Тень

Глава 8. Дэовур

Вур, материк Грантер

Тёмные узоры на потолке словно живые. Они то складываются во что-то похожее на дверь, то принимают очертания лестницы, то превращаются в силуэт идущего человека. Это похоже на следствие черепно-мозговой травмы, но почему-то мне плевать.

Я не знаю, сколько сейчас времени, утро сейчас или вечер, где я нахожусь, и кто та девчонка, что зачем-то печётся обо мне. Кажется, недавно она куда-то ушла, потому что сиреневое пятно её волос не мелькает рядом. Порой я слышу её голос, но не разбираю слов. Как будто я тону, а она говорит со мной через толщу воды, и с каждым светом я всё хуже разбираю её слова, словно погружаюсь ещё глубже.

Такое случалось, когда я уходил на дно в бассейне тренировочного центра, учась задерживать дыхание. Стоило переоценить свои силы, как сознание начинало ускользать. Разница в том, что тогда я хотел всплыть. Мечтал отправиться на Мата.

Мечтал, пока не встретил другую мечту, которая вытеснила все остальные. Настолько яркую, что рядом с ней другие люди лишь блеклые тени. Она словно из другого мира.

Была.

Эта мысль словно приговор. И теперь я предпочитаю тонуть. Возможно, если бы я воспользовался автопилотом, всё закончилось бы иначе. Она просила меня. Много раз. А я не слушал. Тогда казалось, что я всё контролирую.

Такая обманчивая иллюзия.

Так казалось, пока не заклинило рычаг управления.

Почему Ви не выдала предупреждение? Почему не реагировала на голосовые команды?

Почему не сработал ни один из способов перехода на автопилот?

Почему, в конце концов, не сработала система экстренного торможения?

Ответов у меня нет. Как вообще такое могло произойти с капсом нового поколения, со всех сторон обвешанным датчиками и оснащённым самыми современными системами безопасности…

Желудок сжимается. Это всего лишь голод, и он не слишком мешает. Всё-таки девчонка ушла раньше, чем я думал. Она всё время суёт мне паки с какой-то склизкой безвкусной дрянью. Приходится ими давиться, иначе девчонка начинает много и громко говорить.

Как будто я для неё что-то вроде домашней мантэлы, которая вдруг начала отказываться от еды.

Этой девчонки и так слишком много. Проще задержать дыхание и выдавить себе в рот эту массу, чем несколько часов слушать её болтовню.

Тени на потолке складываются в кольцо, похожее на наок. Без понятия, где сейчас находится мой. Наверное, стоило бы кого-то предупредить о том, что я жив, но я не чувствую себя живым. Будто в том капсе из меня высосали всю душу. Её самую большую и горячую половину. Ту, что была с рыжими волосами и крошечными ямочками на щеках. Моя Лис…

Зеваю. Пятна на потолке расплываются. Пытаюсь раскрыть веки и сфокусироваться на очередной картинке у себя над головой, но не выходит…

Я сижу на мягком диване. На проекции передо мной по тёмным джунглям крадётся зверь. Я таких раньше не видел. Придвигаюсь ближе. Такой огромный. Он медленно приближается к своей добыче. Его яркие глаза горят.

Жаль, я не понимаю, какого они цвета.

То ли зелёные, то ли жёлтые.

Ведущий рассказывает:

«Зметеры самые опасные хищники на Мата. Для устрашения и отпугивания конкурентов они используют утробный рык, он разносится на большие расстояния…»

Так значит, ты зметер.

— Р-рау! — пробую устрашающе рычать, но выходит не очень.

«…Но в момент охоты они бесшумны. Зметеры умны и отлично маскируются. Они могут напасть так внезапно, что их жертва не успевает даже понять, что произошло…»

Тем временем зметер прижал брюхо к земле и ползёт.

Только бы ма не пришла.

Мне немного страшно, но больше интересно.

Я не моргаю. Скоро прыгнет.

— Дэ-э-эо! — Ма уже где-то в коридоре.

— Не-е-ет, только не сейчас. Ещё минутку, пожалуйста… — шепчу себе под нос я.

Как назло, дверь открывается, а вслед за ней и мамин рот. Она смотрит на проекцию у меня за спиной.

— Ну во-о-от, — разочарованно тяну я. Пропустил прыжок.

Я успеваю увидеть, как клыки размером с мою ладонь разрывают мясо, а потом трансляция отключается.

— Ну ма-а-а…

Она могла хотя бы попросить голосового помощника. Успел бы лучше рассмотреть пасть.

— Дэовур, мы уже не раз разговаривали на эту тему. Подобные кадры не для детей! У тебя же куча игрушек! — Она машет рукой в сторону робозавра и горы разноцветных капсов.

Я бы отдал их все, если бы она дала мне хотя бы один свет смотреть всё, что я захочу.

— Вы где? Пошли ужинать. — В комнату заходит па.

— Твой сын опять разглядывал этих чудовищ с Мата! — Ма сдувает с лица светлую прядь. Она красивая, даже когда злится. — Ты же обещал поставить запрет!

— Я ставил. — Па поднимает бровь. — Дэовур, ты ничем не хочешь с нами поделиться?

— Я его обошёл, — говорю сквозь зубы я и скрещиваю руки на груди. Это было не так сложно.

Когда я уже, наконец, вырасту и мне никто ничего не будет запрещать?

Отец потирает лоб и вздыхает.

— Дорогая, боюсь, это бесполезно. Завтра я отведу его в ИЦ.

— Что нашему мальчику делать в исследовательском центре?! Он ещё не освоил базовую программу! Ты забыл, что ему шесть? — Мама подпирает бока.

— Может быть, им нужны волонтёры в виварий, чтобы присматривать за какими-нибудь животными…

— Я согласен! — Вскакиваю с дивана. — Можете даже забрать все мои игрушки и лишить сладкого. Ма, ну, пожа-алуйста…

— И никаких трансляций, пока тебе не стукнет восемь! — добавляет па.

Я смотрю на место, где ещё минут пять назад светились глаза зметера. В ИЦ наверняка есть и не такие звери. Я представляю, как вживую увижу хамба́на или ша́хча…

— Ладно! — принимаю решение я.

Ма взмахивает руками.

— Ну и что мне с вами делать? Иди сюда. — Она прижимает меня к себе и поглаживает по волосам. — Маленький любитель чудовищ.

Мне приятно, но я уворачиваюсь.

— Ничего я не маленький! Мне уже шесть!

Отец смеётся, ловит меня и поднимает на руки. Мир сверху совсем другой, и я расправляю руки, притворяясь дальнолётом.

Пока мы летим на кухню, па шепчет:

— Так и быть, трансляции иногда можно, но выбирать их будем вместе! Только ни слова матери.

Я хочу завизжать от радости, но сдерживаюсь. Ма услышит…

Па поворачивает меня к себе и подмигивает, мы снова смеёмся.

А через секунду мир теряет все краски.