Страница 58 из 99
Глава 15. Признание без вопроса
С Красной площади вернулись после трёх. Поскрёбышев принял у Орлова шинель, снял с воротника белую нитку и положил на стол два пакета. На одном стоял штамп Вышинского. Второй прислал Ягода.
— Один допрос? — спросил Орлов.
— Два экземпляра одного допроса. Из Ленинграда просят сверить до вечернего заседания.
— Кто просит?
— Вышинский. Звонил лично.
Орлов не сел. В приёмной снимали мокрые пальто, кто-то негромко спросил о венках. На этажерке у двери осталась сложенная траурная повязка. Два аппарата уже прислали разные бумаги под одним заголовком.
— Молотова сюда. Ягоду пока не вызывать. И дайте лупу.
Поскрёбышев разрезал пакет прокуратуры. Внутри лежали пять листов, скреплённых ниткой. На каждом были подписи Дроздова, Агранова, Вышинского и стенографистки. Нумерацию поставили от руки до начала допроса.
Второй экземпляр был перепечатан начисто. Семь листов, другая машинка, подписи в конце. Под заголовком стояло: «Признание А. С. Дроздова».
— Наконец имя появилось, — сказал Орлов.
Поскрёбышев подал кадровую справку. Алексей Сергеевич Дроздов, сорок два года, заместитель начальника Ленинградского управления по административно-оперативной части. В отсутствие Запорожца принимал доклады оперативного отдела и комендатуры Смольного. Отсюда оружие, пропуска, машины и первые справки оказались под одной фамилией.
Орлов сравнил первые абзацы. Дроздов признавал, что после выстрела велел забрать оружие из комендатуры, закрыть кабинет Кирова и собрать сведения о бывших зиновьевцах. Он не отрицал справку о пустом посте Борисова. Утверждал, что составил её по словам дежурного.
На третьем листе тексты разошлись.
В прокурорском экземпляре Агранов спрашивал:
«Когда вам стало известно, что Николаев связан с бывшими зиновьевцами?»
Дроздов отвечал:
«После просмотра его записной книжки. До этого я имел только общую справку по ленинградской оппозиции».
В чистовом экземпляре после этого ответа стоял ещё один:
«Указание о разработке центра получил до убийства через сотрудника Карпова. Карпов предъявил карточку исходящего и разовый пропуск секретной части».
Вопроса перед этим ответом не было.
Орлов перелистал назад. Вопросы шли по порядку. Ни в одном не спрашивалось, кто передавал указание до убийства. Карпова в первых пяти листах не было вообще.
Вошёл Молотов. Не снял пиджак, только расстегнул ворот и сел рядом с Поскрёбышевым.
— Что нашли?
Орлов подал ему оба экземпляра.
— Вот то, что будут называть признанием. Найди вопрос.
Молотов прочитал страницу дважды. Потом провёл ногтем по полю у подписи Дроздова.
— Он это подписал.
— Весь текст сразу или каждый лист?
— Начисто — только в конце.
Орлов взял лупу. Подпись на пятом листе прокурорского экземпляра и подпись под чистовым текстом начинались одинаково. В середине росчерка чистового листа перо оставило двойной след. Чернила разошлись на волокне.
— Перо цеплялось, — сказал Молотов.
— Или подпись обводили.
Поскрёбышев сверил время передачи. Первый экземпляр закончили в 10:35. Чистовой приняли в канцелярии в 12:10. За это время два лишних листа перепечатали, дали Дроздову на подпись и отправили в Москву.
— Дроздов где? — спросил Молотов.
— В кабинете секретной части. Под охраной. Вышинский запретил вывозить его без отдельного решения.
— Соедините с кабинетом. Вышинский и стенографистка должны быть рядом. Агранова к аппарату не пускать.
Поскрёбышев вышел на прямой провод. Молотов перелистал чистовой текст.
— Если подпись настоящая?
— Тогда он подписал чужой ответ.
— Или дал его на перерыве.
— Поэтому спросим его.
Прямой провод дали через двадцать три минуты. Поскрёбышев назвал присутствующих. Из Ленинграда ответил Вышинский. Дроздова привели к аппарату. Голос у него был хриплый.
— Алексей Сергеевич, чистовой протокол вам читали? — спросил Орлов.
— Да, товарищ Сталин.
— Целиком?
— Мне дали последнюю страницу. Сказали, что остальное сверено со стенограммой.
— Кто сказал?
— Товарищ Агранов.
— На последней странице стоит ответ о Карпове?
В линии появился треск. Дроздов не ответил.
— Повторите, — сказал Вышинский.
Орлов повторил.
— Такой ответ я давал, — сказал Дроздов. — Но не на допросе.
Молотов поднял голову.
— Где?
— В перерыве. Яков Саулович показал мне корешок пропуска и спросил, знаю ли я Карпова. Я сказал: видел его тридцатого ноября. Он принёс копию указания и карточку исходящего. Фамилию назвал сам.
— Он представился сотрудником ЦК?
— Сказал, что из Москвы. ЦК не называл.
— Разовый пропуск секретной части предъявлял?
— Нет. Корешок мне показали сегодня. Там тоже написано «Карпов». Этот ли человек — не знаю.
— Опишите того, кого видели тридцатого.
— Лет тридцать пять. Среднего роста. Серое пальто, тёмная шляпа. Говорил по-московски, без местных слов.
— Лицо?
— Круглое. Нос прямой. Снял перчатку, когда доставал карточку. На правом указательном пальце чёрное пятно. Чернила или след от машины.
— Он пришёл один?
— Его провёл дежурный секретной части. До кабинета. Обратно он ушёл сам.
— В журнале посетителей есть?
— Не сверял.
— Теперь сверят, — сказал Орлов. — Кто был в кабинете при передаче?
— Начальник секретной части Кошелев. Корнилов зашёл забрать текст на перепечатку.
— Тогда указание уже пришло из Москвы?
— Карпов принёс его при мне.
— Корнилов печатал ту же копию?
— Ещё одну. Для дела секретной части.
— Сколько всего стало экземпляров?
Дроздов ответил после паузы:
— Три. Один принёс он, два сделали у нас.
— В карточке получения сколько?
— Один.
— Два остались без учёта.
— Да.
— Кто получил второй?
— Секретная часть.
— А третий?
— Агранов забрал его вечером первого декабря.
— В опись внёс?
— Сказал, внесёт в свой материал.
Орлов посмотрел на Молотова. Теперь искать третий экземпляр нужно было в папке Агранова, которая осталась у него за дверью.
— Слово «центр» он произносил?
— Нет. Там было «работу расширить». «Центр» мы написали вечером первого, когда собрали фамилии.
— Кто предложил?