Страница 40 из 99
— Принесёшь показания и фамилию.
— Принесу.
Ягода записал распоряжение именно так: разработку зиновьевцев продолжить, вывод представить вместе с показаниями и установленными связями. Запрета он не получил.
После полуночи принесли опись вещей из кабинета Кирова: ключи, настольный календарь, служебные бумаги и несколько личных записок. Агранов предложил включить всё в следственное дело. Представитель прокуратуры потребовал отделить личное.
Среди записок лежал лист от Марии Львовны недельной давности. Киров обещал вернуться поздно и просил не ждать с ужином.
— В дело? — спросил Ягода.
— В личный пакет, — ответил Орлов.
— Время возвращения может понадобиться.
— Тогда следователь запросит эту записку отдельно и объяснит зачем.
Ягода велел запечатать личный пакет под тем же номером описи. Спор занял меньше минуты.
В 00:47 Поскрёбышев принёс пакет из Москвы. Каганович требовал рассмотреть после возвращения комиссии 4 вопроса: ход следствия, охрану партийных руководителей, бывшую оппозицию и меры по регионам. К последнему лежал проект решения.
Молотов прочитал первым.
— Лазарь собирает голоса.
— На аресты? — спросил Орлов.
— Пока на формулировку.
Ягода подошёл к столу. Первая часть проекта требовала усилить выявление террористических элементов. Вторая разрешала региональным управлениям представить в центр списки бывших оппозиционеров, связанных с антисоветской деятельностью. Третья предлагала определить политическую среду убийства Кирова до завершения следствия.
— На местах это примут как разрешение готовить списки, — сказал Ягода.
— Кто уже за? — спросил Орлов.
Молотов загнул край листа.
— Каганович пишет, что Ворошилов поддержит. За Серго не отвечает. Калинин против большинства не пойдёт.
— А ты?
Молотов снял очки, протёр стекло.
— Сначала выслушаю Ягоду. Потом тебя.
Ягода открыл свою папку.
— Материалы представлю. Признание Соколова, связи Котолынова, списки бывших зиновьевцев.
— Признание Соколова — вместе с результатом очной ставки.
— Вместе.
Орлов видел, как это будет сделано в Москве. Ягода не спрячет оговорку. Он положит её второй страницей. Первой прочитает ту, где Соколов назвал «центр».
Поскрёбышев спросил:
— Что ответить Кагановичу?
— «Рассмотреть очно. До заседания расширительных указаний в регионы не давать».
— Подпись?
— Моя.
Молотов надел очки.
— К заседанию Лазарь принесёт не только проект.
— Что ещё?
— Тех, кто уже согласен.
Орлов подписал ответ. Поскрёбышев унёс его в комнату связи.
На столе остался кагановичский проект. В последнем пункте чужой рукой была подчёркнута строка:
«Считать бывшую зиновьевскую оппозицию политической базой террористических групп».