Страница 90 из 91
Вокруг секретных координат разворачивается сущий кошмар. Вся территория усеяна раскуроченными, сожжёнными машинами военных. Всюду в неестественных позах застыли засыпанные пеплом трупы солдат, — те, кто следил и пытался прорваться сюда раньше. Огромная скала над объектом частично обрушилась, похоронив под тоннами валунов людей, транспорт и парадный въезд.
— Нам в другую сторону, — выдавливает из себя Морган. — Вход в Ковчег с другой стороны.
Они огибают скальный выступ и двигаются к гигантскому ржавому экскаватору, за ним в глубоко вырубленной нише и скрывается гермодверь в Ковчег. Морган тянет на себя неприметную железную пластину, там — старый армейский телефон. Он из последних сил крутит тугую ручку генератора, прижимает трубку к уху:
— Саманта… Это Морган. Я выполнил миссию. Я привез Кристину. Мы у входа. Открывай!
Проходит вечность, прежде чем многотонная стальная плита шлюза со скрежетом сдвигается в сторону. Из теплого, залитого мягким светом тамбура выходит доктор Саманта Джонсон. Ее взгляд холоден и расчетлив. Она оценивающе смотрит на эту кучку окровавленных людей и ее лицо кривится:
— Морган! Где гражданские? — резко спрашивает она.
— Они погибли. Бункер сплющило толчком. Выжили только Генерал, его помощник и Кристина, — отвечает Морган, упираясь дрожащей рукой в холодный металл ковша.
Саманта делает шаг назад, загораживая проход:
— Вот как… Я пущу внутрь только Кристину. Она молода и здорова. А вы трое, идите откуда пришли… мне здесь ходячие трупы не нужны. Ресурсы Ковчега ограничены, я не собираюсь тратить медикаменты на смертников, которые загнутся через пару дней.
Кристина стоит, полностью шокированная эти цинизмом. Мир вокруг нее рушится с концами. И в эту самую секунду, сквозь пелену ужаса, до нее наконец доходит страшная, убойная истина.
Морган знал!
Он прекрасно, с самого начала знал, что его не пустят. Этот мужчина изначально не собирался выживать. Все его ласки в лазарете, судорожные попытки отстраниться, при встрече с девственностью, нежелание брать девушку в грязи… Морган просто спасал ее. Не хотел, чтобы любимая помнила его. Он тащил ее сквозь этот ад, истекая кровью, зная, что доведет до дверей и останется подыхать на этом лютом морозе.
Кристина поворачивается к Каю. Он стоит опустошенный, его надежды пережить апокалипсис в Ковчеге рухнули, но парень пытается держаться стойко и выдавливает из себя подобие улыбки.
Кристина поворачивается к отцу. Но Генерал абсолютно спокоен. Его изможденное лицо не выражает ни гнева, ни удивления. Он смотрит на дочь так, будто все идет именно так, как должно. Он выполнил долг отца и офицера — его девочка у цели.
Она переводит взгляд на Моргана. И ее сердце окончательно разрывается от боли. На его испачканном копотью и кровью лице играет улыбка.
Морган улыбается — искренне, тепло, торжествующе. Что-то понять по его лицу было всегда невозможно: суровое, застывшее, словно высеченное из камня, а взгляд — опасный и сосредоточенный, как дуло нацеленного пистолета. Кристина краем замерзшего мозга вспомянет, как на протяжении всего их долгого пути она отчаянно, до боли хотела увидеть хотя бы тень живых эмоций на этом лице. И вот, сейчас, на самом краю смерти, он подарил ей то, о чем она просила. В его темных глазах, всегда отражающих только холод войны, вдруг вспыхивают шальные, удивительно веселые искорки. Как невероятно сильно идет ему эта улыбка, как в одно мгновение стирает всю жестокость! Морган тихо, хрипло начинает смеяться, перекрывая свист метели. Он задорно подмигивает Кристине, выпрямляется, превозмогая адскую боль, и встает по стойке «смирно», отдавая ей последнюю воинскую честь.
Солдат справился. Ему плевать на Саманту, на закрывающийся шлюз и на то, что скоро его сердце становится от холода и кровопотери в лесах Аляски. Он выполнил свое главное задание. Он доставил ее в безопасное место. Его любимая девочка будет жить, ее чистоту не растоптал этот гребанный мир. В этот момент он самый счастливый человек на гибнущей планете. Кристина смотрит на эту сияющую улыбку умирающего мужчины, на застывшего отца, на истекающего кровью Кая.