Сквозь Мглу

Via ad Cor (Часть 2)

Это дело было самым крупным. И предполагалось стать здесь последним. Инфа пришла по самому надежному из наших каналов — от осведомителя, который скорее удавится, чем соврет Сайлару:

Склад «Левиафан-Карго» прямо у порта. Внутри — чертежи какой-то новой турбины. Такие технологии стоят целое состояние.

Сайлар, старый хрыч, когда орал об этом, аж слюной брызгал:

— Продадим их, крысята и свалим из этого проклятого Куртова на запад. Купим себе новую жизнь!

Новая жизнь… Я чуть не рассмеялся ему прямо в морду. Для такой швали, как мы, предел мечтаний о новой жизни — это пережить очередную зиму и не сдохнуть от тифа в обледенелой подворотне. Но стоило заглянуть старику в глаза, как меня пробрало. Там плескался черный, концентрированный яд. Отчаяние было настолько густым, что, казалось, им можно испачкать руки. Для Сайлара этот расклад был чем-то смертельно личным. И ради своего призрачного шанса он был готов поставить на кон всё. Включая наши шкуры.

То, что Сайлар пошел с нами на дело, меняло привычные правила игры. Старый паук никогда не покидал своей паутины. План был дерзкий, как поцелуй с прокаженным, и вонял примерно так же. Классическая трехчастная симфония риска.

Первое движение: старшие «Крысы» устраивают небольшой поджог соседнего склада, чтобы оттянуть стражу. — грубая, но эффективная увертюра.

Второе движение, моё соло: пробраться в склад через старый мусоропровод, который ведет из сточной канавы сразу на второй этаж пакгауза. Задача — отключить паровую сирену. Лаз слишком узок для взрослого, но для меня — в самый раз.

И только тогда наступало третье, финальное движение: Сайлар с Лисом должны найти и забрать то, ради чего всё это затевалось, и по тихому свинтить в канализацию. Лис был предохранителем Сайлара, на случай проблем с человеческим фактором. Ножами Лис орудовал так, будто родился с ними в руках.

Наступила пауза на несколько мгновений — нужно было обдумать план.

— Ты справишься, Нырок, — старый пройдоха положил мне на плечо свою костлявую руку, и от его прикосновения по коже побежали мурашки. — Не подведешь меня, и завтра будешь жрать жареную курицу, а не объедки.

Жареная курица. Он знал, на что давить.

Не буду строить из себя святошу — меня это заводило. Не страх, а именно тот момент, когда вес переходит из чужого кармана в твой. Стоишь в темноте, сердце колотится о ребра, а в руке — твой приз за наглость. Так что плевать, что сегодня я играю вторую скрипку, прячась за спинами покрупнее, — мне же лучше. Свои пальцы в общий пирог всё равно запущу.

«Крысиная» операция шла как по маслу. Взобравшись на второй этаж, я перерезал горло паровой сирене. Щелчок. Тишина. Всё, теперь эта дрянь точно не завоет. Оставалось только развернуться к мусоропроводу, а в башке уже крутились слова Сайлара про скорый переезд из этого паршивого Куртова. Еще немного — и можно валить отсюда. Но именно в этот миг воздух взорвал дикий рёв.

Сирена. Другая. Резервная.

Дерьмо! Как?! Мы же вынюхали каждый ржавый винтик в этой дыре! Сайлар, твою мать, ты что-то проглядел? Паника липкими пальцами вцепилась в глотку, но времени на сопли не было. Вперед. Только вперед.

Скрежет засова разорвал воздух. Ворота склада распахнулись с таким грохотом, будто в аду стало тесно. Прозвучали неразборчивые крики, грохот… а потом нечеловеческий вой. Такой, от которого кровь стынет и хочется забиться в самую глубокую нору. Звук был похож на скрежет металла о кость.

Мысли, как стая крыс, заметались в черепе. Стража? Конкуренты? Или что-то похуже? И тут, сквозь весь этот кошмар, я услышал голос Лиса. Искаженный, рваный, но это был он: — НЫРОК, ВАЛИ!!!

Мозги еще пытались сложить два и два, но тело уже понимало — ответ ему не понравится. Ноги сами рванули к мусоропроводу, выбивая пыль и щепки. Снова вой, а за ним — утробный рокот, от которого заныли зубы и закружилась голова. Я не из пугливых, но сейчас ледяной пот прошиб меня до костей.

Пришлось в темпе вгрызаться в вонючее нутро трубы, уподобившись червю, пока за спиной гремели отголоски схватки. Ржавые заклёпки сдирали кожу со спины, но боль — это потом. Сейчас — только вниз, к спасительной вони канализации.

Вывалившись наружу, я не поверил своим глазам. Дальний склад, где «Крысы» должны были устроить небольшой пожар для отвода глаз, превратился в ревущий погребальный костер. Пламя жрало стены, вздымаясь к самому черному небу. Это был уже не отвлекающий маневр. Это был грёбаный ад.

Сваливать. Немедленно.

Метнулся к решетке, нашему лазу в канализацию… и застыл. Решетка закрыта изнутри. Это ловушка.

Вторая волна паники накрыла с головой. Я оступился, чуть не рухнув в грязь.

Что теперь?

Нужно было сосредоточится. Бежать по открытому пространству — самоубийство. Прятаться — лишь отсрочить поимку. Но я знаю этот порт — изучал его схемы у Хэмлока. Система утилизации отходов. Возле прессов есть вентиляционные ходы, а отходы сбрасываются в пневматические трубопроводы. Это мой шанс свалить.

Секундная пауза за стеллажом, пока патруль не скрывается из виду. Рывок. Пальцы намертво впиваются в ржавый металл: срываю вентиляционную решетку и головой вперед пролезаю в темный провал технического сброса. Полет по гладкому, покрытому слизью желобу. Сдираю локти, ловлю несколько болезненных ударов о выступы труб и с маху приземляюсь спиной на гору хрустящего мусора.

Вокруг — темный, гудящий подвал. Здесь внизу свой мир. В ритмичном грохоте оживают тени — гигантские паровые прессы с чудовищным шипением сжимают раскаленные челюсти, а под ногами снуют крысы размером с кошку. Некогда переводить дух. На карачках вжимаюсь в стену, шарю глазами по углам и наконец нахожу темный зев вентиляционной шахты. Несколько минут безумного, удушливого ползка на животе по узкому железному коробу, где каждый вдох дается с трудом. И вот он — проблеск. Тусклый, серый свет впереди. Еще один рывок, и я буквально вываливаюсь в забытый богами переулок, где воняло мочой и отчаянием. Грязный. В ушибах. Сломанный. Но живой. Маленькая победа Нырка…

Только сейчас, когда спина уперлась в холодную сырую стену подворотни, а безумный стук сердца в ушах стал стихать, в сознание пробилась первая трезвая мысль. До этого момента существовал лишь инстинкт выживания, заставлявший бежать вперед. Теперь же перед глазами встали лица подельников. Сколько еще из наших смогло сбежать? Выжил ли Лис? Нужно срочно залечь на дно…