Страница 67 из 87
Глава 19: Тишина за железной дверью. Три воина
У тяжелых дверей подземелья их встретил Артур. Увидев выходящих, он шумно выдохнул, словно не дышал последние несколько часов. На ступенях чуть выше уже стоял Гарри. Его лицо было бледным, но решительным, а в руках он крепко сжимал палочку. Гарри молча кивнул им и занял пост Артура — теперь настала его очередь слушать тишину за железной дверью. Астарот был первым, кто бросился навстречу. Тигр издал глухой, тревожный урчащий звук и подошел вплотную, подставляя свой мощный бок, чтобы Сириус мог опираться на него по пути наверх.
Когда Лилит и Сириус поднялись на кухню, там было неестественно тихо. Никто не спал. Увидев их, Молли тихо ахнула и бросилась к плите.
Лилит выглядела пугающе. Её обычно бледная кожа приобрела нездоровый, синюшный оттенок, губы потрескались, а под глазами залегли темные провалы. Ритуал забрал у неё гораздо больше жизненных сил, чем она предполагала. Но Сириус выглядел не лучше. Он едва переставлял ноги, тяжело опираясь о косяк двери. Магия этого древнего, пропитанного кровью пространства была безжалостна ко всем присутствующим, фантомно высасывая энергию даже из тех, кто просто находился внутри круга.
Они тяжело опустились за деревянный стол. Молли тут же поставила перед ними глубокие тарелки с горячим бульоном и кружки со сладким чаем.
Едва Лилит тяжело опустилась на деревянный стул, Астарот тут же подошел к ней. Огромный, грациозный и смертоносный зверь, способный одним ударом лапы перебить хребет, сейчас выглядел совершенно беспомощным от переполнявших его эмоций.
Он аккуратно, словно боясь причинить ей боль или раздавить своим весом, опустил свою массивную, тяжелую голову прямо на колени Лилит. Его пылающие рыжие глаза, обычно холодные и внимательные, смотрели на нее с такой отчаянной нежностью и мольбой, что у присутствующих перехватило дыхание. Астарот прижал уши и неожиданно для всех издал звук — не рыкание и не грозный рык хищника, а тонкий, жалобный, тихий звук, похожий на мяуканье потерявшегося котенка.
Это было настолько не вяжущимся с его огромными размерами и свирепым видом, что Молли тихо ахнула, прижав руки к груди.
Лилит слабо улыбнулась. Её дрожащие, ледяные пальцы погрузились в густую белую шерсть на его затылке. Она медленно погладила зверя между ушами, чувствовав, как от этого прикосновения дрожь, бьющая тело Астарота всю ночь, постепенно утихает, а сам тигр издает тихий, вибрационный гул облегчения, смыкая глаза и уткнувшись носом в её ладонь.
Пока Сириус с трудом делал первые глотки, Лилит, чей голос превратился в тихий шелест, рассказала остальным о том, как всё прошло.
— Нам нужно простоять еще две ночи, — произнесла она, грея ледяные пальцы о чашку. — Днем профессор будет находиться в состоянии паралича. Магия не даст ему перекинуться обратно в человека, но этот сон позволит телу накапливать силы. Это спасет его от остановки сердца.
Джордж, сидевший по правую руку от Лилит, осторожно, словно боясь причинить боль, накрыл её руку своей. Его пальцы мягко и нежно поглаживали её ледяную кожу, делясь своим теплом. Близнец смотрел на неё с тревогой, в которой не было ни капли привычного лукавства.
— Но как он выдержит? — тихо спросил Джордж. — Я слышал… я слышал хруст и крики. Почему он не умирает от такого болевого шока и кровопотери?
Лилит повернула к нему уставшее лицо.
— Потому что оборотень не позволит своему носителю измотаться окончательно, — ответила она. — Это паразит, но он связан с хозяином симбиозом. Зверь будет защищать тело Римуса до самого конца, регенерируя ткани на пределе возможностей. Нет Люпина — нет оборотня. Зверь борется за свою собственную жизнь.
После завтрака наступило время долгожданного отдыха. Организмы обоих магов были на грани отключения.
Сириус, со скрипом отодвинув стул, тяжело поднялся на ноги. В этот же момент встал и Джордж. Юноша решительно посмотрел на Блэка, давая понять, что сам проводит Лилит до её покоев.
Сириус замер. Его серые глаза на секунду потемнели, скользнув по переплетенным пальцам Джорджа и Лилит. Взрослый маг, внутри которого еще пару часов назад бушевала смертельная битва и неистовое напряжение к этой девчонке, вдруг почувствовал глухую, болезненную усталость. Он посмотрел на искреннее, полное юношеской заботы лицо Джорджа.
Блэк медленно отпустил спинку стула и со вздохом опустился обратно.
— Пожалуй, я выпью еще одну чашку этого отвратительного кофе, Молли, — бросил Сириус хрипло, устремив взгляд в пустую кружку и позволяя Джорджу увести её.
Они шли по светлым, утренним коридорам поместья в тишине. Джордж не отпускал её руку, аккуратно поддерживая Лилит, которую временами слегка вело в сторону.
Остановившись у дверей её спальни, Джордж повернулся к ней. В солнечном свете, падающем из окна, ее бледность казалась еще более пугающей. Юноша осторожно коснулся её плеча, заставляя поднять на него взгляд.
— Лилит… — его голос дрогнул от сдерживаемых эмоций. — Я так за тебя переживаю. Это всё… это просто ужасно. Так жестоко. Ты не должна нести всё это на своих плечах.
Он посмотрел в её серебряно-фиолетовые глаза с обезоруживающей искренностью.
— Ты заслуживаешь совершенно других каникул. Ты должна смеяться, нарушать правила ради веселья, а не ради спасения жизней. Обещай мне… Пожалуйста, пообещай, что когда этот проклятый ритуал закончится, мы с тобой забудем обо всем этом. Будем веселиться весь остаток лета. Запустим фейерверки в саду, разыграем Рона… Ведь потом осень. Тебя отправят обратно в твою Северную школу, а я уеду в Хогвартс, и мы… кто знает, когда мы снова увидимся.
Лилит смотрела на его открытое, веснушчатое лицо. Его слова, такие простые, человеческие и теплые, пробивались сквозь её магическое истощение, растапливая последние осколки того самого северного льда в её груди. Ей вдруг невыносимо захотелось того, о чем он говорил. Просто быть подростком.
Она слабо, но искренне улыбнулась.
— Обещаю, Джордж.
Лицо юноши просветлело. Не сдержав порыва, он наклонился и мягко, невероятно нежно поцеловал её в щеку. Его губы были теплыми, и это мимолетное прикосновение резко контрастировало с окружающим их холодным мраком.
Лилит вспыхнула. Кровь прилила к щекам, окрасив её бледное лицо ярким румянцем. Она растерянно опустила взгляд. От эмоционального перепада и накопившейся усталости у нее вдруг сильно закружилась голова. Пол качнулся под ногами.
— Отдыхай, Лилит, — прошептал Джордж, отступая на шаг и неохотно выпуская её ладонь. — До вечера.