Страница 10 из 245
«Наш коллектив включился в общественный смотр» — такая надпись встретила меня при входе в баню. Перемены бросались в глаза: банщики в новых фартуках лучезарно улыбались посетителям и приветствовали каждого из нас радостными возгласами. Ярко засияли лампочки. Для расширения кругозора моющихся была оформлена поучительная диаграмма роста коммунальных услуг по сравнению с 1939 годом и вдохновляющие броские лозунги: «Только чистота спасет человечество от болезней!», и — «Купаться не реже раза в неделю — признак высокой культуры!»
Знакомый банщик Лачо Миков сообщил, что он борется за звание образцового работника банно-прачечного фронта.
Принявшись за мою спину, Лачо поведал, что теперь он стремится проявить индивидуальный подход к каждой морщинке и каждой косточке клиента. В течение получаса он обрабатывал мое тело с величайшей старательностью, даже за ушами не забыл потереть. К тому же он развлекал меня, искусно насвистывая танго «Эдельвейс». Напоследок, когда я стал красным, как вареный рак, Лачо сказал, скромно потупившись:
— Если вам понравилось, можете оставить запись в книге отзывов и предложений.
С трудом удерживая слезы умиления, я в восторженных выражениях отозвался о Лачо Микове — замечательном труженике мыла и мочалки…
Через неделю я опять пошел в баню. Лачо небрежно мазнул меня мочалкой два-три раза, шлепнул пониже спины и буркнул:
— Хватит с тебя, общественный смотр уже закончился!
Перевод Александра Хавчина.
СЛУЧАЙ НА РЕКЕ
В реке тонул человек. Его голова то появлялась над водной поверхностью, то исчезала.
— Спасите! Помогите!
Прибежал управляющий строительным трестом, посмотрел на тонущего — и спокойно отошел:
— Утопаешь? Утопай, мешать не буду.
Проходил мимо директор комбината бытовых услуг, услыхал душераздирающие крики, постоял на берегу, усмехнулся:
— Тонешь? Давай-давай, желаю успеха!
Все реже появлялась над водой голова, все слабее становился крик…
— Помогите… Помогите же!..
— Тонешь? Жаль, что поздно надумал, — отозвался начальник жилищно-коммунального управления, узнав по голосу фельетониста местной газеты. — Давно мы ждали этого дня!
Перевод Александра Хавчина.
В РЕСТОРАНЕ
Закончив обед, я откинулся в кресле. Рядом появился официант, взглянул выжидательно.
— Сколько с меня?
Официант что-то быстро черкнул и подвел итог:
— Пять левов двадцать пять стотинок.
— Сколько?
Официант еще раз посмотрел в блокнот:
— Четыре семьдесят.
— Простите, не понял.
— Четыре лева ровно, — поправился он, слегка замявшись.
— Сколько, сколько?
Официант занервничал, в его голосе появились раздраженные нотки:
— Ну, три шестьдесят. Вы что, глухой?
— Говорите, пожалуйста, немного громче: у меня плоховато со слухом.
— Так бы сразу и сказали. С вас шесть левов сорок стотинок! — что есть силы прокричал официант.
Перевод Александра Хавчина.
ГЕОРГИЙ ЦОЕВ
Родился неподалеку от Плевена среди неповторимых красот Старой Планины. Его отец был скрипачом и хотел, чтобы Георгий унаследовал эту профессию, но он стал преподавателем.
Убедившись, что созданные им поэмы почему-то не торопятся печатать, перешел на эпиграммы, басни, афоризмы. С изданием первой своей книги не спешит, говорит, что тем самым вносит вклад в борьбу за экономию бумаги.
ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ МЕРА
Купил папаша для детей
букварь, к нему — набор плетей.
Перевод Ефрема Гордона.
БРАКОНЬЕР
Был конфискован весь улов,
как скрытно взятый из котлов.
Перевод Ефрема Гордона.
ПОЗДРАВИЛ
Дедушка репку тащил, задыхаясь…
Внук наблюдал неотрывно за дедом…
Справился старец. А внук — ухмыляясь —
стал поздравлять его с важной победой.
Перевод Ефрема Гордона.
ПАРАДОКС
Сороконожка: сорок ножек!
А быстро двигаться не может.
Перевод Ефрема Гордона.
ПОЖЕЛАНИЕ
Слушать нету мочи —
говори короче.
Перевод Ефрема Гордона.