твой нож, — Эмерик потянулся к поясу.

— Не порти моё впечатление о тебе, парень. Этот нож твой. Я не приму его, — строго сказал Гуннар. — На севере множество опасностей. Береги себя, Эмерик. И запомни: думай своей головой. Даже духи стихий не заменят тебе собственного разума.

Эмерик кивнул, не отвечая.

Гуннар развернулся и зашагал прочь, не оглядываясь.

Когда его фигура скрылась за углом, Эмерик сунул мешочек в сумку и снова взялся за ремни. Из таверны вышли Родгар, Гида и Фирандаэль. Родгар зевнул, потянулся, бросил взгляд на лошадей.

— Все готовы? — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Ну и как тебе живётся в теле эльфа? — улыбаясь, спросила Гида. — И ещё вопрос, ты же не будешь обижаться, если мы будем звать тебя остроухим? — она звонко засмеялась.

— Получишь, — прыснул Фиран. — А если серьёзно, ощущения классные. Сила никуда не делась, а вот зрение… В общем теперь я отлично вижу, лучше, чем когда-либо. Думаю, мы ещё и близко не поняли, на что способны наши тела.

— К слову о способностях, — Эмерик чуть подстегнул коня и приблизился к друзьям. — Не очень хочется постоянно питаться сушёным мясом… А ты у нас лучник, Фиран. Когда на охоту?

— И долго ты уже питаешься сухими пайками, Эмерик? — повернув голову, спросил Фиран. — Мы так-то только первый день в пути.

— Нет, но…

— Ни черта не видно, — перебил Эмерика Родгар. — Пора искать ночлег.

— Место есть. Должны вот-вот выйти к нему. На въезде в ущелье, — произнесла Гида.

Пару часов назад они пересекли реку по шаткому мосту. Теперь же тракт поднимался вверх, и на смену редкому подлеску пришли холмы.

— Багряные, — сказала Гида, указывая рукой на склоны. — Их так назвали из-за вереска. Цветёт в короткие летние месяцы.

— Наверняка выглядит красиво, — негромко сказал Фиран.

— Или жутко, — заметил Эмерик.

Тракт нырнул в узкое ущелье. Ветер стих, но холод никуда не делся. Все, кроме Эмерика, поёживались, Эмерик же словно не замечал стужи.

— Смотрите, — Гида указала вперёд и чуть влево.