Страница 81 из 82
Глава 33
Вера Николаевна. Замок Венлен
1579-й год новой эры, отсчитывающейся от образования церкви Пятерых.
Через три года после моего появления в этом мире.
— И от его усов и иберийки (вид бороды клинышком — аналог эспаньолки в мире Веры) будет пахнуть мною⁈ — воскликнула Луиза возмущенно. — Ведь он так выразился⁈ Мужлан! От меня всегда пахнет утонченными духами, а не телом! Пусть ими свою растительность на лице побрызгает! Кстати, местный аптекарь смог лишь жалкое подобие тех духов, что я из столицы привезла, создать! Я ему кто? Девка с постоялого двора⁈ Или пленница во взятом на шпагу городе⁈ Он же меня, принцессу королевской крови, едва силой не взял, как какую-нибудь… — у нее перехватило дыхание, и она замолчала, сверкая глазами.
— Боюсь, что этого не избежать, хотя мы и попробуем, — ответила ей Вера.
— Это ты втянула меня во всю эту историю! — снова обрела голос принцесса. — Вот сама и будешь добиваться помощи графа Кондрэ!
— Понадобится, так буду, — решительно произнесла Вера, совсем не будучи уверенной в том, что она к подобному готова.
Хотя… Выбора особого не было. Только что они получили письмо от кардинала, в котором он извещал, что дела у короля Лотера пошли настолько плохо, что он в кои-то веки проявил предусмотрительность и за принцессой Луизой уже выслан отряд верных Лотеру гвардейцев с приказом ее арестовать и доставить в столицу.
То, что нужно было бежать, сомнений не вызывало. Но куда? Можно было к дяде в Орлеак. Но там нет достаточных сил, чтобы противостоять королевской власти. Оставалась армия, в которой Лотера не просто не любили, но и уже в открытую называли предателем.
Только вот там придется просить помощи у графа Кондрэ, а он свои условия обозначил предельно четко и ясно…
— Кто бы мог подумать, что братец вдруг проявит такую решительность, — произнесла Луиза. — И кардинал такого от него не ожидал. Думал, что ему удастся самому скинуть Лотера, и только потом уже вызывать в столицу меня…
— А я тебе говорила, что рассчитывать можно только на себя, — откликнулась Вера.
— Говорила, — согласилась принцесса. — Эх, жаль тут все бросать. Ведь так прекрасно все шло…
* * *
Четыре месяца они провели в Венлене — замке, назначенным королем Лотером, двоюродным братом Луизы, для ее проживания. И сделано было за этот срок немало.
По сути, Венлен стал негласной столицей молодости, легких нравов и всевозможных удовольствий Франгалии. Куда там столице, где правил в последнее время все более хмурый и непоследовательный Лотер.
Балы, маскарады, прогулки, охоты следовали одна за другой, привлекая блестящих кавалеров, очаровательных девушек и… даже замужних дам, желавших отдохнуть от своих часто значительно более возрастных мужей. Это в гости к мужчине без супруга поехать неприлично, а к юной принцессе — никто не осудит. Разумеется, столь высокая концентрация в одном месте не обремененного излишне строгими правилами поведения женского пола не могла не привлечь и молодых людей. Кружева, перья, шляпы, золоченые и нет эфесы шпаг, веера, обнаженные плечи, интрижки и мимолетные связи, музыка, постоянно открытый стол для всех гостей. И над всем этим царила первая красавица Франгалии — неотразимая принцесса Луиза. Всем улыбавшаяся, всем радовавшаяся, всех принимавшая с распростертыми объятиями.
На самом деле, конечно, не всех. Только тех, кто будет полезен в будущем. А именно молодых дворян, полных задора и дерзости и готовых обнажить шпаги, когда Луизе придет время сбросить своего братца с трона.
Что же касается представительниц слабого пола, которые вместе с увеселениями и привлекали в Венлен кавалеров, то два десятка из них были из «летучего отряда фрейлин», как назвала эту группу Вера (и название очень понравилось Луизе). Девушки из хороших, но небогатых семей, которым попасть ко двору, пусть на данный момент и опальной, принцессы было большой честью. Все они были юны, каждая по-своему привлекательны и… согласны на все, чтобы в будущем удачно выйти замуж, что им Вера устами Луизы твердо обещала.
Они одаривали своим вниманием тех представителей сильного пола, на которых им указывала принцесса, — младших сыновей сильных родов, чьи отцы, дяди или старшие братья могли пригодиться, а также дворян пусть и не слишком знатных, но уже доказавших свое умение и решимость воспользоваться шпагой, чтобы добиться чего-то в жизни.
Остальным гостям-мужчинам доставались дамы, приехавшие в Венлен ради того же, что и мужчины — за развлечениями и легкими нравами.
Идея создать такую атмосферу в поместье принадлежала Вере Николаевне, которая хорошо помнила, как благодаря схожему подходу много лет сохраняла власть и влияние небезызвестная Екатерина Медичи, да и будущая российская императрица Елизавета не чуждалась приобретать сторонников на балах и охотах, пока была принцессой. Как, впрочем, и уже взойдя на престол.
Луиза план, который ей изложила Вера на следующий день после неудачного покушения в Орлеаке, полностью поддержала. Праздники и кавалеры были для нее всегда на первом месте, а тут нужно было организовать непрекращающийся поток увеселений.
— Но сама ни-ни! — предупредила девушку Вера. — Никаких фаворитов из числа тех, что будут виться вокруг тебя! Для них будут фрейлины. Тебе на простых кавалеров размениваться не просто нельзя, ты должна будешь быть для них желанной, но недостижимой. Они должны о тебе мечтать, но не получать желаемого. И в надежде, что когда-нибудь получат, идти ради тебя на всё!
— А фрейлины нам понадобятся, чтобы они хоть что-то получали? — кивнула Луиза. — Хорошо придумано. Уверена, что вся молодежь королевства будет нашей.
Разумеется, сдерживать темперамент принцессы Вере иногда бывало сложно.
— Ты посмотри, какое мужественное лицо у шевалье де Бриссака? — говорила ей Луиза. — И как он смотрит на меня! Он самый известный дуэлянт Франгалии. И он, если ты не заметила, отверг уже вторую нашу фрейлину из летучего отряда. Может, мне все-таки самой его приласкать?
— Нет, — возразила Вера, которая уже знала о всех гостях Венлена не меньше принцессы, но в отличие от нее всегда оценивала каждого с точки зрения пользы, которую он сможет принести. Или вреда, которого от него, от нее стоит опасаться.