Другари у Щукаря

ВИКТОР ПЕТРОВ

Родился в 1946 году, и уже сколько лет ведет двойную жизнь: поначалу был рабочим — порт, бондарный завод, судоверфь, затем журналистом и редактором — газета, книжное издательство, теперь вот заместитель главного редактора журнала «Дон», но все это для отвода глаз: как сочинял стихи, так и сочиняет. Рано или поздно тайное становится явным. Виктор Петров издал шесть поэтических сборников в Москве и в Ростове-на-Дону. По строчечной сути — он чистый лирик, хотя и осознанная необходимость собственного раздвоения толкает порой к ироническому самовыражению.

ВЕРБИНКА

Мне

Варна

раскрутит пластинку:

«А ну-ка, другарь, покажись!»

И я выбираю Вербинку

На танец,

а мог бы на жизнь…

Я мог бы, но там, где осока,

И чакан, и водная тишь,

Казачка сказала:

«Мой сокол,

Куда не летай — прилетишь!..»

Смущают болгарские очи

Российскую душу мою.

Вербинка понравилась очень,

Да чувства иные таю.

Пунцовая роза на платье,

Родная славянская речь,

Прилюдное в танце объятье…

Эх, как мне себя уберечь!

По счастью,

пластинка отпела,

И только ли танцу конец?..

Вербинка,

Такое вот дело,

С тобой не менять нам колец.

…Утешит донская глубинка,

Но, трогая вербу рукой,

Шепну по-болгарски:

«Вербинка…» —

О девушке,

знаю какой.

КРЫША

У соседки пил мужик,

А сказала: «Пропади…»

И пропал

под пьяный крик,

И оборвалось

в груди.

Где мужик? Да нет его!

И зачем он, шебутной?

Все бы вроде ничего,

Только тяжелей

одной.

Вот и крыша потекла,

Починить,

не знает, как:

Устрашились полсела —

В небо лезет пусть

дурак.

И, махнув тогда рукой,

Сказанула да в сердцах:

«Подвернулся б черт какой!..»

Глядь, и — черт!

плюет

на страх.

Крышу чинит парень-черт,

Напевает без вина.

Будет крыша первый сорт,

Знает дело, сатана.

Пахнет серою в селе.

Слух клубится

по селу.

Парень, как навеселе,

Варит адскую смолу.

Говорят,

Из трезвых мест

Черноглазый имярек.

Что́ ему до всех невест,

Крышу чинит —

как навек!

Булькает смола в котле,

Сохнет крыша на ветру.

И летает

на метле

Не соседка ль

поутру?

БАТЮШКА

Сверкает купол у церквушки,

Куда по заведённым дням

Пристойно семенят старушки

Вдоль улочек

и там и сям.

Крестами осеняясь чинно,

Твердят молитвы, как стихи…

И поп,

Упитанный мужчина,

Отпустит грешницам грехи.

Потом — сняв рясу в боковушке —

Натянет джинсики взамен,

И, не горюя о церквушке, —

Он за рулем,

как супермен.

А что бородка,

так бородка

Почти у каждого своя;

И — рядом в юбочке короткой

Накрашенная попадья.

Сворачивая возле клуба,

Сигнал насмешливый подаст.

Его

с крыльца завклубом

грубо

Анафеме в сердцах предаст.

А поп не поведет и ухом,

Ему, такому, нету бед:

Послужит верою старухам —

Машину

перекрестят

вслед.

В соседний город едет важно,

Где на высоком этаже

Он проживает с газом, с ванной —

При светлом царствии уже.

Летит

хорошая дорога,

Поет приемник о любви…

И едет он, боясь не Бога,

Боясь

Инспектора ГАИ.

1983